Чтение онлайн

— Джои, — предупредила я. — Ты сказал, что будешь вести себя прилично.

— Так и будет, — кивнул Джои.

Я вздохнула.

— Слава Богу. Я уже подумала, что ты собираешься угнать эту штуку.

Джои покачал головой, его темно-русые волосы упали на лицо.

— Нет.

Он повернулся и пошел к двери, которая вела в тамбур Даттонов. Я быстро пошла за ним, ступая босыми ногами по прохладной серой краске, покрывавшей пол гаража. Адам шел сразу за мной. Я знала это, потому что у меня было чувство, как будто к моей спине прижимается тяжелый груз. Что бы ни было причиной его взвинченности, это могло принести немало головной боли в грядущие трехдневные выходные. Выходные, связанные с Днем Памяти, были наполнены кучей традиций, и если парни не будут разговаривать, поход к ущелью будет ужасным и напряженным, вечеринка будет несвязной, а общее настроение…

— Стой, — сказала я, прищурившись, когда Джои вместо того, чтобы положить руку на дверную ручку и отправиться назад в дом, остановился. И почувствовала, как напряжение Адама возросло на порядок или два.

— Что ты делаешь?

— Я же сказал, что буду вести себя прилично, — губы Джои сложились в усмешке на одну сторону, такой сексуальной, что она всегда заставляла мою голову кружиться.

Он пристально посмотрел мне в глаза, их синева практически светилась от возбуждения и обещанного порыва.

— Я клянусь, я буду. Но просто… я не могу этого не сделать…

Сказав это, он повернулся и нажал маленькую блестящую кнопку рядом с дверью, и пространство вокруг нас заполнил равномерный гул гаражной двери, заставляющий вибрировать все, включая мою пропитанную пивом голову.

— Это плохая идея, — покачала я головой.

— Точно, Джои, — Танна обошла меня, распуская косу, которая растрепалась во время ее дикой поездки на спине Джои. — Ты же пил.

— Но… — Джои пальцем нарисовал на своей груди крест. — Я не выпил еще ни одного стаканчика с «Джелло»10. И даже не курил сегодня.

— Мотоцикл, Джои? — спросил Адам голосом, в котором раздражение практически стало явной злобой.

Я посмотрела на мотоцикл, скользя глазами по буквам на его боку: «Кавасаки», «Гоночная команда», «Ниндзя», «ZX6», — которые немного расплывались и выпадали из фокуса. Глядя на него при освещении, которое было в гараже, я поняла, что выпила больше, чем думала.

— Ты катался на грязном мотоцикле твоего дяди, не знаю, пару раз всего, — сказала Танна. — Ты готов к такому?

Ее палец показывал на мотоцикл.

Когда я смотрела на байк слишком пристально, он начал напоминать большого кузнечика. Очень быстрого кузнечика, на котором я не хотела отпускать Джои. Но знала, что произойдет, если мы на него надавим, особенно я, так что не раскрывала рта.

— Я катался на «Харлее» моего дяди в прошлом месяце, — Джои отвел плечи назад. — Эта штука — настоящий зверь. Я справлюсь с этой крошкой. Она будет паинькой. Послушной.

Джои провел рукой по зеленому упору, спускавшемуся к черному кожаному седлу.

— Не волнуйтесь, ребята, — сказал Адам. — Он не сможет ее завести.

Джои ухмыльнулся.

Я могла бы врезать Адаму за подначивание Джои. Была такая черта у Джои — он никогда не отступает, если ему брошен вызов.

— Вот мы и облажались, — сказала Шэннон, сидя на скамейке и глядя на огромное количество наклеек, покрывавших седло: Джон Дир, Кархарт, Харлей Дэвидсон.

Джои рассмеялся.

— Вы, ребята, уже давно облажались.

Он развернулся на пятках и прошел к металлическому ящику на стене, распахнул дверцу и открыл нашему взору обилие ключей, свисавших с крошечных крючков.

— Вот черт, — покачала головой Танна, проведя пальцами по волнам, оставшимся после ее косы.

— Джои, — начала я, пытаясь найти в уме правильные слова, которые могли бы отговорить его от этого поступка.

— Мэгги-бухтелка, не стоит. Я поеду.

— Ненавижу, когда ты так меня называешь.

— Я знаю. Может быть проще, если ты разозлишься.

— Нет. Не настолько. Нельзя просто бродить по округе и красть…

— Какого черта тут происходит? — тяжело дыша, с красным лицом, Джимми Даттон остановился на подъездной дорожке из битума в воротах гаража. — Ребята, вас тут быть не должно.

Тогда Джои улыбнулся и кивнул головой на мотоцикл. Он провел рукой по волосам и присвистнул.

— Она красотка.

— Да. И она неприкосновенна, — дрожащим голосом сказал Джимми. Мне стало интересно, понял ли он, что только что удвоил ставки в вызове Адама.

Я вздохнула, признавая простой факт, что еще до окончания этого вечера Джои найдет способ прокатиться на мотоцикле.

— Она твоя? — спросил Джои таким сладким и густым, как мед, голосом, что стало понятно: у бедняги Джимми нет шансов.

Джимми покачал головой:

— Моего брата. Того самого брата, который уболтал моих родителей, чтобы они не брали меня с собой на озеро в выходные, а оставили здесь. Того самого брата, который достал для нас бочку с выпивкой. И пиротехнику. Того самого брата, который насадит меня на вертел, узнай он, что я позволил кому-то взять его мотоцикл покататься.

— Чувак, — усмехнувшись, ответил Джои, — я все это уважаю. И твой брат — классный парень. Он выпустился несколько лет назад, да? Я помню игру, когда он вывихнул плечо, пытаясь удержать мяч на поле. В тот вечер он спас свою команду. Мы попали на турнир штата благодаря нему.

Лицо Джимми немного расслабилось, он впервые перевел взгляд с Джои на мотоцикл.

— Мой брат откладывал каждый цент в течение нескольких лет, чтобы купить ее, чувак. Если кто-то дыхнет на нее не так, он узнает.

— Я буду осторожен. Я умею водить. Делаю это уже много лет.

Ложь. Абсолютная ложь. Он катался на том «Харлее» три раза. По грязной дороге на ферме его дяди, так что мотоцикл упал бы на мягкую землю, если бы Джои навернулся.

Стоявший позади меня Адам переминался с ноги на ногу. Танна посмотрела на меня и подняла брови, заплетая волосы обратно в косу. Шэннон хлопала шлепанцами по своим ступням — снова, снова и снова.

— Чувак, я не знаю. Я поклялся, что все будет закрыто, особенно вещи брата.

— Да он не узнает, — напирал Джои. — Я тебе клянусь, он ничего не узнает.

Именно в тот момент ночь разрезал визгливый звук. Джимми обернулся и посмотрел через плечо, как кто-то вылетел через входную дверь и начал блевать в кустах, росших вдоль дорожки.

— Чувак, — сказал он, почесывая макушку. — Слушай, пофиг, окей? Просто знай: если тебя поймают, я скажу полиции, брату и самому Господу Богу, что ты его угнал. Если что-то пойдет не так, ты не утянешь меня с собой.