Чтение онлайн

Урсула Ле Гуин

1

Эльтдон удивленно покачал головой и закрыл толстый том в зеленом кожаном переплете. Даже теперь, после нескольких часов перелистывания желтоватых страниц с потрепанными краями, астролог не мог поверить, что такое возможно. Однако же, вот она, Книга, у него в руках.

Создатель, да разве так бывает?! Дважды в течение суток избежать смерти (а может, и трижды, если учесть настрой кентавров до того, как они поняли, что он не имеет ничего общего с циклопами), а теперь держать в руках величайшее сокровище Ниса - Книгу Творения!

Эльф нехотя отложил ее в сторону и принял из рук кентавра-подростка по имени Химон чашу с бульоном. Бульон, как и положено, был горячим, так что Эльтдону пришлось срочно поставить чашу на траву. Он едва не расплескал дымящееся варево и поэтому предусмотрительно отодвинул Книгу подальше.

Химон, ученик Фтила, исподлобья взглянул на раненого и поторопился выйти из шатра, оставив Эльтдона наедине с самим собой. Молодой кентавр пока не привык к "циклопоподобному" пациенту своего учителя. Все то время, пока эльф читал, подросток старался держаться как можно дальше от необычного чужака, а потом и вовсе ушел вслед за Фтилом, как только выпала такая возможность.

Эльтдон устало потер виски и осмотрелся. Кажется, последние несколько часов он вообще не обращал внимания на окружающее, увлеченный чтением Книги, и поэтому только сейчас заметил, что снаружи уже темнеет. Словно прочитав его мысли, в шатер вернулся Химон с двумя подсвечниками, которые он поставил на специальные полочки. Вслед за учеником и подсвечниками явился Фтил. Он присел рядом с эльфом, снимая с плеча большую сумку, где звякнули какие-то пузырьки, - кентавр ходил кого-то пользовать. Учителю Химон тоже принес бульон, и тот стал пить аппетитное варево маленькими осторожными глотками, сдувая в сторону пар. Эльтдон присоединился к своему спасителю, раздумывая над тем, что же будет дальше. То есть он не сомневался в искусстве целителя, волновало астролога совсем другое. За те часы, пока эльф читал Книгу, он искал там одно - упоминание о Повелителе драконов Дирл-Олл-Арке. И не нашел.

Наверное, за множество прожитых лет он так и не научился владеть своими чувствами. По крайней мере старый кентавр внезапно отставил в сторону полупустую чашу с бульоном и спросил, внимательно глядя в лицо Эльтдону:

– Что-то не так?

Эльф рассеянно пожал плечами:

– Даже не знаю, как ответить. Казалось бы, что может быть не так, когда я жив и здоров, хотя и мог умереть? Оказалось, может. Скажи, пожалуйста, почему в Книге не хватает страниц?

– Это настолько важно для тебя?
– уточнил Фтил, поднимая чашу и отпивая еще один глоток, словно бы сказанное эльфом неожиданно успокоило его.

– Важно, но не для меня.

Фтил прищурился:

– Похоже, здесь не обойтись без долгой истории.

– Так и есть, - подтвердил астролог.
– Если согласишься выслушать меня...

– Соглашусь. Но сначала допей, будь добр, бульон - ты все-таки прежде всего мой пациент.

Перед тем как позволить эльфу рассказывать, Фтил послал Химона за Асканием. Кентавр-охотник примчался в шатер, подобно весеннему урагану, но под строгим взглядом лекаря присмирел и тихо опустился на траву, приготовившись слушать. Ученик Фтила тоже не торопился покинуть шатер, он незаметно примостился рядом с этажерками и что-то растирал в деревянной ступке, хотя по глазам было видно - подросток настороженно внимает рассказчику.

Когда Эльтдон закончил свою историю, под алым пологом повисло напряженное молчание. Внезапно снаружи что-то громыхнуло, потом темень прорезало кривое лезвие молнии, заметное даже отсюда. Застучали первые капли дождя.

Под эти звуки в шатер вошел Левс, взблеснув на миг мокрыми волосами, отразившими огоньки свечей. Он оглядел собравшихся и кивнул всем, кроме эльфа. Потом обратился к Фтилу:

– Скорее, ей снова плохо!

Лекарь вскочил и, подхватив с собою так и не распакованную сумку, вышел вслед за белым кентавром. Эльтдон недоумевающе проводил их взглядом и обернулся к Асканию:

– Хоть ты мне объясни, что происходит.

Кентавр смущенно хмыкнул:

– Ну вообще-то я не мастер рассказывать. Да и рассказывать-то тут нечего. Хриис больна, а Фтил ее лечит. Вот и все.

В дальнем углу шатра насмешливо хмыкнули, и Асканий гневно взглянул на Химона:

– Что смешного? Можно подумать, ты бы лучше рассказал!

