Чтение онлайн

— Мне нравится твой ход мыслей. Мне никогда не приходило в голову дарить еду на Рождество, но теперь я думаю, что это гениально.

Он полез в рюкзак и достал небольшой свёрток, завёрнутый в газету.

— Этот подарок упакован далеко не так красиво, как твой, но главное — внимание.

Он протянул его Кэти.

— Я подарила тебе шоколад не для того, чтобы ты чувствовал себя обязанным. К тому же я уже заставила тебя поделиться угощением. Для кого ты его купил? — Она посмотрела на свёрток.

— Я купил это для своей мамы, но она не будет возражать. Как только я вернусь домой, она будет так счастлива, что ей станет всё равно. Давай, открой.

Кэти взяла маленький увесистый свёрток.

— Он завёрнут в студенческую газету?

Алекс пожал плечами и улыбнулся так, что ей стало тепло на душе.

— Я забочусь об окружающей среде.

Он снова сел, и между ними осталась лишь коробка шоколадных конфет.

Кэти разорвала газету.

— Мне ужасно неловко открывать подарок твоей мамы.

— Тебе станет легче, если я скажу, что это подарок Трины? — Он вопросительно склонил голову.

— Нет! Ну… возможно. У неё ужасный голос. Прости. Думаю, сейчас во мне говорит вино.

— Если для того, чтобы ты высказывала своё мнение, нужно вино, я продолжу обновлять твой бокал.

— Нет. Я бы не хотела подарок другой девушки. Это было бы странно.

Ей хотелось чего-то, что он выбрал специально для неё.

— Тогда хорошо, что я ей его не купил.

Она развернула подарок и обнаружила ароматическую свечу.

— Это здорово. Я люблю свечи! Уверена, твоя мама тоже их любит! — поддразнила она и понюхала. — О, как чудесно пахнет. Запах Рождества.

— Это корица. Моя мама её обожает. Я каждый год дарю ей такие свечи.

— Спасибо тебе. И спасибо твоей маме.

— Пожалуйста. Ты собираешься её зажечь?

— Безусловно.

Кэти взяла спички с каминной полки, зажгла свечу, и вскоре по комнате разнёсся аромат корицы. В сочетании с потрескивающим огнём в камине и свежими сосновыми ветками воздух наполнился чертовски приятным запахом.

— Я слышала, что шоколад отлично сочетается с красным вином.

Она вытянула ноги на журнальном столике, чувствуя себя счастливее, чем за долгое время.

— Звучит неплохо. Дай-ка я попробую.

Алекс откусил кусочек трюфеля, затем сделал глоток вина и застонал.

— Да, это вкусно.

Кэти тоже попробовала. Сливочный ганаш таял во рту, а мягкое вино добавляло такое сочетание вкусов, которое она не могла описать.

— Мне кажется, я умерла и попала в рай.

Пока они ели трюфели и потягивали вино, из ноутбука доносились рождественские мелодии. Свеча мерцала, огонь потрескивал. Всё было идеально — за исключением того, что Кэти не могла выбросить из головы ситуацию с Алексом.

— Мне жаль, что у вас с Триной всё так плохо, — сказала она.

— Я сам виноват. Мне следовало сразу всё прояснить. Я всё улажу и смогу снова начать жить своей жизнью. Я так давно не был рядом с девушкой, что, боюсь, забыл, как это делается.

— О, я в этом сомневаюсь.

Судя по его поцелую в сарае, он прекрасно знал, что делал.

— Разве в колледже не было девушек?

— В Мэдисоне? Нет. Я всегда был верен Трине. То есть до сегодняшнего дня, в сарае. Прости меня за это.

Он взглянул на неё с озорной улыбкой и совсем не выглядел раскаявшимся.

— Всё в порядке, — сказала она и опустила голову. — Это было приятно.

Она прикусила губу. Ей не следовало этого говорить. Кэти потянулась за трюфелем, чтобы занять рот и перестать болтать глупости.

Алекс накрыл её руку своей. Он смотрел на неё с чем-то большим, чем просто мимолётный интерес. Кэти сглотнула, желая его, но понимая, что не должна.

Он наклонился над коробкой с конфетами и поцеловал её. Его губы — со вкусом красного вина и сладости — сочетание, которое она никогда не забудет и которое навсегда будет ассоциироваться у неё с Рождеством.

— Знаю, что это ещё не официально, но в глубине души я свободен. Осталось только формально сообщить об этом всему миру.

Кэти кивнула. Она понимала его, но всё равно чувствовала, что переступает черту, которую не должна. Но ей было всё равно. Здесь был Алекс — самый красивый парень, которого она когда-либо встречала. От него пахло природой и костром, а вкус его поцелуя был чудесен.

— Если ты не против, я поцелую тебя ещё раз.

Он погладил её по щеке подушечкой большого пальца.

— Не против, — прошептала она, не в силах сказать что-то более связное.

Алекс отодвинул коробку с конфетами и заключил её в объятия. Он поцеловал её с такой нежностью и желанием, что ей показалось, будто сердце вот-вот разорвётся. Он обвил её руками, словно атласной лентой бесценный подарок, и нежно погладил по спине. Запустил руку ей в волосы, пощекотал затылок, не прерывая поцелуй.

Кэти вздохнула ему в губы и почувствовала его улыбку.

— Ты такая вкусная, — прошептал он ей на ухо.

— Как чеснок с луком? — спросила она.

— Нет. Хотя я бы и не возражал — я обожаю чеснок и лук. Ты на вкус как десерт. Сладкий, острый и изысканный.

Он снова завладел её губами, и Кэти потеряла счёт времени.

Громкий грохот нарушил сон Кэти. Она ненавидела утро и не любила просыпаться рано, особенно когда ей снился такой замечательный сон. От выпитого вина у неё разболелась голова, а во рту остался неприятный привкус. Она потянулась, чтобы почесать нос. Холодный воздух холодил лицо. Кэти снова засунула руку под одеяло и прижалась к мягкому постельному белью и тёплому, упругому телу рядом с собой.

В следующую секунду она распахнула глаза.

Алекс лежал лицом к ней, одной рукой под подушкой, другой обнимая её за талию. Его расслабленное и прекрасное лицо заставило её сердце забиться быстрее. Она на мгновение замерла, наслаждаясь видом его растрёпанных волос и идеально очерченных губ. Днём она старалась не смотреть на него, чтобы он её не заметил, но вот так… ах.

«Как же он целовался!»

Она улыбнулась, вспоминая их долгий поцелуй, и пошевелила пальцами ног.

Кэти услышала шум. Похоже на хлопанье дверцы машины.