Охраняемая големом
Шрифт:
Мои мышцы болели, но в остальном я была в порядке. Сильнее всего болела голова. Моя одежда была цела, хотя и грязна.
— Что происходит? — прошептала я, просто чтобы проверить, работает ли мой голос. — Кто мог такое сделать? И со мной… Почему со мной?
Я ломала голову еще несколько минут, но она отказывалась сотрудничать. Я была готова поспорить, что виной всему была рана на затылке. Я задавалась вопросом, как у меня это получилось. Кто-то ударил меня чем-то тяжелым по голове? Я упала и ушиблась? Так много вопросов, и ни одного ответа, который мог бы выдать мой мозг.
— Эй! — я закричала или попыталась.
Мой голос был слабым, поэтому я прочистила горло и попробовала снова.
— Эй! Выпустите меня! Помогите! Помогите!
Я потянула за цепи, гремя ими так громко, как только могла. Затем я начала колотить ногами по земле, все время зовя на помощь.
Я делала это до тех пор, пока не устала и мой голос не охрип. Головная боль была такой сильной, что мне пришлось заползти обратно на матрас и лечь. Я начала беззвучно плакать, чувствуя, как слезы катятся по моему лицу.
Я не понимала, почему это происходило со мной.
Были ли у меня враги? Я не могла вспомнить.
Была ли это случайность? Оказалась ли я не в том месте и не в то время? Статистика говорит, что большинство женщин были похищены их знакомыми. Редко случалось, чтобы их похищали незнакомцы. Я пыталась по-настоящему усердно думать о людях в моей жизни, но в голове снова была пустота, и паника вернулась, сжимая мою грудь.
Со мной действительно было что-то не так, если я ничего не могла вспомнить.
Я услышала шаги за дверью и замерла. Они приближались все ближе и ближе, а затем я услышала, как поворачивается ключ в замке. Мое сердце заколотилось в груди. Я снова села, подтянув колени и пытаясь стать меньше. Дверь открылась, и с другой стороны показался свет. В дверном проеме появилась тень, и я сразу поняла, что это мужчина.
— Ты проснулась. — сказал он ровным тоном.
Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. В руках он нес коробку. Он потянулся к веревочке, которая, как я теперь заметила, свисала с потолка, потянул за нее, и лампочка ожила. Она осветила его лицо, и я увидела, что он молод, возможно, около тридцати, с черными волосами и темными глазами, которые казались тусклыми за очками в толстой оправе. Он совсем не был похож на похитителя. Он не был похож на плохого парня. Скорее на обычного парня, которому, казалось, слегка наскучило все вокруг.
— Кто вы? — спросила я. — Зачем вы это делаете?
Он подошел ко мне и поставил коробку на пол.
— Как ты себя чувствуешь, Майя?
Мои глаза расширились при звуке моего имени. Я не подумала проверить, помню ли я свое имя. Я сделала это сейчас, и оно легко пришло мне в голову — Майя Лукас.
Хорошо. Майя Лукас. Чем занималась Майя Лукас? Где она работала? Где она жила?
Пусто. Пусто. Пусто.
Мне захотелось заплакать, но я не буду плакать перед ним.
— Кажется, я ударилась головой. — сказала я, пробуя почву.
Он кивнул.
— Ты затеяла драку. Я этого от тебя не ожидал. Посмотри на себя, ты крошечная. О чем ты думала, когда брыкалась и кричала? А теперь у тебя сотрясение мозга. Надеюсь, ты гордишься собой.
Я не могла поверить его словам! Значит, это он похитил меня. Глядя на него, я понимала, что он был выше, крупнее и сильнее меня. Наверное, я никогда бы не подумала, что парень в очках способен на что-то настолько гнусное.
— Так вот почему я ничего не могу вспомнить?
Он приподнял бровь.
— А что ты помнишь?
— Свое имя. Вот и все. И только потому, что ты назвал меня Майей, а потом это пришло ко мне… Майя Лукас.
— Совершенно верно. Ты Майя Лукас. Прежде чем ты скажешь, что я похитил не того человека, позволь мне заверить тебя, что я этого не делал. Ты тот человек, Майя. Именно то, что мне нужно. — он присел и открыл коробку. — Но мне нужно подтвердить это, проведя несколько тестов.
— Что?
Внутри коробки я увидела различные типы шприцев и стеклянных пробирок. Там также была марля, дезинфицирующее средство и несколько пузырьков с таблетками.
— Какие-то анализы? Вы врач?
— Что-то в этом роде. Расслабься, я просто возьму немного крови.
— Для чего? — спросила я.
— Твоя рука, Майя.
Я подумала о том, чтобы снова подраться с ним. Но со скованными запястьями и в том плохом физическом состоянии, в котором я была, не думаю, что у меня есть шанс. Я протянула к нему правую руку, и он взял довольно щедрый образец моей крови.
— Пожалуйста, скажи мне, для чего это. — умоляла я. — Что ты собираешься со мной сделать?
— Так много вопросов. — вздохнул он. — Я проведу несколько тестов, чтобы убедиться, что ты действительно тот человек, который мне нужен. Это деликатная ситуация, Майя. Твоя кровь должна быть идеальной. Если ты пройдешь тесты, я оставлю тебя, и не волнуйся, я буду заботится о тебе очень хорошо.
— А если я не пройду тест?
Он пожал плечами.
— По-прежнему ничего не помнишь?
Я нахмурила брови и попробовала снова.
Где работала Майя Лукас? Нет. Ничего.
Он наполнил последний тюбик кровью, затем приложил вату к проколу на моей руке.
— Смерть будет легче, если ты потеряешь память. — он сказал это так спокойно, как будто говорил о погоде. — Если тебе от этого станет легче, я не собирался вызывать у тебя сотрясение мозга. Ты сделала все тяжелее, чем оно должно было быть. Кроме того, во всем этом нет ничего личного.
— Мне от этого не становится лучше. — пробормотала я.
Я была ошеломлена. Я понимала, что должна была реагировать по-другому, но я была слишком ошарашена его скучающим отношением.
— Итак, если я пройду тест, вы оставите меня здесь. До каких пор?
— До тех пор, пока ты не станешь бесполезной.
Он сложил шприцы и тюбики в коробку, закрыл ее и встал.
— Пожалуйста… я… я не сделала ничего, чтобы заслужить это. — сказала я.
— Откуда ты знаешь, Майя? Ты только что сказала, что ничего не помнишь.
Он издевался надо мной? Конечно, я не помнила, кем я была и на что была похожа моя жизнь, но в глубине души я чувствовала, что я нормальный человек. А нормальные люди не совершают поступков, которые оправдывают такое обращение.