Кентавр-подросток посмотрел на Аскания и Эльтдона посерьезневшими глазами.

– И расскажу, - упрямо проговорил он ломающимся голосом.
– Все ведь началось совсем не с болезни Хриис. Ты даже словом не обмолвился о циклопах, а это циклопы, между прочим, во всем виноваты! После тех землетрясений они прогнали нас с Псисома, поэтому-то сейчас учитель никак и не может раздобыть горной хладяницы, а без нее - какое ж лечение? И мост развалился после землетрясений, а иначе бы мы перебрались на тот берег и жили вместе с народом Сиртара. А ты "вот и все", "вот и все"!

Он внезапно утер рукавом лицо и резко отвернулся, а потом и вовсе выбежал из шатра, оставив ступку лежащей на траве.

– Что с ним?
– удивился Эльтдон.

Асканий сокрушенно взмахнул рукой:

– Это все из-за Хриис. Они дружили, и Химон очень переживает за здоровье девочки. А насчет циклопов он, конечно, прав. Фтил уже не раз говорил: ему бы в горы, там травку ту раздобыть, так за неделю девчонка бы поправилась. Ан нет - нам теперь в горы ход заказан. Подле них циклопы устроились, так что пройти не дадут, а травка Фтилова-то растет только по ту сторону. Прохода через Псисом всего два: один циклопами, значит, занят, а до другого неделя ходу. Оно конечно, можно было бы и через дальний пробраться, не велик труд - там уж, всяко, циклопов нету, - но кто ж Фтила отпустит? А случится что? Химон, без спору, мальчишка смекалистый, да только он один на все племя... Нет, как ни крути, ничего не выдумывается. Вот и бегает Фтил к Хриис, а только сам он как-то обмолвился, что без этой проклятой хладяницы девчонку на копыта не поставить. Вот такие, браток, дела.

– А что, если послать за травой Химона?
– предложил Эльтдон.
– Уж он-то в травах разбирается.

– Разбираться-то разбирается, оно понятное дело, ученик ведь Фтилов. Да только кто ж его одного отпустит? Ясное дело, никто. А с кем его послать, коли не одного? Это ж риск огромадный, вот Левс и не позволяет никому из мужиков, а ведь многие вызывались.

– Но почему?
– недоумевал эльф.
– Дочь-то его родная, не чья-нибудь.

– Вот то-то и оно, - сокрушенно вздохнул кентавр.
– Была б "чья-нибудь" - в лепешку б разбился, жизнью б своей рискнул, а коли своя, так других посылать не смеет и сам уйти не может - не в том сейчас состоянии народ, чтобы его на кого-нибудь другого оставлять. Не к лицу мне жаловаться, но правда-то в том, что после этих землетрясений бед на нас свалилось немерено, каждый воин сейчас на счету - охотиться в новых местах знаешь как сложно! Вот то-то и оно...- Асканий фыркнул: - Эх, нам бы на тот берег, к Сиртаровому народу. Мы завсегда дружили, так что, без сомнения, Сиртар бы нам и места для стойбища уделил, и помог бы чем смог. Да мост разрушился, а новый нам не построить ни в жизнь. А так - невесть что нас ждет в этих краях: дичи мало, трав лекарских мало, циклопы беснуются, только подойди. Одним словом - беда.

Дождь снаружи усилился. Его крученые нити хлестали землю, а гром продолжал недовольно ворчать, как видно, досадуя на жизнь. Сюда, в шатер, вода почти не проникала благодаря небольшой окружной канавке, вырытой специально на такой случай, но огоньки свечей все равно подрагивали, отчего свет разливался неспокойными волнами, преображая лица и предметы. Эльтдон подумал, что знает о причине тех землетрясений, о которых говорил Асканий. Уход из Ниса драконов Эхрр-Ноом-Дил-Вубэка сказался на окружающем значительно сильнее, чем этого можно было бы ожидать. Даже астролог не способен был с точностью предсказать все изменения, которые влекла за собой смерть носителей мировой мудрости. Вот, например, циклопы. Изначально островные существа, каким нелепым извивом судьбы оказались они выброшены на побережье континента? И что с ними будет дальше?

Глухо простучали по влажной земле копыта, и в шатер вошел Фтил, отряхиваясь и отфыркиваясь, вымокший до нитки под этим ночным дождем. Он оставил сумку в углу и подошел к свечам, протягивая загорелые руки, чтобы согреть хотя бы озябшие ладони. Вода струйками стекала с его тела и одежды, собираясь в маленькую лужицу с черной дрожащей поверхностью. Кентавр нервно переступал копытами и взмахивал хвостом; не оборачиваясь, спросил:

– А где Химон?

– Ушел куда-то, - ответил Асканий.
– Что случилось? Ты сам не свой.