Чтение онлайн

Вдруг раздался характерный свист, и вокруг нас с интервалом в несколько секунд начали падать мины.

– Минометы! Бешанов, надо сбить эти ракеты! – Соколова повернула ствол своего «МСК» в небо и нажала на гашетку подствольной однозарядной ракетницы. Но «УВР», в которую она целилась, без труда уклонилась от столкновения.

Владимир Бешанов, ракетчик взвода, забросил свой автомат за спину и снял с плеча новейшую ракетную установку «Енисей-2», которая являлась частью перспективного комплекса вооружения, разработанного для нашей программы. Зарядив все четыре ствола зенитными ракетами, боец выстрелил залпом. Наши зенитные ракеты быстро сделали свое дело.

Три «УВР» из шести были сбиты сразу. Еще одна ракета, уворачиваясь от нашей, врезалась в другую. Обе упали в камыш и загорелись.

Ракетчик приготовился дать второй залп по последней ракете, но Соколова остановила его.

– Экономь боеприпасы! Эту «УВР» запустили первой, и топлива в ней на полминуты, не больше.

Через десять секунд ракета упала на землю. Но мины продолжали сыпаться. Вдруг тревожно запищал датчик ранений Бешанова. Это означало, что его зацепило. Дело было в том, что в каждом учебном боеприпасе, в том числе и в минах, в качестве «поражающей части» использовалась красная жидкость с изотопами. Когда эти изотопы попадали на учебное обмундирование, то данные об их количестве, направлении и прочих характеристиках передавались в персональный компьютер бойца. Он оценивал все это и выводил результат о том, каковы были бы ранения в реальном бою.

– Что там? – не снимая палец со спускового крючка, спросила Соколова.

– Осколок пробил правую ногу насквозь, но идти смогу. Кости целы.

– Ну куда там Травкин провалился? – Девушка прекратила стрелять и переключила рацию на частоту бойца. – Это Соколова, вызываю Травкина! Прием!

– Травкин на связи! Я почти вышел на исходную позицию! Минуту…

Вдруг из-за холмов послышалась стрельба. Длинные очереди одного «МСК». Тут же к ним примешалось мощное гудение двух пулеметов «Каракурта». И только после этого раздались беспорядочные выстрелы других автоматов.

– На них напали! – воскликнул Бешанов.

– Разберутся, там ведь есть «Каракурт». А ты дай залп осколочно-фугасными, и будем атаковать.

Четыре ракеты пронеслись сквозь стену камыша и разорвались там, где предположительно находился противник.

– За Родину! – Соколова с боевым кличем вскочила с земли и рванулась вперед. На ее «МСК» блестел штык.

Девушка видела, чем кончилась штыковая атака в реальном бою, и все равно решила использовать ее. Бешанов и Маркова побежали за ней. Я едва поспевал за бойцами.

Соколова первой достигла позиций противника. Двое бойцов за минометом были снесены огневым шквалом ее «МСК». После этого она, не останавливаясь, перебежала к тому месту, где находились ракетчики. У каждого из них был «Енисей».

Девушка нанесла несколько точных ударов штыком, и уже через несколько секунд противники были условно убиты. Небольшая группа стрелков, также находившихся на поляне, не успела прикрыть своих. Бешанов и Маркова врезались в гущу отряда и открыли огонь практически в упор. Вскоре стрельба стихла. Но Соколова, мгновенно придя в себя после азарта штыковой атаки, продолжала вглядываться в темноту.

– Поздравляю, вы многому научились за эти дни, – сказал, поднимаясь с земли, один из бойцов. Только через несколько секунд я понял, что это майор Сергеев.

– Мы времени даром не теряли. – Соколова опустила оружие и сдержанно улыбнулась. – Потапов, подбери Травкина и возвращайся.

– Понял, – ответил боец.

Вскоре к месту, где мы стояли, подъехал «Каракурт» с зажженными фарами.

– А если тут рядом фобосианцы? – сказала Соколова высунувшемуся из люка Потапову.

