Оливер Твист
Шрифт:
Такія чередованія кажутся на первый взглядъ абсурдомъ, но въ нихъ между тмъ нтъ ничего неестественнаго. Не мене поразительные переходы встрчаются и въ дйствительной жизни: въ одномъ мст мы видимъ приготовленные для пиршества столы, въ другомъ смертное ложе; въ одномъ — траурныя сдежды, въ другомъ — праздникъ и веселье. Вся разница лишь въ томъ, что здсь мы сами являемся дйствующими лицами, тогда какъ тамъ мы ни боле, ни мене, какъ пассивные зрители. Актеры, участвующіе въ фантастической жизни театра, относятся безучастно къ рзкимъ переходамъ и внезапному импульсу страсти или другого чувства, тогда какъ зрители, которые смотрятъ на нихъ со стороны замчаютъ вс стороны происходящаго на сцен дйствія какъ ужасныя, такъ и нелпыя и смшныя.
Такія же перемны дйствій, мста и времени давно уже встрчаются въ книгахъ и считаются величайшимъ доказательствомъ неоспоримаго таланта автора. Нкоторые критики даже ставятъ талантъ этотъ въ зависимость отъ того, какъ группируетъ авторъ въ конц каждой главы затруднительныя обстоятельства своихъ героевъ.
Все кто краткое отступленіе я считалъ необходимымъ въ виду того деликатного обстоятельства, что я, какъ повствователь этой исторіи, нашелъ нужнымъ вернуться къ тому городу, гд родился Оливеръ Твистъ. Читателю предоставляется самому судить врны ли и существенны ли были причины, заставившія меня совершить это путешествіе.
Мистеръ Бембль вышелъ рано утромъ изъ воротъ дома призрнія и величественной поступью направлялся вдоль Хайгъ-Стрита. Онъ былъ въ полномъ расцвт и сил своей дятельности; трехуголка его и сюртукъ блестли подъ лучами утренняго солнца; онъ сжималъ свою палку со всею мощью здоровья и власти. Muстеръ Бембль всегда высоко носилъ свою голову, но сегодня утромъ онъ несъ ее выше обыкновеннаго. Въ глазахъ его было что-то глубокое, во всемъ вид нчто возвышенное, указывая каждому внимательному наблюдателю на то, что въ голов приходскаго сторожа проходятъ высокія, не поддающіяся никакому выраженію мысли.
Мистеръ Бембль не останавливался, чтобы поговорить съ лавочниками или съ тми, которые сами заговаривали съ нимъ, когда онъ проходилъ мимо. На вс привтствія онъ отвтствовалъ лишь мановеніемъ руки и до тхъ поръ не измнилъ своего величественнаго шага, пока не подошелъ къ ферм, гд мистриссъ Меннъ оказывала приходскія попеченія своимъ питомцамъ.
— Чортъ бы его побралъ! — сказала мистриссъ Меннъ, когда послышался хорошо знакомый ей звонокъ у воротъ сада. — Кто ужъ кром него придетъ въ такое время!.. — Ахъ, мистеръ Бембль, я сразу подумала, что это вы. Боже мой, какъ я рада видть васъ. Войдите въ комнату, сэръ, пожалуйста!
Первая часть этого монолога была адресована Сусанн; а выраженіе восторга и удовольствія мистеру Бемблю. Добрая леди поспшно открыла ворота и съ выраженіемъ самаго почтительнаго вниманія провела мистера Бембля въ гостиную.
— Мистриссъ Меннъ, — сказалъ мистеръ Бембль, не садясь и не падая въ кресло, какъ это сдлалъ бы какой нибудь пустой человкъ, но опускаясь въ него медленно и постепенно. — Мистриссь Меннъ, ма'амъ, добраго утра!
— Благодарю, вамъ также добраго утра, сэръ! — сказала мистриссъ Меннъ, надляя постителя цлымъ рядомъ улыбокъ. — Надюсь, вы здоровы, сэръ!
— Такъ себ, мистриссъ Меннъ, — отвчалъ сторожъ. — Приходская жизнь не усыпана розами, мистриссъ Меннъ!
— О, да, мистеръ Бембль! — отвчала леди. Надо думать, что и приходскія дти цлымъ хоромъ и съ большою готовностью подтвердили бы то же самое.
— Приходская жизнь, ма'амъ, — продолжалъ мистеръ Бембль, водя палкой по столу, — полна страданій, огорченій и доблестныхъ подвиговъ; но вс общественные дятели всегда, могу сказать, подвергаются преслдованію.
