Чтение онлайн

Не таясь охотник отправил камидаму сэру Лерету о произошедшем. На маленького бумажного человечка нужно было вместить кучу информации, и писать можно было только с одной стороны, поэтому строки походили на муравьиный след, тонкий и прерывистый. Сможет ли сэр Лерет разобрать его кривой почерк? Неважно. Независимо от того что ответит сэр Лерет что делать им - было понятно и так. Вот что в это время будет делать Орден - вопрос другой.

– Завтра разделимся, - постановил охотник.
– Госпожа Белое Перо, вы вольны сами решить как действовать дальше, но если бы вы сопроводили учеников Ордена в Троп, я был бы вам очень благодарен.

– Воробей говорил, что вы не станете нападать, - кивнула женщина, - но вековые предрассудки не позволяют мне...
– её взгляд на мгновение затуманился, - и Филина они убили.

– Мне очень жаль, что так вышло с вашим мужем...

– Храм и Орден больше не вместе, - перебил его странник.
– Дети Ордена защитили вас, в то время как слуги Храма хотели убить и вас, и их.

– Ты уже говорил это, но...
– Белое Перо отвернулась.

– Никаких 'но'. Верь своим глазам.

В конюшне повисла тишина, только лошади пофыркивали да хрустели зерном.

– Пёрышко, - зашёл на новый круг странник, - ты и Суши будете там в безопасности. Этот мужик - сэр Лерет - он держит слово. Вам нельзя в Трясы с нами.

– Что значит 'с нами'?
– Вскинулся охотник, - ты тоже едешь на юг в Троп.

– После байбака у тебя уже всё прошло, - елейным голосом пропел в ответ Воробей, - и помощь лекаря тебе уже не понадобится, да?

– Это опасно.

– Не ради того я пёр за тобой так далеко, чтобы ты теперь рассказывал мне об опасности.

Охотник медленно посчитал про себя до десяти. Не помогло. Посчитал до двадцати. В сочетании с размеренным глубоким дыханием - помогло.

– Поговорим об этом утром, - постановил он. Может, удастся его образумить? Хотя в тайне охотник хотел, чтобы странник отправился с ним. Но признаться даже самому себе в этом было сложно.

– Как скажешь, - пожал плечами странник. Вид у него был такой, словно он уже всё решил. Хотя с него станется - уже всё решить. От взгляда охотника не укрылось, как Белое Перо посмотрела на него. Странным в ней казалось всё. Хотя скорее всего дело было в том, что это был второй странник, которого он видел рядом, и который не нападал. Это было непривычно. И как-то... неестественно. Права Белое Перо - вековые предрассудки не так-то легко выбросить из головы. Но почему она следует решениям Воробья? Охотник против воли нахмурился. Они едва знакомы, а она уже принимает его решения о том, как ей жить и куда ехать с Суши. И та большая семья странников - они правда о нём беспокоились, хотя сам Воробей утверждал, что не знает их по именам, и у охотника не было причин не верить. То есть, несмотря на отсутствие внешних признаков - как, например, нательных кулонов охотников Насатера или татуировок воинов Крати - странники как-то друг друга всё равно различают. Но тогда ведь было бы так просто - берёшь одного странника, ставишь на площади города и ловишь всех, на кого он укажет. Интересно, почему Главный Смотритель до сих пор так не сделал? Непонятно. И не отменяет главного вопроса: почему она слушает Воробья?

– Пойдём. Нужно подкрепиться.

Гадкий привкус не исчезал. Охотник закрыл глаза сосредотачиваясь на своих ощущениях. Словно тяжёлый ветер давил на плечи, обволакивая всё тусклой дымкой магии. Похожие ощущения охотник испытывал из-за бессознательной магии странника, но сейчас это было что-то другое. Ведьма колдует? Нет, оттенок запаха другой. Более... шероховатый. Будто наждачкой по нервам.

– Что это?

Странники недоумённо заозирались.

– Что?

