Чтение онлайн

Роза, успвшая собраться съ мыслями, въ краткихъ простыхъ словахъ разсказала все, что случилось съ Оливеромъ, посл того какъ онъ покинулъ домъ мистера Броунлоу; она умолчала только о томъ, что узнала отъ Нанси, ршивъ разсказать это съ глазу на глазъ, и въ заключеніе упомянула, что въ теченіи послднихъ мсяцевъ единственнымъ огорченіемъ мальчика была невозможность повидаться съ своимъ прежнимъ благодтелемъ и другомъ.

— Благодареніе Богу! — сказалъ старый джентльменъ. — Это большое счастье для меня, большое счастье. Но вы не сказали мн, миссъ Мэйли, гд онъ теперь? Простите, что я ршаюсь упрекнуть васъ, — но почему вы его не привезли съ собой?

— Онъ ждетъ въ карет у подъзда, — отвтила Роза.

— У подъзда! — вскричалъ старый джентльменъ и кинулся изъ комнаты, побжалъ внизъ по лстниц, вскочилъ на подножку фіакра и очутился въ самой карет.

Когда дверь комнаты закрылась за нимъ, мистеръ Гримвигъ поднялъ голову и, превративъ одну изъ заднихъ ножекъ стула въ ось вращенія, описалъ три полныхъ круга при помощи трости и стола, все время продолжая сидть. Совершивъ этотъ маневръ, онъ всталъ и проковылялъ по комнат не меньше двнадцати разъ такъ быстро, какъ только могъ, и, вдругъ остановившись передъ Розой, поцловалъ ее безъ малйшаго предисловія.

— Шшш! — произнесъ онъ, когда молодая двушка вскочила, нсколько испуганная такимъ страннымъ образомъ дйствій. — Не бойтесь. Я достаточно старъ, чтобы быть вашимъ ддомъ. Вы милая двушка. Вы мн нравитесь. — Вотъ они идутъ!

Дйствительно, едва только онъ проворнымъ скачкомъ усплъ занять свое прежнее мсто, какъ появился мистеръ Броунлоу въ сопровожденіи Оливера, котораго мистеръ Гримвигъ встртилъ весьма милостиво. И если бы отрада этого момента была единственной наградой Розы за ея вниманіе и заботы объ Оливер, то она и то могла бы считать себя хорошо вознагражденной.

— Еще кое кого надо не упустить изъ виду, — сказалъ мистеръ Броунлоу, позвонивъ въ колокольчикъ. — Пришлите, пожалуйста, сюда мистриссъ Бедуинъ.

Старая экономка сейчасъ же явилась на зовъ и сдлавъ у двери книксенъ, стала въ ожиданіи приказаній.

— Э, да вы слпнете съ каждымъ днемъ, Бедуинъ, — произнесъ мистеръ Броунлоу съ нкоторой досадой.

— Правда, правда, сэръ, — отвтила старушка:- въ мои годы глаза не становятся зорче, сэръ.

— Я могъ бы самъ сказать вамъ, — продолжалъ мистеръ Броуплоу; — но надньте очки и посмотрите, зачмъ васъ звали сюда — разглядите-ли?

Старушка начала шарить у себя въ карман, ища очки. По терпніе Оливера не выдержало этого новаго испытанія и, уступая своему порыву, онъ кинулся ей на шею.

— Да помилуетъ меня Господь! — вскричала старушка, обнимая его:- вдь это мой милый мальчикъ!

— Моя дорогая, старая нянюшка!

— Вернулся таки!.. Я знала, что онъ вернется, — продолжала старушка, прижимая его къ груди. — Какъ онъ хорошо выглядитъ и какимъ барчукомъ снова одтъ! Гд ты былъ столько времени? Ахъ! такое же милое личико, только не такое блдное, т-же нжные глаза, только не такіе грустные! Я не забыла его взгляда и его тихой улыбки, но каждый день видла ихъ рядомъ съ лицами моихъ дорогихъ дтей, которые померли, еще когда я была веселой молодицею.

Среди такихъ изліяній радости, то отстраняя Оливера, чтобы лучше разглядть, какъ онъ выросъ, то обнимая его и нжно перебирая пальцами его локоны, добрая старушка и смялась и плакала.

