Чтение онлайн

На секунду Рантар затих в полной уверенности, что что-то услышал. Шаги. Или просто упала пара камней?

Он еще раз забарабанил в дверь. Пару раз крикнул. Никакого ответа. И все же кто-то был там, за дверью. Его ноздри жадно вдыхали затхлый сырой воздух. Добыча была совсем близко, и он облизнулся.

– Если вы не откроете эти гребаные двери, клянусь богами, я разворочу ваше гнездо своими топорами! Слышите, вы?!

Никто не отвечал. Позади слышалось лишь глубокое дыхание его спутников.

«А что, если это лишь его очередная уловка? Или Семер был тут, но сбежал?»

Рантар яростно дышал, разглядывая позеленевшие доски стены. Потом выдохнул и улыбнулся. Все равно его уже не остановить. В теле возникла легкость, будто Рантар оказался перышком.

Факел выпал из рук, и он взялся за топоры. Несколько простых движений – и Рантар получит ответы.

– Эй, Семер! Я просто хочу поговорить! И кажется, мне придется тебя заставить.

Он занес руку для удара, когда смог различить звуки шагов. Похоже, к стене подходило несколько людей. Вскоре одна из досок двери слегка отъехала в сторону.

– Кто такой? – спросил хмурый голос.

– Приятель с двумя топорами. Передайте, что я пришел не как посланник королевы. А как старый знакомый.

– И друзей с собой прихватил?

– Всего троих. Проводница и двое помощников. Открывайте уже эту дохлую дверь!

Человек ничего не ответил, задвинув за собой доску, но следом послышались удаляющиеся шаги. Только одни. Похоже, еще пара человек осталась возле стены. Рантар мельком окинул своих спутников взглядом. Проводница замерла, вытянувшись, как стебель. Старалась не смотреть в его сторону. Скрытые в полумраке черты Виктории было сложно угадать. Однако побелела она так, что вскоре могла засветиться. А вот амеван был чересчур спокоен или задумчив. Он отступил во мрак и поглаживал петуха.

Во всей этой истории его поведение беспокоило больше всего. Рантар знал амеванов, воевал с ними. Но они все равно оставались слишком загадочными и непредсказуемыми. Говорили, что от магии они все ополоумели. Имва меньше всех был похож на того, кто схватится за рогатый шлем и начнет сжигать зачарованным огнем людские деревни. И все же от мерцания его глаз становилось тревожно, заставляло сильнее сжимать рукояти оружия. А хуже того, Рантар все никак не мог понять, что могло в нем измениться.

«Проклятье, я же не его отец, чтобы так беспокоиться! У меня своих проблем хватает».

Мерзкий внутренний голос норовил напомнить, что Рантар и собственным сыном никогда сильно не интересовался. Ожидание становилось слишком невыносимым, но тут вновь раздались шаги.

– Он просит оставить оружие.

– А вот хрен ему. И он знал, что я так скажу.

– Знал, – проговорил человек со вздохом, и за стеной что-то глухо упало, а потом дверь со скрежетом отворилась.

Рантар поразмыслил, разглядывая зияющий чернотой проход. Людей в нем не было видно, и не хотелось стать жертвой пик, которые ему могут воткнуть между ребер. Потом он вздохнул.

«Ему интересно, сначала Семер будет слушать».

Трудно было сказать, поверил ли Рантар в собственные слова. Он кивнул проводнице, чтобы она оставалась снаружи, и спрятал топоры, делая шаг вперед.

Глаза, успевшие привыкнуть к полумраку, уловили движение. По бокам стояли три фигуры в одежде доходяг, только шлемы успели нацепить. Один держал копье, второй – арбалет, третий был без шлема, лишь молча смотрел на Рантара, скрестив руки. Наверняка с ним Рантар и говорил.

– Если хоть что-то выкинешь, мы вас всех убьем.

– Понимаю, – пожал плечами Рантар. Он готов был сделать то же самое.

Они двинулись вперед по небольшому проходу, и впервые под ногами Рантара оказались обтесанные булыжники. Он шел так быстро, что готов был обогнать своего провожатого. Очень скоро проход привел их в небольшое помещение, в котором слабо подрагивали факелы, а воздух был чуть суше, чем в остальных местах. Костер разожгли прямо возле стены, а из мебели тут был лишь старый стол с подсвечником и стул.

Поблизости стояло еще трое охранников, такие же доходяги, хотя в глубине их глаз играл тусклый огонь. Видимо, те самые бедолаги, что таскались за Семером из битвы в битву, из канализации в пещеры. Обычно когда люди видели Рантара, им становилось страшно, некоторые пытались хорохориться, но эти почти замерли в воздухе, как бледные тени. Будто их уже ничто не могло ни удивить, ни напугать. Трудные противники.

Рантар продолжал прикидывать, как может выглядеть бой, если все пойдет не по плану, но было слишком трудно сосредоточиться. Как поведут себя Имва и Виктория? Какие сюрпризы подготовил Семер? В дальней стене была пара дверей, и Семер мог запросто спрятать там подкрепление.

Самого генерала он узнал с первого взгляда, хотя жизнь того заметно потрепала, будто старое военное знамя. Семер сидел как обычно, небрежно откинувшись на стуле, будто его застал проситель в тронном зале. Кафтан истрепался и покрылся заплатами, зато пряжка с изображением лилии была натерта до блеска. Лучшие годы прошли не только у кафтана. Лицо Семера вытянулось, щека была перевязана, а волосы превратились в седую щетку, заколотую сзади в короткий хвост. Лишь ехидная усмешка пережила годы, запечатлевшись на его губах, как на статуе.

– Антар! В последний раз я видел, как ты лихо отсекаешь головы нашим дорогим соотечественникам.

– Большой вопрос, кто из нас угробил их больше.

– Ты прав. Хотя с Рантаром Черной Смертью конкурировать не так просто. Стараюсь изо всех сил.

– Я заметил.

С Семером никогда нельзя было знать, шутит он или говорит серьезно. Говорит правду или лжет. Наверное, поэтому он сидел перед Рантаром живой, в отличие от многих, кого ему пришлось отправить в грязь.

На столе были кое-как навалены бумаги, включая карты. Было бы странно, если бы Семер хоть на секунду бросил свое любимое занятие. Тем временем тот лишь слегка скользнул взглядом по его спутникам, но Рантар с удовлетворением отметил блеск любопытства, который Семер пытался скрыть. Пожалуй, даже хорошо, что они взяли с собой петуха. Так Семер всю голову себе сломает, пытаясь понять, что все это значит. Будь сейчас другие обстоятельства, Рантар бы даже рассмеялся.

Стоило отдать Семеру должное, тот ничем не выдавал своего удивления. Если существовало что-то, что Семер любил больше сражений и интриг, так это позерство заправского театрала.

– Признаться, больше я мог бы удивиться, только если бы сюда постучала сама Доротея. Или Безымянные боги.

Про амевана и Викторию Семер не сказал ни слова, будто их здесь и не было.

– Не один ты любишь эффектные появления.

– Признаюсь. Удивлен, – Семер поднял руки, улыбаясь. – Чем обязан визиту?

У Рантара занялось дыхание. Перед глазами проносились картинки: падающий сын, манящая улыбка Доротеи. Ему бы прочистить горло, но любой разговор с Семером представлял собой шахматную партию. Даже если ты не собирался в нее играть. Рантар начал говорить, борясь с першением в глотке:

– Я больше не с королевой. И мне нужен сын.

Получилось проще, чем казалось. Рантар выжидательно посмотрел на бывшего командующего армиями Истрии, на лице которого не изменилось ровным счетом ничего.