Охотник как мог описал свои чувства. Его спутники тоже закрыли глаза сосредотачиваясь.

– Я ничего не чувствую, - наконец, признался Воробей. Белое Перо только согласно кивнула подтверждая, что тоже ничего не заметила странного. Как такое может быть? Может, это после битвы с байбаком ему всякое мерещится просто? Заметив его сомнения, странник пояснил: - Я лучше чувствую живых людей, а ты, похоже, больше по нежитям.

– Я никогда ничего похожего не встречал...
– на рягача это точно не походило. Слишком зыбко, едва на грани восприятия.

– Пойдём к остальным. А я пока что подумаю что бы это могло быть. В любом случае в ночь и в дождь пытаться ехать - плохая идея. У нас только две лошади, способных на такое, да и Летора в его состоянии лучше лишний раз не теребить.

Воробей был прав.

Ученики тоже ничего странного не чувствовали, и это убедило охотника остаться на ночь.

В камине гудел огонь. В кресле в полоборота к Номи сидел Глен. В руке у него был шампур, и на самом его кончике - кусочек сала. Глен держал сало над огнём, и когда расплавленный жир начинал капать, обмакивал о кусочек чёрного хлеба, а потом опять засовывал в камин. Именно его аппетитный запах разбудил Номи.

Разбудил?..

Охотник огляделся: в приёмном зале были только они вдвоём. Где дети? Где странники?

– Привет, Номи, - Глен заметил его движение. Он протянул шампур: - Будешь?

Номи принял шампур и сел рядом. Покопавшись в сумке Глен достал ещё один кусок хлеба и протянул напарнику. Какое-то время они сидели молча глядя как сало плавится на огне, а пламя гудит и извивается танцуя на дровах.

– Как Кико?
– Тихо, едва слышно спросил Глен, но Номи услышал.

– На юге, в Тронстене, вместе с Лаши. Орден укрыл всех детей там.

– Укрыл?
– Глен удивлённо посмотрел на Номи, но тому показалось, что это скорее вежливое удивление - напарник и так уже всё знает.

– Храм забрал учеников Ордена. Сэру Лерету удалось спрятать только младших детей.

– С каждым поколением рождается всё меньше способных, - пробормотал Глен.
– Если Ордену не удастся вернуть учеников, боюсь, это будет означать скорый его конец.

Скорый или нескорый, но если всё оставить, как есть, Ордену действительно не протянуть и сотни лет.

– Что ты думаешь о Воробье?
– Поинтересовался Номи.

– Он опасен, - судя по всему Глен всё ещё размышлял о будущем Ордена.
– Но пока вас связывает одно дело - он будет помогать.

– Одно дело? Ты имеешь ввиду то, что я его спас? Он что-то говорил про Долг...

Глен перевёл взгляд с огня на Номи. Как давно на него никто так не смотрел. С иронично вздёрнутой бровью и едва заметной улыбкой.

– Скажи мне, Номи, что для тебя есть долг?

Номи открыл было рот повторить клятву охотника Насатера, но Глен остановил его жестом и продолжил:

– Охотник не даёт никаких других клятв - он следует Долгу, и все слова и обещания, которые мешают ему в этом - он отбрасывает. Почему ты считаешь, что странник трактует Долг как-то иначе?

– Но каков его Долг?
– Номи недоумённо смотрел на своего напарника.

– Он сам тебе сказал.

Номи нахмурился.

– Долг каждого архивариуса - беречь и приумножать знания. Но как настоящий архивариус Воробей понимает, что его знания без тех, кто может их применить - лишь пустая шелуха. Поэтому он будет держаться тебя: он знает много, но мало что может, а ты - наоборот.

– Почему ты так думаешь?

– Я не думаю, - возразил Глен.
– Я давно умер, и через мой пепел проросла трава, - он сделал широкий жест показывая приёмный зал.
– Это ты думаешь. Это - твоё подсознание, а я - лишь мысли, которым ты не давал выхода, пока бодрствовал.