Охраняемая големом
Шрифт:
— Ты не можешь этого сделать. — сказала я.
Он сдвинул очки на переносицу и повернулся, чтобы уйти.
— Я принесу тебе еду и воду через некоторое время, а потом пойду поработаю с образцами твоей крови.
— Ты говоришь так, как будто…
Мой голос дрогнул.
— Как будто это просто еще один день… как будто это обычная рутина.
Он открыл дверь и вышел. Прежде чем закрыть и запереть ее, он бросил на меня последний, унылый взгляд.
— Так и есть.
ГЛАВА 3
Мейсон
Мой бывший босс пригласил меня в свой кабинет, затем попросил секретаршу закрыть жалюзи и дверь. У Охранного Агентства Монстров были филиалы по всему миру. Этим филиалом управлял Тарос Маммон, который был рогатым дьяволом с пылающими глазами и раздвоенным языком. Он сидел в своем кресле, сделанном из чистого титана, единственного металла, который не плавился, когда он случайно давал волю своему гневу.
Я сел напротив него. Не говоря ни слова, он подтолкнул ко мне контракт.
— Все как обычно? — спросил я.
— Кое-что из этого дв.
Я вздохнул и внимательно прочитал это.
ОАМ предоставляло одинаковые контракты, но были клиенты, у которых были особые требования, которые они хотели включить. Иногда их можно было обговорить, в большинстве случаев — нет. В тот момент, когда мой взгляд упал на добавленные пункты, я понял, что у этой работы была теневая сторона.
Я посмотрел на Тароса. Он знал, каковы были мои принципы. Были чудовища, которые работали на ОАМ, и им было все равно, что это за работа. Мне было не все равно, и я всегда считал за правило избегать работы, которая противоречила моим ценностям.
— Нищим выбирать не приходится, Мейсон. — сказал он.
— Ты думаешь, я пришел сюда просить милостыню?
— Ты пришел, потому что тебе нужна работа. Это и есть работа.
— Ты же знаешь, что было неправильно увольнять меня. — сказал я.
— Последняя работа, которую ты выполнял, была ужасной, и мне все равно, по чьей вине это произошло.
Справедливо. Я мог бы поспорить, и меня вышвырнули бы из его кабинета, или я мог бы проглотить свою гордость и рассматривать это как второй шанс.
— Почему я? — я спросил. — Почему ты сказал по телефону, что я единственный, кто может это сделать?
Он ухмыльнулся, и я знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что то, что он собирался сказать, было ложью или, по крайней мере, не всей правдой.
— Это надолго. И это утомительно. Только такой твердый и неподвижный человек, как ты, может это сделать. Без каламбура.
— Я вижу, что это надолго.
— Да. Если ты понравишься клиенту и хорошо выполнишь свою работу, он будет нанимать тебя годами.
— Я так понимаю, ты не хочешь, чтобы твои хорошие агенты застряли на такой бесперспективной работе, как эта.
Он пожал плечами.
— Так оно и есть. Но посмотри на это с другой стороны. У тебя будет стабильный доход. Ты по-прежнему будешь работать в ОАМ, но мне не придется каждый день видеть твое лицо и вспоминать, как сильно ты облажался.
Я закатил глаза.
— Прекрасно.
Я нацарапала свое имя на контракте и подтолкнул его к нему.
По правде говоря, у меня не было выбора. Я не знал, что это за работа, просто она звучала необычно. Я собирался выяснить это достаточно скоро.
— Вот адрес.
Тарос нацарапал его на листке бумаги. — Только для твоих глаз. Запомни это и сожги. А теперь убирайся с глаз моих.
Он ухмыльнулся.
— И удачи.
Я кивнул ему и что-то проворчал, поскольку его поведение не требовало большего.
Адрес вывел меня за пределы города. Моей первой мыслью было, что поездка на работу будет мучительной, но потом я вспомнил пункт в контракте, в котором говорилось, что это место для постоянного проживания. Клиент нуждался во мне на работе круглосуточно. Если бы это сработало, я мог бы отказаться от квартиры и оставить себе деньги за аренду. Остановившись перед массивными воротами, я покачал головой от своих преждевременных мыслей.
Никогда не было хорошей идеей забегать вперед.
Я оказался перед закрытым поместьем, и мне пришлось нажать кнопку и ждать, пока хриплый голос на другом конце начнет допрашивать меня, прежде чем впустить. Очевидно, мой новый клиент очень серьезно относился к своей охране. Он ждал меня перед своим впечатляющим особняком. Когда я вышел из своего пикапа, он не сделал ни малейшего движения в мою сторону. Он ждал, пока я подойду к нему, и не выглядел так, словно пожал бы мне руку, если бы я предложил.
Кроме того, он был человеком.
— Мейсон Стоунуорден. — сказал он довольно пресным голосом.
— Да, это я. Я ваш новый телохранитель.
— Я доктор Винсент Локвуд. Пожалуйста, следуйте за мной.
Этот парень совсем не был дружелюбным. Он был высоким и худощавым — высоким, по крайней мере, для своего вида — с темными волосами, аккуратно зачесанными с большого лба. Он носил очки, которые часто сдвигал на переносицу, и белый лабораторный халат поверх своей темной, идеально отглаженной одежды.
Он был весь такой деловой.
Мне стало интересно, что же это за доктор.
Однако моя работа заключалась не в том, чтобы задавать вопросы, а в том, чтобы выполнять приказы. В моей работе некоторых клиентов я должен был знать вдоль и поперек, чтобы иметь возможность защитить, а других клиентов мне вообще не нужно было знать.
Доктор Винсент Локвуд относился ко второй категории.
Внутри особняк был еще более впечатляющим, чем снаружи. Я сразу понял, что он принадлежал богатой семье, поколение за поколением. Он был оформлен в безвкусной манере, которая почему-то не лишена вкуса полностью. Мы пересекли прихожую, затем доктор Локвуд повел меня по нескольким коридорам, пока мы не достигли задней части дома. Он не пригласил меня ни в одну из комнат на втором этаже, и, честно говоря, я был немного разочарован. Мне бы очень хотелось посмотреть, как выглядит гостиная, и я был уверен, что там также была библиотека и, возможно, игровая комната. В особняках такого типа всегда было все необходимое.
Затем он повел меня вниз по лестнице, и чем дальше мы спускались под дом, тем больше мне становилось не по себе. Наконец, мы добрались до помещения, которое было темным и влажным, полностью сделанным из камня и цемента. Это был подвал. Вместо винных полок, заполненных старыми причудливыми бутылками, в углу стояли кровать, письменный стол и стул. В комнате было две двери, одна слева, другая справа. Та, что слева, была открыта, и я мельком увидел примитивную ванную. Та, что справа, была закрыта.