Чтение онлайн

Футболка Алекса едва прикрывает бёдра, и я непроизвольно вдыхаю его запах, впитавшийся в ткань: древесный, чуть терпкий, с едва уловимыми нотками мускуса, который будоражит во мне что-то глубинное, звериное. Этот аромат одновременно успокаивает и пробуждает воспоминания о ночи, когда они оба прижимали меня к себе, опьяняя своей силой.

Голод тихо заявляет о себе. Я заглядываю на кухню, где в полутьме мерцает только индикатор на плите. Кажется, придётся вспомнить, что лежит в холодильнике. Подхожу к нему и открываю дверцу: холодный воздух ударяет в лицо, а я начинаю перебирать продукты в поисках чего-то подходящего. Вижу яйца, немного бекона, зелень — отличная основа для сытного завтрака.

Отрываю взгляд от холодильника и замечаю своё отражение в металлической дверце микроволновки: волосы слегка растрёпаны, глаза ещё хранят следы сна, но на губах уже играет улыбка. При воспоминании о том, как я оказалась в одной постели с двумя альфами, внутри разливается приятное чувство. Эти отношения странны и почти безумны, но ощущение их правильности не покидает меня.

Пока я достаю сковороду, слышу, как кто-то входит на кухню. Оборачиваюсь: Алекс стоит в дверном проёме, потягиваясь, со всё ещё сонной улыбкой на лице. Волосы растрёпаны, а на ключице виднеется небольшой след от моих зубов — воспоминание о ночном азарте.

— Я же говорил, что ты не сможешь надолго убежать, — хрипло произносит, подходя ближе. В его голосе смешаны утренняя расслабленность и дразнящее любопытство.

— Мне нужен завтрак, — отвечаю, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё сжимается от его близости. Тело помнит каждое прикосновение.

— А где Кристиан? — спрашиваю, глядя на его заспанное, но счастливое лицо.

— Он ещё дремлет, — Алекс бросает быстрый взгляд в коридор. — Но, думаю, скоро подтянется к нам — как только ты начнёшь готовить: аромат еды его обязательно разбудит.

Я включаю плиту и наливаю немного масла на сковороду. Алекс не отходит: стоит рядом, приглушённо зевает, а затем аккуратно обнимает меня за талию. Я не против — напротив, мне хочется ощущать его теплоту. Вспоминаю, что ещё недавно всё казалось пугающе чужим, а теперь это почти моя вторая природа.

— У тебя есть планы на день? — спрашивает он шёпотом, почти касаясь губами моего уха.

Горячий выдох вызывает мурашки по коже. Я стараюсь сосредоточиться на еде, разбивая яйца в миску.

— Пока не знаю. Может, прогуляемся по городу? У меня есть дела, которые нужно уладить.

Он хмыкает, отпуская меня, чтобы я могла продолжить готовку.

— Твои оборотные дела или… простая рутина?

— Смешанные, — отвечаю загадочно, бросая в яичную смесь щепотку соли. — Мне нужно забрать кое-что из офиса, а потом… — я украдкой улыбаюсь, вспоминая, что теперь всё иначе, ведь рядом со мной два альфы, готовые к любым сюрпризам.

Выливаю яичную смесь на сковороду, и тихое шипение мгновенно разносится по кухне. Запах яиц и бекона тут же начинает впитываться в воздух, а мой желудок реагирует всё настойчивее. Алекс клянчит кусочек зелени и жует её, подмигивая мне с дурашливой ухмылкой.

Через несколько минут на кухне появляется и Кристиан — всё такой же немного хмурый с утра, но в глазах уже теплятся знакомые искры.

— Вы рано встали, — замечает он, скользя взглядом по сковороде и вдыхая утренние ароматы.

— Зато будить тебя не пришлось, — парирую я, краем глаза замечая, как Алекс широко ухмыляется за его спиной.

Кристиан устраивается рядом, открывает холодильник и достаёт пакет апельсинового сока. Он наливает три стакана, протягивает один мне, а другой — Алексу. Я делаю глоток, закрываю глаза и наслаждаюсь прохладой цитрусовой кислинки.

Через несколько минут завтрак готов: поджаренные кусочки бекона, яичница с зеленью. Мы рассаживаемся за маленьким столом, и я невольно улыбаюсь, осознавая, насколько уютно находиться в этом доме втроём. Лучи раннего солнца уже пробиваются сквозь оконное стекло, рисуя на полу и стенах игривые блики.

— Приятного аппетита, — говорит Алекс, и мы начинаем неспешно есть, обмениваясь взглядами и редкими репликами. Это утро кажется чем-то особенным — в нём есть покой и тихая радость, которых мне так не хватало.

После завтрака, когда утренние лучи солнца лениво пробиваются сквозь серые облака, я выхожу на задний двор. Свежий воздух наполняет лёгкие, но не приносит покоя. Вдох-выдох. Надо взять себя в руки.

Я достаю телефон и решаю позвонить маме. Два гудка. И вот её голос, тёплый и родной, словно луч света в этом холодном мире, раздаётся из динамика.

— Дорогая, я так соскучилась! Как ты там? — её голос звучит радостно, но вместо спокойствия приносит лишь нарастающую тревогу.

— Всё хорошо, мама. Ты как? — стараюсь говорить ровно, хотя сердце с каждым ударом ускоряет ритм.

— У меня всё замечательно! — в её интонациях искренний восторг. — Представляешь, вчера приходил мужчина. Сказал, что благодаря твоей работе у меня появилась возможность лечиться. По-моему, это глава компании, на которую я работала.

Её слова ударяют, как гром среди ясного неба. Мои пальцы сжимаются на телефоне, в груди холодный ком.

— Мама, ты уверена? — мой голос становится напряжённым, почти дрожащим.

— Конечно! — отвечает она с лёгкой улыбкой, звучащей даже через трубку. — Он представился как Маркус. Очень вежливый мужчина.

Маркус.

Его имя звучит, как ледяное эхо, от которого всё внутри сжимается. Я знаю, зачем он это сделал. Его доброжелательность — это наигранная маска. Этот визит — не жест милосердия, а напоминание. Он напоминает мне, кто здесь контролирует ситуацию.

Ему нужны данные.

Внутри всё холодеет, дыхание становится тяжёлым, но я стараюсь сохранять спокойствие.

— Мама, если он снова появится, просто позвони мне, хорошо? Не открывай ему дверь, — мои слова звучат твёрже, чем я чувствую себя на самом деле.

— Ох, милая, не переживай, — говорит она, не понимая глубины угрозы. — Он такой добрый человек, и я уверена, что он хочет помочь.

Завершаю разговор с тяжёлым сердцем. Опуская телефон, я ощущаю, как пальцы предательски дрожат.

Маркус играет со мной. Он знает, где моя слабость, и безжалостно бьёт по ней. Теперь он у моей матери.