Чтение онлайн

Особенно, на единственном перевале во всех Аллеверских холмах. В месте, где крутой извилистый подъём переходил в узкое ущелье меж отвесных склонов, построили две крепости. Они смотрели друг на друга чёрными бойницами и помахивали разными флагами на ветру. На первом форте краснело знамя с золотым летарским орлом. Второй же украшал белый волк на чёрном поле. Здесь и сходились два королевства с долгой историей вражды.

Но пограничным гарнизонам было не до былых распрей. Более того, отряд Каддара оказался не единственными желающими пройти Аллеверы в этот день. Уже на подъёме к первым вратам они оказались зажаты меж повозок, пока кони из последних сил штурмовали высоту. Видимо, торговцы не преминули воспользоваться первой оттепелью.

В таком столпотворении никому не было дела до молчаливого отряда и его оружия. Лишь алледанские солдаты попросили Каддара обождать, пока скрипучий обоз перед ним укатится подальше, дабы не устраивать давку на перевале.

Таким же спокойным образом отряды прошли вдоль Аллеверских холмов уже по алледанской стороне и вышли к Люведенну. Очередному невзрачному городу посреди лесистых равнин, что резко упирались в пузатые горы. Невысокие, не больше полверсты, но довлеющие над каждым, кто осмелится взглянуть на них с такой близи.

Два отряда объединились на глухом пятаке под Люведенном в предпоследний день первой луны, как и было запланировано. Гелланн сразу принялся обсуждать планы захвата с гвардейцами. Каддар, разумеется, помог им, но вести с солдатами герцога долгие беседы не собирался. Ему не было до них никакого дела. Сегодня он захватит Химеру и пойдёт своей дорогой, навсегда забыв про Бассель. По крайней мере, надолго.

Ночь прошла в приготовлениях к долгожданной встрече с теми, кто устроил Бассельское побоище. Отряд загодя подготовил удобные позиции в перелеске у самого разъезда Грача. Отсюда расходились три дороги. Очевидно, караван с Лисами придёт с севера, от города, так что оставались направления на юг и на запад, и они прекрасно контролировались гвардейцами.

Каддар с Гелланном решили, что стоит дать каравану уйти подальше от развилки, чтобы оставить Лисам меньше возможностей отступить. Какое из направлений они бы не выбрали, гвардейцы быстро перекроют его с обоих концов.

— Ну что, волнуешься? — Гуррабад подсел к следопыту в его убежище из сухих веток.

— С чего мне волноваться? — спокойно ответил Каддар.

— Тебе же так нужен Химера, а мы скоро с ним встретимся, — чародей тихо рассмеялся. — Грязный вор своё получит, это уж точно.

— Он — мой.

— Что, даже чуть-чуть помучить не дашь?

— А ты расскажешь, что такое он у тебя украл?

— Мог бы, да ты всё равно не поймёшь.

Каддар фыркнул и покинул свой шалаш, оставив Гуррабада доедать лепёшку в одиночестве. Он подошёл к Маришу, который получал очередные наставления от третьего командующего.

— Самое главное, не атакуй, пока сигнал не дам, — бубнил Гелланн на ухо бреккцу. — Ты ведь понял?

— Уже три раза сказал, что понял, — Мариш сдвинул брови. — О, командир, спаси меня, пожалуйста.

— Как тебе их план? — спросил Каддар, когда они ушли подальше от гвардейца.

— Ничего особенного, — телохранитель сложил руки на груди. — Но, раз ты одобрил, то и мне нормально. Только этот вот бесит. Мутный.

— Гуррабад? — следопыт бросил небрежный взгляд на чародея. — Скоро мы о нём забудем.

— Поскорее бы. Он чудной и пахнет странно.

— Не уверен, что понял тебя, Мариш.

— Я плохо сказал, — бреккец постучал пальцем по переносице. — Не странно, а вообще не пахнет. Мы пропотели, как волы, пока сюда шли, а он просто ничем не пахнет. Ни чуточки.

Каддар задумался над словами своего спутника. Порой тот бывал на редкость наблюдательным, хотя следопыт и не мог с уверенностью говорить, что отсутствие пота на теле Гуррабада было главной его странностью. В конце концов, хорошие чародеи и внешность могли менять.

— Готовность! — выдал вдруг Гелланн. — Приближаются!

— Как, уже? — Каддар на всякий случай надел одно из колец.

Караван было слышно издалека, так что он ещё долго гремел колёсами с северной стороны, пока морда первой лошади не появилась из-за поворота. Погонщик выглядел сонным и не сразу заметил, что на его пути вырос гвардеец с выставленным копьём. Зато передняя двойка лошадей среагировала куда лучше. Они встали на дыбы и наполнили утренний лес обеспокоенным ржанием.

— Ой-ой-ой, — причитал погонщик. — Что такое? Что делается?

— Прошу вас остановить караван, — произнёс Гелланн.

Третий командующий вышел из леса с двумя соратниками, пока ещё двое и Мариш обходили сцепку из двух крытых повозок сзади.

— Так, уже встал, не видите? — погонщик выпустил поводья и поднял руки. — Вы чего удумали? Караваны — святое дело для Люведенна. Совсем рехнулись прямо у города грабить?

— Ваш груз нам неинтересен, — настал черёд Каддара показаться в свете зари. — Чего я не могу сказать о ваших пассажирах.

— Пассажирах? Это что такое?

— Люди, которых ты везёшь! — раздражённо воскликнул Гелланн. — Высаживай — и езжай своей дорогой.

— Нет у меня никаких людей, — поводья вновь оказались в руках погонщика. — Сменщик мой только. Так что я, пожалуй, сразу поехаю своей дорогой.

— Придётся подождать, — вопреки указаниям, Гуррабад вышел на дорогу.

Чародей щёлкнул пальцами, и деревья по обе стороны каравана рухнули с оглушительным треском, перегородив дорогу.

— Колдовство! — взвыл погонщик. — Колдовство галимое!

Лошади его взволновались и начали метаться в разные стороны, едва не разорвав караван пополам. Тогда Гуррабад взмахнул рукой и усыпил их. По крайней мере, Каддар надеялся, что просто усыпил.

— Вы кто такие? — орал погонщик. — Никто не нападает на караваны Люведенна, ясно!? Вам конец, конец! Это караван Бестеля, а не залётный купчишка!

— Спокойно, — говорил Гелланн, хотя голос его спокойствие точно не излучал. — Лошади просто спят. Мы проверим ваш груз, и наш спутник обратно их разбудит. Ведь разбудишь же, Гуррабад?

— Непременно, — маг облизнулся и двинулся к повозкам вслед за третьим командующим.

Каддару оставалось только последовать за ними, пусть изначальный план и рассыпался. Мариш как раз сорвал мешковину с первой повозки и открыл гвардейцам её содержимое. Среди натуго затянутых тюков сидело трое мужчин. Один был коренастым, с округлыми щеками. Второй озадачено чесал лысую голову, а третий отличался щербатым лицом и редкими жёсткими волосами. Ни один из пассажиров не оказался Химерой, но оставалась ещё вторая повозка.