– Нет их рядом, – ответил боец, но фары выключил.

– Ребята, быстро в броневик!

Бешанов и Маркова запрыгнули в «Каракурт». Я за ними. Последней в БТР поднялась Соколова.

– Итак, ребята, – сказала она, закрыв задний люк бронемашины, – нам предстоит разделиться. Если второй взвод высаживался в таких же трудных условиях, то это может находиться только здесь. – Соколова показала на голографической карте короткое и узкое ущелье. – На мой взгляд, это единственное место, где драться так же сложно, как здесь. На реку их высадить не могли, поскольку только это место находится достаточно близко к месту предполагаемого крушения. Высаживать второй взвод дальше – это значит дать преимущество нам. А это ущелье очень узкое и наполнено водой. Следовательно, если по ним откроют огонь, им придется сражаться в очень невыгодных условиях. Так что наверняка это и есть место высадки. От этого ущелья ведет множество дорог, но только четыре – к зоне крушения, и лишь одна из них достаточно коротка, чтобы прибыть в район в приемлемые сроки. Вот здесь эта дорога проходит между двумя холмами. – Показав точку, Соколова оглядела лица бойцов. Все внимательно ее слушали. – Если мы устроим засаду, то…

– Гениальная идея! – воскликнул Потапов.

– Спасибо, – ответила девушка.

– Ну, раз ты так считаешь, то сам туда и пойдешь, – с какой-то неприязнью произнес Корнелюк.

– И пойду, – не растерялся боец.

– Кого возьмешь? – спросила Соколова.

– Володя, пойдешь? – Потапов посмотрел на Бешанова. Тот кивнул.

– Еще кого?

– Да мы и вдвоем справимся. – Бешанов перехватил «Енисей».

– Ну, тогда удачи!

01: 12: 39

– Командир, мы в точке! – Внутренние динамики «Каракурта» передали голос Потапова.

– Отлично! – Соколова жестом приказала остановить машину. – Следов их броневика не видно?

– Следов нет! Совсем!.. – Потапов замялся. – В этом и странность!

– В смысле? – недоуменно спросила Соколова.

Боец, видимо, не знал, как объяснить это словами, и просто предложил:

– Командир, включите изображение с моей камеры.

Девушка быстро настроила центральный голографический монитор на частоту рации, которая теперь передавала не только звук от микрофона, но и изображение с камеры, встроенной в шлем. То, что мы увидели, действительно было очень странно. Дорога проходила между холмами, но назвать ее этим словом было бы сложно. То, что лежало в ложбине, представляло собой длинную просеку, заросшую метровым слоем травы. От окружающего леса она отличалась только тем, что на ней не росли деревья.

– Ну ладно, дорога как дорога! – Соколова выключила голограмму. – Располагайтесь там и ждите.

– Ясно. – Потапов разорвал связь.

– Так, – девушка повернулась к Корнелюку, ведущему машину, – останавливай БТР. Мы уже достигли приблизительного района крушения. Спешиваемся, прочешем зону цепью на ИСП.

ИСП-140 – индивидуальное средство передвижения – напоминало в раскрытом виде небольшой антигравитационный мотоцикл. Однако сходство было чисто внешнее. Отличий же было гораздо больше. В раскрытом виде ИСП размерами не превосходил обычный мопед. В сложенном виде мог крепиться на походно-боевой рюкзак. Основанный на принципе антигравитации, ИСП обеспечивал бойцу скорость передвижения над ровной местностью около трехсот километров в час.

Я раскрыл свой ИСП и занял позицию за строем бойцов, неподалеку от Соколовой. Внезапно в наушниках раздался ее голос:

– На юго-западе большой металлический объект. Расстояние 230 метров. Предположительно – спасательная капсула. Перестроиться обратным клином. Снизить скорость.

Бойцы начали маневр. Через четверть минуты построение было изменено. Взвод продолжал углубляться в территорию противника. А я тем временем отмечал те мелочи, которые ускользнули от глаз курсантов. До чего же они все-таки неопытные! И вдруг…