Оковы крови
Шрифт:
— Хорошо, я отведу тебя туда. Но только после того как закончим сегодняшнюю работу. Однако я буду внимательно следить за тобой все время, чтобы ты не натворила глупостей, — на радость девушки ответил вампир.
***
В тишине комнаты звук системы жизнеобеспечения раздавался необычайно громко. Приглушенное и прерывистое дыхание прикованного к постели звучало с некоторой монотонностью. Казалось, жизнь и время в этой комнате скоро и вовсе полностью остановятся. Но только не в сознании того, кто сейчас лежал на этой кровати. Там же в это время вовсю разворачивались события давно прошедших дней, однако позже переплетавшись с современностью, они все больше приобретали яркости.
Сначала его сознание было полностью поглощено воспоминаниями о Еве, но в какой-то момент он перестал понимать, происходит ли это на самом деле или же все это просто сон. Тогда почему он так долго спит и все никак не может проснуться? Но через некоторое время этот сон начал превращаться в настоящий кошмар…
Винсенту всегда нравилось, хоть вида он и не подавал, когда Ева заглядывала к нему в кабинет, чтобы проведать его. Однако сегодня она так и не пришла. Зато он услышал, как ему казалось, ее задорный смех в коридоре. Вампиру тут же захотелось выйти и проверить, что же там происходит.
Ева стояла около окна, завороженная каким-то зрелищем. Оттуда на нее падал яркий, но в то же время мягкий свет. Этот свет подсвечивал ее и будто бы находил отражение где-то глубоко внутри нее. Он был везде: не ее одежде, в волосах, на ее коже… Как же Винсенту, в этот момент, сильно захотелось дотронуться до этой мягкой как шелк кожи! Он сделал шаг к ней навстречу, но она обернулась и ужас оказался запечатлен на ее красивом лице. И девушка тут же бросилась прочь. Ничего не понимая, Винсент бросился за ней следом со словами:
— Ева, разве я тебе не нравлюсь?! Почему же ты убегаешь от меня?
Однако девушка продолжала убегать, а мрачный коридор становился все более темным и зауженным. Совсем скоро они достигли лестницы, ведущей в покои Лоуренса. И так же внезапно там появляется и сам Лоуренс, у которого с одной руки свисает окровавленный меч.
— Нет! — неожиданно вскрикнул Винсент, сильно впечатленный этой сценой. Но в то же мгновение этот меч резко и безжалостно пронзает тело Евы. В отчаянии Винсент буквально завопил: — Зачем? Зачем ты это сделал?..
— Она все равно тебе не принадлежала, — будто бы издеваясь, заметил Лоуренс.
— Но мы же поклялись… мы должны были встретиться тогда в лесу… но…
— Но что? — снова иронично переспросил тот его.
— Она не пришла… Почему она не пришла?..
— Может потому что на самом-то деле она тебя вовсе не любила?! Бедный мой племянник, попался на удочку этой коварной человеческой женщине!
— Нет! Не говори так! — взмолился Винсент и от нестерпимой боли в груди упал на колени. Он задумался: «Да, она — человек, но она всегда была искренна со мной. Я всегда так думал, а что если я ошибался… Тогда почему в тот день она не пришла?.. Готов поклясться, что тогда я слышал голос Рей. Что она хотела мне сказать? Что случилось с Евой? Нет, наверное, мне это все просто показалось. Так или иначе, когда я обернулся, на поляне никого не было. Значит это была галлюцинация? А может я просто слишком сильно хотел, чтобы она пришла. Да я и правда сошел с ума!»
Лоуренс в этот момент как-то жутко засмеялся:
— Может тогда спросишь у самой Рей: была она там или нет. Но ты не можешь, ведь она вонзила в тебя кинжал! Женщины! Бедный мой племянник, ты всегда был так чересчур наивен!
После этих слов Винсент вдруг снова вспомнил о своей ране и вновь ощутил резкую боль в груди…
***
Итак, вместе с Рей заточенных в вампирском замке девушек осталось всего пятеро. В отличие от самой Рей они по-прежнему жили в своих комнатах, однако часы их прогулок на свежем воздухе были значительно сокращены. После всех произошедших в замке событий и по причине того, что их осталось совсем мало, они стали заметно более сплочены чем раньше.
Сегодня они все вместе, в сопровождении Клода, возвращались со своей непродолжительной прогулки. И уже в замке вдруг одна из девушек услышала странный голос. Этот голос выражал требование и был обращен именно к ней:
— Эмма… иди ко мне…. Скорее… Эмма… я жду…
Что-то бессознательное внутри девушки откликнулось на этот зов и она, бессильно развернувшись, отделилась ото всех и направилась прямиком туда, куда манил ее этот властный голос. Она уже успела отойти на приличное расстояние, прежде чем другие девушки обнаружили ее отсутствие.
— Эмма! Эмма! Куда ты? — закричала ей вслед подруга, однако та и не думала останавливаться. Тогда Барбара подбежала к ней и схватила ее за руку и только после этого Эмма, казалось, очнулась ото сна. Она удивленно смотрела на Барбару, пока та ее отчитывала:
— Мы же договаривались держаться всем вместе. Нас и так мало осталось. Собралась куда-то и даже не сообщила об этом остальным.
Девушка все еще сохраняла полное недоумение на своем лице:
— А куда это я собиралась? Разве мы не все вместе только что шли с прогулки?
Теперь настала очередь удивляться подоспевшим к ним девушкам. Немного посовещавшись, они решили, что Эмма просто переутомилась в связи с последними событиями. Больше они к этой теме не возвращались, пока снова не пропала одна из них…
***
В последнее время Клод, этот большой и с рыжими кучерявыми волосами вампир, был сильно занят. Внезапно на него обрушилось слишком много разных обязанностей, которые он старался выполнять крайне добросовестно. Вот и сегодня его срочно вызвал к себе в кабинет Глен.
Не зная чего ожидать, Клод даже с какой-то опаской зашел внутрь и, невзирая на свою могучую внешность, робко спросил:
— Хозяин, что прикажешь на этот раз?
Глен же окинул его быстрым взглядом и, откашлявшись, сказал:
— Я еще вчера вечером отправил Сэма за продуктами, однако он до сих пор так и не вернулся. Скоро нашим «гостьям», да и не только, совсем нечего будет есть, поэтому возьми мою машину, Клод, и поезжай туда сам. Может быть даже встретишь по пути Сэма, если он конечно просто не свалил с нашими деньгами и грузовиком в придачу.
Младший брат, конечно же, отправился выполнять приказ старшего. Даже если в его характере и не было бунтарства, садясь в кабриолет Глена, он поневоле начал мысленно возмущаться: «В последнее время я у него стал словно мальчиком на побегушках. Сначала нянчусь с этими человеческими девушками, потом хлопочу на кухне, делаю обход периметра и каждый день сам слежу, чтобы никто не сбежал, а теперь еще я должен возиться с такими мелкими поручениями вместо какого-нибудь слуги! Мне даже некому помочь. Эх, Фредерик, зачем ты выступал против Глена, ну зачем?! Как же я скучаю по тебе и твоим дурацким шуткам. Теперь то я по-настоящему одинок: мне даже не с кем отвести душу…»