Чтение онлайн

— Ого, круто. Я теперь просто обязан тебя проводить и галантно посадить в вагон, а затем патетично махать платочком вслед, утирая скупые мужские слезы.

— А слезы откуда возьмешь?

— Да, засада. А у тебя лук есть?

Он действительно проводил меня на вокзал и даже приставал к проводнице, требуя синий платочек. Когда Москва растаяла в темноте, я устроилась на полке и уснула. Выходные.

Как всегда, родители приехали меня встречать рано утром на вокзал. Я с радостью обнималась с родными. Далее любимая маленькая кофейня на Невском, прогулка по Питеру. Пригодился и новый зонтик с ландышами, который развеселил родителей.

Уже вечером, когда мы добрались до квартиры, где они обитали, я была уставшая, но умиротворенная. Мамина еда, папин чай со специями, родительское кудахтание — 'кушай, Ландачка', 'тапочки надень, пол холодный', 'сквозняк, садись сюда'. Разве это не счастье?

— Ну как тебе новая работа? Ты так и не рассказывала — мама подала пирог.

— Нормально, только устаю сильно. Но вообще интересно, тем более первая постоянная, без сроков.

— И кто ты там?

— Помощник руководителя. У меня появились первые подчиненные — три секретаря. Работа как работа, коллектив — творческие личности, архитекторы да дизайнеры.

— Да ты на повышение пошла, — улыбнулся отец, — а начальник как?

— Как положено всем людям с художественным образованием слегка специфичный. По стать имени, — усмехнулась я.

— И как же его зовут?

— Ма-ам, я до сих пор не научилась его правильно произносить. Смешно, я на предыдущем месте всех эти Самвелов Петросовичей без проблем выговаривала, а тут спотыкаюсь.

— Такое сложное?

— Неа. Сейчас… Витольд Лоллийевич. Ура получилось!

— Да. действительно странное имя, — протянула мама.

— Какие у вас отношения? — резко задал вопрос отец.

Я удивленно посмотрела на родителя. Милослав Альбертович хмурился. Синие глаза потемнели, лоб пересекла морщина. Он нервно взъерошил русые с проседью волосы.

— Пап, ты чего? Он начальник. Вежлив, корректен. Ну есть у него странные черты характера, но все хорошо. Его в офисе боятся и боготворят.

— А ты?

— А я работаю, папа, у меня нет времени на глупости.

— Мил, успокойся. Она просто работает, — мне очень не понравился тон мамы, а может усталость накопилась. Я быстро доела пирог и встала.

— Можно я спать пойду? А то в поезде не удалось отдохнуть нормально.

Мама подхватилась:

— Ландочка, что же ты не сказала. Идем, я уже постелила тебе, дочка. Мил, убери со стола.

Уже когда я лежала в кровати, мама пришла и села в ногах. Я смотрела на красивую женщину. Дикий огонь волос достался мне от нее. Мама очень красивая женщина, даже сейчас на нее часто заглядывались. Невысокого роста, худенькая с красивой белой коже. которая словно светится изнутри. Большие зеленые глаза под густыми ресницами, взмах которых еще давно, в детстве свел с ума моего отца. Мягкая и мудрая, я помню, что она никогда не ругалась, а умела убеждать. В отличии от отца, обладавшего резким и вспыльчивым характером. Совладать с бешеным темпераментов могла лишь мама, которой он подчинялся безропотно.

— Ланда, у тебя точно на работе все хорошо?

— Мам, там как и везде — серпентарий. Но я там отдельно от всех сижу, в сплетни не лезу, а по рабочим вопросам… Там директор такой, с ним шутки плохи. Что с папой?

— Он переживает за тебя. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Вечер джаза был прекрасен, несмотря на то, что еще в четверг Паулина перезвонила и смущенно сказала, что прийти не получится. К ней приехали родители, и ей пришлось сопровождать их по Москве на встречах и переговорах в качестве переводчиков, мама его подруги не знала русский, а отец считал ниже своего достоинства помочь жене. Сначала Витольд хотел взять с собой Ландыш, но не рискнул. Рыжая помощница выглядела хмуро и недовольно. Потом еще эта ситуация с Антоном. Сисадмин у него больно ретивый. Уже после джаза Витольд заехал в офис, чтобы отвезти Ландыш на вокзал, однако опоздал. Антон с шуточками усаживал девушку в машину, заливаясь соловьем. Ландыш смеялась. Витольду осталось только наблюдать, как молодые люди уезжали по ночным улицам. Что ж, со следующей недели у него начнутся поездки в составе жюри конкурса по площадкам, так что Антон присмотрит за девушкой. Решив пока не вмешиваться, он развернул машину и уехал домой.

Субботний день Витольд полностью посвятил работе, лишь поздним вечером устроился в гостиной. Вся хорошая погода уехал за Ландышем в Питер, на улице мелкой сеткой зарядил дождь. По его просьбе растопили камин. На столе стоял бокал с виски, веером разлетелись наброски, придавленные карандашами. Черный, зеленый и синий. Необычное сочетание.

Зазвонил телефон. Незнакомый номер. Он усмехнулся и поднял трубку.

— Отстань от моей дочери.

— Ну здравствуй, Мил. Давно не виделись.

— Вит, ты мстишь? Ты сам тогда ушел.

— Мил, я не буду делать вид, что не знаю о ком речь. Да, твоя дочь работает у меня. Подчеркиваю — работает.

— Только не говори, что ты не знал.

— Знал. Стало интересно, пригласил на собеседование. Ландыш показала хорошие познания в профессии, я взял ее на работу. Гордись, Мил, результаты первой недели показали, что ты воспитал прекрасного человека.

— Все иронизируешь? — на том конце трубке вздохнули.

— Нет.

— Зачем, Вит?

— Мил, остынь. Корысть была одна. Я надеялся, что юное создание проговорится, у кого работает и старые друзья мне позвонят.

— Мы разошлись, дружба закончилась.

— Вы с Леной ушли, я не рвал отношения. Мил, мы дружили с детского сада втроем. Да, я совершил ошибку, привел Карину. Что случилось, то случилось. Я же не знал…

— Она твоя жена.

— Уже нет. Мы развелись семь лет назад.

— Тебе сочувствовать или поздравить?

— Лучше приезжайте с Леной в гости, я буду рад вас видеть, — Витольд ждал ответа.

— Не уверен что это правильно, я не доверяю тебе. Отпусти Ландыш.

— Я не держу ее. Мил, Лена осталась с тобой. Я принял ее выбор.

— Знаешь что, Вит! — не выдержал Милослав.

Витольд услышал тихий голос Лены, которая что-то объясняла мужу, тот недовольно прорычал ругательства но отдал трубку жене:

— Вит, здравствуй.

— Здравствуй, Лена. Мил по-прежнему ест из твоих рук?

— Не смешно. Вит, у меня просьба.

— Для тебя что угодно.

— Ландыш ни в чем не виновата.

— Лена, я знаю. Можно я скажу тебе, потому что твой супруг готов меня побить даже по телефону. Мне жаль, что тогда получилась та некрасивая история, которая разрубила нашу дружбу. Мне жаль, что Мил забросил рисовать. Но хоть ты услышь меня. Я принял твой выбор. Я признаю права Мила на тебя. Приезжайте. Я скучаю по вам двоим. Лен, мы с детства дружили, и даже по прошествии стольких лет вы оба мне дороги. Как друзья-товарищи. Приезжайте. И Ландыш будет рада.

— Я поговорю с Милом. Обещай не обижать Ланду.