Чтение онлайн

Три века тому назад владыки далёкой Гонлии на востоке Большой Земли начали безумный поход, который поглотил все соседние страны. Обуздав доселе неподконтрольную никому магию огня и разрушения, гонлийские войска смяли всех своих соседей, от островов Коваранта до величавых Старых Холмов Шаадамара.

Тогда, в самый разгар четвёртого века от Звездоявления, они даже смогли войти на земли Анора. Сгустки пламени гонлийских чародеев долетали до дворцов Небесного Царства, а одна из шести башен собора Далёкой Звезды ещё хранит на себе опалённую выбоину от пылающих снарядов.

В конечном итоге, запад Большой Земли смог дать отпор завоевателям. В едином порыве выступили все шесть королевств бывшего Альдеварра. Первая Соттория и Междуречье отправили свои войска на юг континента. Даже Годаранская империя отвлеклась от Вечного Гона, чтобы щёлкнуть по носу зарвавшихся гонлийцев на море. С тех пор то, что осталось от этой страны, известно на западе не иначе, как «проклятая земля».

Однако Каддар Бреккский решил, что это название куда лучше подойдёт Летаре, после того как встретил первый день второй луны семьсот восьмого года в темнице.

За долгие годы работы он побывал в разных местах. От колосящейся под солнцем степи Китоноса до зловонных болот Гаальта. Каддар кутался в меха посреди зимней Соттории, прятался от жары в Стегении, пил выдержанное вино с вельможами Меренфольда. Однажды он даже добрался до почерневшего от времени столба, увешанного черепами павших воинов, на границе жалкого осколка, который остался от Гонлийской империи.

И лишь треклятая Летара привела его в сырую тюрьму в бастионе у ворот Люведенна. После роскошных поместий и трапезных лордов Каддар оказался за ржавой решёткой. Втроём в одной камере было слишком тесно, пусть Гуррабад и лежал без чувств на одной из коек. Его одежда пропиталась кровью, а стрелы так и торчали из груди, но он ещё дышал. Редко и тяжело, но всё же дышал.

К счастью, Мариш без лишних вопросов уступил командиру вторую койку, а сам уселся на пол и опёрся спиной о прутья. Он вполголоса напевал старый бреккский мотив, но Каддар не стал его одёргивать. В какой-то момент он понял, что под этот гулкий бас ему думалось лучше, чем под хрипы Гуррабада и чертыханье гвардейцев в камере напротив.

Следопыт прикидывал пути к отступлению. Большинство из них не обойдутся без грубой силы, чего Каддар хотел избежать. Герцог Содагар запретил отряду наводить шум в соседнем королевстве: видимо, опасность войны — да ещё и без ведома короля — он прекрасно осознавал. Назваться посланниками Его Светлости они тоже не могли, раз уж Гелланн не сделал этого ещё на тракте и предпочёл сдаться.

По дороге в темницу Каддар не раз намекнул на возможность решить вопрос серебром, чтобы не прибегать к стали. Однозначного он ответа он не получил.

— Вечер добрый! — эхо низкого, уверенного голоса прошло по сводам темницы.

Перед решёткой появилось четверо солдат. Трое из них явно были не более, чем рядовыми бойцами, посланными охранять двух других. Помимо бердышей они несли по свёртку. Десятского Хларда следопыт запомнил ещё на тракте: благо, память на лица его не подводила. А вот ещё один солдат — лысеющий мужчина лет сорока с глубоко посаженными глазами — был рангом повыше. На это намекала и обшитая бархатом рукоять его меча и серебряная пряжка на коротком плаще вместо потускневшей бронзовой у десятского.

— Как вы себя чувствуете? — с ухмылкой спросил старший из воинов.

— Хреново! — крикнул гвардеец по имени Арант.

— Меня это устраивает. Грабителям караванов иного и не положено.

— Полагаю, вы не выпустить нас пришли? — Каддар сел на край койки и посмотрел в глаза старшего.

— Не совсем понимаю, откуда такая надежда, — тот не моргнул. Лишь почесал щетину на узком подбородке. — Наверное, из-за откупа, который ты предложил десятскому Хларду. Увы, у нас вопросы так решать не принято.

— Не принято ли? — сощурился Каддар. — Или мы просто не сошлись в цене?

— Хватит этих разговоров! — покраснел Хлард.

— Верно, — согласился старший. — Ты такими предложениями ещё больше проблем заработаешь. Лучше скажи, кто вас послал. Кто у вас главный?

— Не твоё дело! — гвардеец Вилар ударил кулаком по решётке и заскулил громче, чем та зазвенела.

— Но вы же только что сказали, что мы грабители караванов, — припомнил Каддар. — Или вы уже не так уверены?

— То, что грабители, я уже понял, — старший покрутил кистью перед лицами рядовых. — Но грабители необычные.

Солдаты уложили свёртки на пол и раскрыли их. Ещё по трезвону содержимого Каддар понял, что внутри будет оружие, которое алледанцы забрали на разъезде Грачей. Добротные клинки гвардейцев, пара луков, его собственное кольцо с опалом. И, конечно же, роскошный меч Мариша.

— Это моё, — процедил бреккец при виде своего подарка.

— Меч-то? — старший поднял клинок и поднёс его к факелу, чтобы рассмотреть получше. — Восхитительная работа, шедевральная. За такой и тысячу алленов отдать не стыдно.

— Интересный блеск, — заметил десятский. — Это золото? Блестит, как золото.

— Сальденит, — буркнул Мариш.

Недоверие наполнило взгляды солдат. В скромном северном Алледане редкостью был и обычный известняк, который приходилось волочь от Люведенна до дальних рубежей. К своему счастью, местные владыки хотя бы разыскали залежи минералов в сердце завоеванного полувеком ранее острова Аку-Эн. Но вот сальденит оставался для них несбыточной мечтой, сокрытой далеко в Стегенских горах Брекка. На редкость прочный металл оказался особенно полезен против наполненных магией врагов.

Сальденит сдерживал колдовство и помогал бреккцам пленить даже чародеев Годарана. А такое напыление на клинке становилось для магов настоящим ядом. Была с ним лишь одна загвоздка: как ни иронично, с чистым сальденитом не мог справиться ни один горн. Чтобы расплавить — или хотя бы распылить — металл для убийства магов, нужно было найти достаточно сильного чародея.

— Потрудитесь объяснить, откуда у шайки грабителей такое оружие? — голос старшего солдата охладел.

— Я прошу меня извинить, — Каддар встал и натянул улыбку поверх усталого лица. — Мне не очень комфортно вести с вами разговор, не зная даже вашего имени.

— Меня звать Гледур, — представился солдат с гордостью. — Ратник Гледур.

Следопыт напряг разум и обратился к собственным познаниям об Алледане. Воеводы этой страны были одними из немногих, кто решил придать своей армии хоть сколько-нибудь порядочный вид. Десятские у них были мелкой сошкой, командующей разве что патрулями. Для задач посерьёзнее они объединялись в отряды по семь десяток под началом семерских. Ратник же командовал сразу восемью «семёрками» и вполне мог возглавлять местный гарнизон в мирное время. Вот случись война, Гледур покорно встанет под командование воеводы, будь то граф Люведеннский или его ставленник.