Чтение онлайн

— Мы поговорим обо всем завтра, — заботливо сказала Сарра. — Если ты захочешь.

— Да, лучше завтра, — ответила Линда, благодарная подруге за проявленный такт. Она открыла сумочку и порылась в ней. — Я заплачу тебе. Я так долго отсутствовала.

— Мы же друзья, — нахмурилась Сарра. — Если ты хочешь как-то отблагодарить меня, то лучше нарисуй мне картину. Какой-нибудь симпатичный морской пейзаж. И чтобы там были и Муч, и Томми, и котенок. Мне правда очень хочется иметь такую картину. А с Томми никакого беспокойства. Он такой спокойный и серьезный. Такой хороший. Такой чудесный мальчик, — сказала она со вздохом. — Теперь я понимаю, почему ты готова для него на все.

Да, тупо подумала Линда. Для него я должна пойти на все.

На следующий день она встала рано и была рада, что Томми еще спал. Сама она почти не сомкнула глаз и все думала о том, какую дерзкую игру затеял Хьюстон, как он обращался с ней, словно с марионеткой. Его дикое предложение не могло быть сделано всерьез.

Сейчас, с наступлением утра, ей захотелось поскорее одеться и поговорить с Саррой. Но сделать это ей не удалось. Как только она собралась выпить кофе, кто-то — уж, конечно, не Сарра — забарабанил во входную дверь.

Линда судорожно напряглась. Она почему-то знала, что это Грэг Хьюстон. Уверенность в этом породила страх в ее душе. Зачем он пришел? За ней? Или передумал и пришел за котом?

Но она не могла позволить ему забрать кота. Никак не могла.

Новый шквал ударов сотряс коттедж. Моля Бога, чтобы Томми не проснулся, она встала и направилась к двери. Босая, в коротком белом халатике, наброшенном поверх голубой ночной рубашки. Волосы распущены, лицо не накрашено.

Сейчас только половина восьмого утра, с тревогой подумала она. Он что, сошел с ума? Его непредсказуемость заставила ее быть все время начеку.

Она распахнула дверь.

— В чем дело?

На пороге стоял Грэг Хьюстон, его каштановые волосы блестели на утреннем солнце. В одной руке он держал ее белую соломенную шляпу, а в другой — дюжину белых роз на длинных стеблях, завернутых в целлофан.

Ослепительная белая рубашка оттеняла его бронзовый загар. Песочного цвета брюки делали его фигуру еще более стройной и подтянутой. Ничего пиратского в его внешности как не бывало.

Только непокорный блеск в глазах мешал ему выглядеть почти респектабельным.

— Доброе утро, моя любовь. — Он бесцеремонно вручил ей шляпу. — Вы всегда что-нибудь оставляете после себя. Сначала туфлю, как Золушка. Теперь это.

Она посмотрела на него с каменным выражением лица. Он только широко улыбнулся и всунул ей в руки розы. Целлофан зашуршал на ее груди, а нежный аромат слился с чистым утренним воздухом.

Она взглянула на цветы, а потом снова на Грэга — лицо ее оставалось непроницаемым.

— Можно я войду? — спросил он. — Нам нужно кое-что обсудить. И судьбу кота, между прочим, тоже.

Линда только молча сжала тубы. Глаза у ее раннего гостя светились таким насмешливым огнем, что ей захотелось что-нибудь швырнуть ему в голову — наковальню, например, или здоровый кусок цемента. Но она тут же вспомнила, как такая же вспышка гнева подвела ее вчера вечером, и решила взять себя в руки.

— Заходите. — Она повернулась к нему спиной и пошла впереди. Небрежно положив розы на кухонный столик, она швырнула рядом с ними шляпу. Затем сложив на груди руки, повернулась к нему лицом.

— Я полагаю, вы хотите присесть? Прекрасно, но только, пожалуйста, выкладывайте все, побыстрей.

Грэг расположился за столом и лениво вытянул свои ноги. Несмотря на то, что она сверлила его суровым взглядом, он продолжал улыбаться.

— Я разговаривал со своими адвокатами, — сказал он.

— Неужели? — ответила Линда с притворной любезностью, садясь напротив него. — Со всеми шестнадцатью? Или, может, семнадцатью?

— Я не помню. Да это и не важно. В основном, я советуюсь с самым лучшим из них. Не давал ему спать всю ночь. Он со мной согласился — у вас нет шансов убедить суд в том, что кот ваш, а не мой.

Линда с трудом проглотила услышанное, но постаралась сохранить спокойствие.

— Я все обдумала. Вы не очень-то заботились о коте: бросили его на той полуразрушенной посудине. Вряд ли это можно назвать ответственным отношением.

Он захохотал.

— Мы использовали тот катер как декорацию для рекламы. Это должно было звучать с иронией — молодая компания начинает свое дело на старом корыте под названием «Большие Надежды».

У Линды рухнула последняя надежда. Ей не хотелось ему верить, но приходилось.

Он же с уверенностью продолжал, чувствуя свое превосходство:

— Мы как раз закончили фотосъемку. Я ждал, когда вернется «Капер», а пока пошел к соседу взглянуть на его неисправное радио. Меня не было всего десять минут.

— И все же вы оставили его одного, — продолжала обвинять его Линда. — Он мог уйти куда угодно.

— Неправда, — не уступал он. — Сам он с катера выбраться не мог — боялся воды. И там он был в полной безопасности, пока не появилась воровка, которая его и унесла.

Линда стиснула зубы и ничего не ответила.

— Перестаньте дуться, — презрительно сказал Грэг. — Я прав, и ничего тут не поделаешь. Но ведь я сказал вам вчера вечером, что разрешу вам и вашему сыну держать кота, если вы пойдете на определенные уступки.

— Они должны быть разумными, — сказала Линда и как бы в знак самозащиты еще плотнее запахнула свой халатик.

Грэг встал и без приглашения налил себе чашку кофе.

— А где же ваш сын, между прочим? — спросил он.

— Мой сын? Он еще спит. Несмотря на вашу маниакальную любовь грохать в дверь на заре.

Он с удовлетворением закивал головой.

— Крепко спящий мальчик. Мне это нравится. Не хотелось бы иметь неугомонного ребенка — слишком утомительно.

— Все это не смешно, — резко возразила она и, указав на крошечную спальню, добавила: — Там же маленький человек.

Он снова сел, вытянув ноги.

— Понимаю. Я сам когда-то был маленьким человеком.

— Что же с вами случилось? — спросила Линда и чуть не прикусила себе язык. Она обещала себе сдерживаться.