Одно сердце на двоих
Шрифт:
– Ты не прав, она подготовила отличную замену. Алекс с честью заменит Рамирес, - Реджина была уверена в Бейс, - ну, а если нет... то ты всегда сможешь ее заменить.
– Заменить Миллс, Джерада, Рамирес, Крейга и теперь еще и Айрэс просто нереально. И ты это знаешь, - перечислил всех своих гениев-хирургов Шеф, - так что я надеюсь, что как она родит, то сразу вернется. А на счет Бейс, я надеюсь ты пошутила. Она, во-первых, еще ординатор, а во-вторых не такой опытный, как Рамирес, пусть и училась у лучшей.
– Нет, я не пошутила. Посмотри, какой график операций, за год были единичные случаи сбоев. В экстренных случаях тоже все идеально. В бумажной работе не прикопаешься, ну и как ты уже сказал - училась у лучшей, поэтому отменный хирург. Так что на твоем месте я бы дала ей шанс или спросила у Рамирес, хотя я не сомневаюсь, кого порекомендует она.
– Из ординаторов в начальники отделения?!
– переспросил Шеф, но тут же усмехнулся, ведь сам прекрасно знал способности Алекс, не зря же он назначил ее старшим ординатором, - ладно. Я подумаю над этим вопросом. У меня есть еще пару месяцев.
– Мне кажется у тебя есть все 8 месяцев, потому что Сара вряд ли уйдет раньше, чем начнет рожать в своей же операционной, - усмехнулась Миллс, - так, вечер в силе, ты ... вы приглашены. Все будут парами. Так, а теперь по моему вопросу. Я пришла на счет Свон.
– Я поговорю с Эл, но обещать не буду. А со Свон что?
– вздохнул Шеф, внимательно смотря на Миллс.
– Только, пожалуйста, не думай, что это из-за того, что мы с ней вместе. Я хочу созвать совет и дать шанс Эмме перейти сразу на четвертый год ординатуры. Ты и сам знаешь, как она хороша в операционной. Она во многих областях лучшая. Я не могу сдерживать хирурга, который хочет оперировать. И сейчас как ее наставник, я прошу тебя дать мне попробовать это сделать, - Реджина знала, что это редчайшие случаи, но она так же знала, что обязана попробовать.
Шеф внимательно слушал Миллс и его глаза отражали все удивление, которое он испытывал от этих предложений своего лучшего хирурга.
– Реджина, ты понимаешь, что просишь? У нас такое непринято. Перескочить год ординатуры...
– Понимаю... Знаю... И прошу тебя пойти на этот шаг. Созови совет. Спроси согласны ли они на это. А она сможет, я в ней уверена. Я не буду помогать, если ты скажешь. Пусть аттестовывает Эванз, я и слова не скажу, - Реджина была готова на многое, ради этого и это даже больше из-за профессионального роста Эммы, чем просто их отношения.
– Если хоть один хирург будет против - никакой аттестации и быть не может, - немного подумав, озвучил Харпер. Он прекрасно знал и сам видел через галерею, что Эмма сама уже производила многочисленные операции. Он знал, что ее знания и умения намного уходят за рамки второго года и что большинство врачей доверяют ей сольные операции. И только поэтому, веря своим глазам и своему чутью Шеф пошел на встречу предложению Реджины.
– Последняя просьба - возьми из кардиологии меня, Эванз только из мести не допустит ее, - Миллс уже была безгранично благодарна Харперу за этот шанс.
– Твое мнение предвзято, Реджина. Если хочешь сама поговори с Эванзом. Но совет будет только из главных врачей, - Шеф понимал, что так будет правильней.
– Я не буду разговаривать с ним, - обреченно сказала Реджина, - но я все равно буду в консилиуме, как ее наставник.
– Ты можешь выступить, как консультант, но ни в коем случае не смей давить на врачей. Иначе я закончу совет прежде, чем он примет решение.
– Я знаю и не буду ни на кого давить, - уверенно сказала Миллс.
– Тогда через два дня. Ты выступишь там с вступительным словом, а потом послушаем мнение всех врачей, - говорил серьезно Райэн.
– Спасибо. Ты не пожалеешь, - Реджина заулыбалась.
– Я доверяю тебе. И прежде всего ты подведешь себя, если у нее не получится, - говорил спокойно Харпер, видя улыбку хирурга и понимая, как ей это важно.
– Ладно, у меня и у нее есть два дня. А теперь ответь мне - как тебе твоя бутылка виски, которую я тебе наконец-то вернула?!
– Отменное пойло, - засмеялся Харпер, - у тебя есть сегодня еще операции?!
– Нет, на сегодня хватит. Мы провели сложнейшую операцию, - пояснила Реджина, смотря на время которое показывало 17:39.
– Тогда ты будешь не против стаканчика виски, - встал со своего места Шеф и прошел к шкафчику.
– Не буду, - Реджина немного расслабилась, ведь день был очень напряженный.
Райэн налил два бокальчика и присел на диван, куда к нему присоединилась и Реджина.
– Как прошли операции с мамочкой и малышом?!
– Отлично. С мамочкой и малышом все будет прекрасно. Айрэс и Ченли провели кесарево, я провела малышу атриосептостомию, а Эмма устранила дефект межжелудочковой перегородки матери, - отпивая напиток, ответила Миллс.
– Значит, я правильно услышал?
– спросил Шеф, - Свон вновь сама оперировала? А ты была в другой операционной?!
– Да, и даже не думай говорить о том, что так не могло быть. Я ей доверила, и она оправдала мое доверие, - Реджина улыбалась.
– А я и не собирался, - возмутился с улыбкой Шеф, отпивая виски, - будто я не знаю, что ты каждую свою плановую операцию ей отдаешь.
– Я знаю, что ты знаешь, но делаю вид, что не знаю, а ты делаешь вид, что мне не говорил, что ты знаешь, да и вообще забудь о том, что ты знаешь, - завернула Миллс.
– А я и не знаю. А через месяц такое вообще будет нормой, - усмехнулся Шеф, смотря в бокал с янтарным напитком, - хороший виски.
– Действительно хороший, - брюнетка осушила бокал, - спасибо за напиток, спасибо за компанию, но мне пора, вечер в честь Сары, а мне еще нужно купить подарок.
– Давай. Передай ей мои поздравления, если мы с Элли все же не сможем прийти, - тепло улыбнулся Шеф, смотря, как Реджина встает с дивана.
– Обязательно передам, если не придете, - Реджина улыбнулась и вышла из кабинета, сразу направляясь найти Эмму.
А Свон продолжала лежать в дежурке. Во-первых, операция ее вымотала, во-вторых эти задевающие подозрения, да к тому же не хотелось никого видеть. Просто лежать, а лучше заснуть, но и сон не шел.
Миллс решила заглянуть в дежурку и увидела лежащую спиной к двери Эмму. Закрыв на щеколду дверь, брюнетка очень тихо подошла и легла на кровать, обнимая Свон.
– Сколько уже прошло времени?
– спросила Эмма, как только почувствовала теплые, такие уже родные руки.