Предоставивъ ей и Оливеру на досуг обмниваться впечатлніями, мистеръ Броунлоу повелъ Розу въ сосднюю комнату. Тамъ онъ выслушавъ подробный разсказъ о ея свиданіи съ Нанси, немало удивившій и поразившій его. Роза объяснила также, почему она не сочла возможнымъ сразу же сообщить все мистеру Лосберну. Старый джентльменъ нашелъ, что она поступила очень благоразумно, и немедленно ршилъ самолично переговорить съ почтеннымъ докторомъ. Чтобы скоре предоставить ему къ этому, возможность, они условились, что мистеръ Броунлоу явится въ отель въ восемь часовъ вечера, а къ тому времени надо осторожно разсказать обо всемъ происшедшемъ мистриссъ Мэйли. Поршивъ на этомъ, они разстались, и Роза съ Оливеромъ вернулись домой.

Гнвъ добраго доктора вполн оправдалъ ожиданія Розы. Едва только ему передали исторію Нанси, какъ онъ разразился проклятіями и угрозами, клянясь, что онъ сдлаетъ ее первой жертвой соединенной проницательности господъ Блэтерса и Деффа, и уже надлъ шляпу, чтобы отправиться къ этимъ почтеннымъ джентльменамъ. Нтъ сомннія, что въ первомъ приступ раздраженія онъ исполнилъ бы свое намреніе, ни секунды не задумываясь о его послдствіяхъ, если бы его не удержали съ одной стороны столь же стремительное противодйствіе мистера Броунлоу, который самъ отличался вспыльчивостью, а съ другой — т доводы, которые наилучшимъ образомъ могли быть разсчитаны нa то, чтобы отговорить его отъ такого необдуманнаго шага.

— Тогда, чортъ возьми, что же надо длать? — сказалъ неистовый докторъ, когда они вошли въ комнату, гд ожидали ихъ Роза и мистриссъ Мэйли. — Не будетъ ли лучше всего выразить благодарность всмъ этимъ бродягамъ, мужчинамъ и женщинамъ, и попросить ихъ принять по тысяч фунтовъ на каждаго — какъ скромный знакъ нашего уваженія и признательности за ихъ доброту по отношенію къ Оливеру?

— Ну, не совсмъ такъ — возразилъ со смхомъ мистеръ Броунлоу. — Однако мы должны дйствовать очень осторожно и осмотрительно.

— Осторожность и осмотрительность! — вскричалъ докторъ. — Да я послалъ бы ихъ…

— Не все ли равно куда, — перебилъ мистеръ Броунлоу. — Но подумайте, отославъ ихъ куда либо — можемъ мы разв разсчитывать на достиженіе цли, которую имемъ въ виду?

— Какой цли? — спросилъ докторъ.

— Узнать, кто родители Оливера, и возвратить ему наслдство, котораго, если вся эта исторія врна, его лишили обманнымъ образомъ.

— А! — произнесъ мистеръ Лосбернъ, обмахиваясь носовымъ платкомъ:- я почти забылъ про это.

— Вдь подумайте, — продолжалъ мистеръ Броунлоу, — если даже исключить совершенно вопросъ объ этой бдной двушк и предположить, что удалось бы передать этихъ негодяевъ въ руки правосудія, не затронувъ ее, — что вышло бы хорошаго?

— А то, что по меньшей мр нсколькихъ изъ нихъ повсили бы, — отвтилъ докторъ:- а остальныхъ отправили бы на каторгу.

— Очень хорошо, — сказалъ мистеръ Броунлоу съ улыбкою;- но нтъ сомннія, что они и сами пристроятся такимъ образомъ, только дайте имъ время; если же вмшаемся мы, то, думается мн, это будетъ донкихотскимъ поступкомъ. Мы повредимъ нашимъ же интересомъ, или, по крайней мр, интересамъ Оливера, что то же самое.

— Какъ такъ? — спросилъ докторъ.

— А вотъ какъ. Вдь ясно до очевидности, что намъ будетъ чрезвычайно трудно добраться до дна тайны, пока мы не сумемъ поставить на колни этого человка — Монкса. А это можно осуществить только хитростью, поймавъ его въ тотъ моментъ, когда онъ не находится среди этихъ мошенниковъ. Ну, допустимъ, что его арестуютъ, — у насъ нтъ доказательствъ противъ него. Онъ даже — поскольку мы знаемъ, поскольку намъ извстны вс обстоятельства дла — не замшанъ ни въ какихъ разбояхъ шайки. Его бы не выпустили сразу на свободу, но едва ли ему назначили бы боле продолжительное наказаніе, чмъ тюремное заключеніе, налагаемое на бродягъ и праздношатающихся. И ужъ разумнтся потомъ его ротъ будетъ сомкнутъ на вки, такъ что мы получимъ отъ него не боле свдній, чмъ въ томъ случа, если бы онъ былъ глухъ, нмъ слпъ и вдобавокъ — идіотъ.