Мистриссъ Меннъ, не понимая, что онъ хочетъ этимъ сказать, подняла руки въ знакъ сочувствія и вздохнула.
— Ахъ! Вздохните, вздохните мистриссъ Меннъ! — сказалъ сторожъ.
Думая, что вздохъ ея былъ правиленъ, мистриссъ Менъ снова вздохнула, что видимо понравилось общественному дятелю, который, стараясь прикрыть свою улыбку суровымъ взглядомъ на трехуголку сказалъ:
— Мистриссъ Меннъ, я ду въ Лондонъ.
— Неужели, мистеръ Бембль! — воскликнула мистриссь Меннъ, отскакивая назадъ.
— Въ Лондонъ, ма'амъ, — отвчалъ непоколебимый сторожъ, — на дилижанс. Я и два нищихъ, мистриссъ Меннъ! Назначено судебное разбирательство по одному длу… Комитетъ выбралъ меня… меня, мистриссъ Меннъ… изложитъ это дло передъ сессіей Клеркенуэлля. Спрашиваю васъ, — продолжалъ мистеръ Бембль, гордо откидываясь назадъ, — не очутится ли сессія Клеркенуэлля сама въ незавидномъ положеніи прежде, чмъ меня поставитъ въ него?
— О, не будьте слишкомъ суровы съ ними, — умоляла мистриссъ Меннъ.
— Клеркенуэльская сессія сама доведетъ себя до этого, — отвчалъ мистеръ Бембль, — и если Клеркенуэльская сессія почувствуетъ себя хуже, чмъ она ожидала, то пусть Клеркенуэльская сессія сама себя и благодаритъ за это!
Было столько ршимости и увренности въ грозномъ тон, какимъ мистеръ Бембль изложилъ свое мнніе, что мистриссъ Меннъ пришла положительно въ ужасъ. Наконецъ она сказала:
— Вы дете на дилижанс, сэръ? Я привыкла думать, что нищихъ возятъ на телгахъ.
— Это когда они больны, мистриссъ Меннъ, — сказалъ сторожъ. — Мы сажаемъ больныхъ нищихъ въ открытыя повозки въ дождливую погоду, чтобы предупредить простуду.
— О! — сказала мистриссъ Меннъ.
— Двухъ этихъ нищихъ мы отправляемъ на дилижанс по удешевленной цн, - сказалъ мистеръ Бембль. — Они очень слабы и перевозка ихъ обойдется намъ на два фунта меньше, чмъ похороны… мы хотимъ передать ихъ другому приходу и это, можетъ быть, удастся намъ… Лишь бы только они не вздумали умереть по дорог. Ха, ха, ха!
Посмявшись немного, мистеръ Бембль взглянулъ на свою трехуголку и снова принялъ серьезный видъ.
— Мы забываемъ дло, ма'амъ, — сказалъ онъ. — Вотъ вамъ приходская стипендія за мсяцъ.
Мистеръ Бембль вынулъ изъ бумажника серебряныя монеты, завернутыя въ бумагу, и попросилъ дать ему росписку, тотчасъ же написанную мистриссъ Меннъ.
— Худо написано, сэръ, — сказала попечительница, — зато по форм. Благодарю васъ, мистеръ Бембль. Очень, очень обязана вамъ, сэръ!
Мистеръ Бембль вжливо поклонился въ отвтъ на любезное обхожденіе мистриссъ Меннъ и спросилъ, какъ здоровье дтей.
— Да хранитъ Богъ милыхъ малютокъ! — сказала мистриссъ Меннъ съ волненіемъ:- Вс здоровы, кром двухъ, умершихъ из той недл… да еще маленькаго Дика.
— Такъ ему не лучше? — спросилъ мистеръ Богбль.
Мистриссь Меннъ покачала головой.
— Это крайне испорченный, порочный, съ самыми худыми задатками приходской ребенокъ, — сказалъ мистеръ Бембль. — Гд онъ?
— Я сію минуту позову его сюда, сэръ! — отвчала мистриссъ Меннъ. — Иди сюда, Дикъ!
Отыскавъ Дика, мистриссъ повела его къ насосу, вымыла ему лицо, вытерла своимъ собственнымъ платьемъ и затмъ поставила мальчика передъ грозныя очи мистера Бембля, приходскаго сторожа.