Чтение онлайн

— Нельзя. Я их потом до ночи буду распутывать. Еве дома заплетешь.

— Ева сегодня идет на день рождения. С няней, — она многозначительно поднимает брови. — Наталья наконец освободилась!

— Ого, — присвистываю я. Это действительно событие. Наталья — самая востребованная няня в городе. Богатые жены дерутся за нее как тигры. — Твоя мама, наверное, на седьмом небе от счастья?

— Ну, почти, — ухмыляется Женя. — Мамуля ее побаивается. У Натальи, как бы помягче сказать, по всем вопросам есть личное мнение. И она не стесняется его высказывать. Зато Ева в восторге, да и у меня теперь будет намного больше свободного времени.

— Если захочешь потратить его на меня, приходи помочь мне с рефератом. У меня мозги напрочь отказывают. Даже сахар больше не помогает, — я демонстрирую ей почти опустевшую конфетную коробку.

Слева от меня шевелится, задремавший было Самойлов. Одной рукой он тянется к коробке, другой держит агрессивно вибрирующий телефон. Открыв глаза достаточно широко, чтобы увидеть имя звонящего, он сердито рычит и сбрасывает вызов.

— У тебя действительно никаких манер! — раздается рядом знакомый голос. — Как можно так холодно сбрасывать звонки лучшего друга?

— Ты не мой лучший друг, — устало отвечает Стас, выпрямляясь и разворачиваясь к непонятно откуда взявшемуся Илье.

— А вот сейчас было обидно, — драматично прижимает руку к сердцу Илья. Его волосы сияют в лучах солнца, а синий блейзер и галстук с ослабленным узлом делают его похожим на студента закрытой английской школы. — И я пришел не к тебе.

— Поэтому ты мне с утра названиваешь?

— Я звонил спросить, выполнил ли ты мою супер-важную просьбу! Ведь не выполнил же? — он укоризненно качает головой. — А за тобой вообще-то должок!

— Да как ты задолбал! — рявкает Стас и, шумно развернувшись, сует мне в руку какой-то плоский прямоугольник. — Все? Доволен?

— Ну почти, — хохочет Илья. — Когда я говорил передать это вашей красотке, я как бы имел ввиду, длинноногую валькирию, — Женька насмешливо фыркает. Она не выносит таких парней. — Но Бэмби тоже весьма ничего! Так что не подеритесь, девочки!

Я рассматриваю гладкий кусочек картона в своей руке. Илья Белоцерковский. Золотые буквы на черном фоне. И с какой это радости я Бэмби? Сам он олень!

— Это визитка? Тебе что, сорок? — скептически оглядывая нахала, спрашиваю я.

— Это способ обмениваться контактами, практикуемый цивилизованными людьми, — раздувшись от собственной важности, сообщает Илья. — Там мой телефон и все мои соцсети, подписывайтесь!

— Непременно. И поставим лайки на все фото с голым торсом.

— Ну правда же, Стас, она похожа на олененка? Теперь хоть стало понятно, какие девчонки в твоем вкусе.

Стас только закатывает глаза и раздраженно трет затылок. Долго еще этот придурок будет здесь бред нести?

— А ты похож на принца Чарминга из Шрека. Иди уже к себе на пару, ты мне подругу раздражаешь, — Женька согласно кивает и нетерпеливо скрещивает руки на груди. Жаль, с незнакомыми людьми она не любит разговаривать. А то бы она ему показала!

— Ух, как вы мне нравитесь! Хоть и такие же бессердечные, как Самойлов. Наверное, я мазохист, — он притворно вздыхает. — Ладно, я побегу, но жду ваших сообщений в личку. Неприличные фотки тоже можно!

И Илья взбегает вверх по лестнице, ничуть не расстроенный холодным приемом. Его вообще хоть чем-то пронять можно? Что-то не похоже.

Сминаю визитку и сую в карман. Не забыть бы потом выкинуть, когда пойду мимо урны.

Тем временем, визиты неприятных людей на сегодня не заканчиваются.

Потому что перед самым звонком, громко хлопнув дверью, в аудиторию входит Беляев.

— Здравствуйте, детишки! — разносится по поточной его раскатистый голос. Он стоит у преподавательского стола и ухмыляется, как будто замыслил что-то недоброе. — Давненько вас не видел. Подросли, похорошели. Энергия так и кипит! — он достает из портфеля какой-то лист бумаги и показывает его нам. На таком расстоянии ничего не видно. — Пока вы на весеннем солнце все мозги не растеряли, надо вас чем-то занять. Выплеснете дурь, подышите свежим воздухом, сразу сил на учебу прибавится, — он театрально поднимает листок над головой. — Объявляю начало веселых испытаний! — кажется, на первом занятии он о таком что-то говорил. — У меня в руках график, все команды расписаны по дням. Присутствие обязательно, вопросы не принимаются. Узнаете все на месте — он с видом заговорщика прижимает палец к губам. — Не будем портить сюрприз! — и пустив по рядам расписание, он удаляется так же стремительно, как и пришел.

Я тяжело вздыхаю. Что-то мне подсказывает, что сюрпризов будет много и не все из них мне понравятся.

С началом «веселых испытаний» обстановка в поточной стремительно меняется. Наши однокурсники, еще недавно расслабленные и довольные жизнью, возвращаются с испытаний мрачными и раздражительными. На некоторых даже есть синяки.

Да и многие недавние парочки либо расстались, либо не разговаривают друг с другом.

Наша группа стоит в конце списка, но недели стремительно пролетают, жертвы множатся, и мы с ужасом гадаем, что же Беляев там с ними такое делал. Участникам, которые уже прошли через ад, вопросы задавать бесполезно — им запрещено что-либо рассказывать. От этого, почему-то еще страшнее.

Да уж, не так я себе представляла командообразование.

От всей души надеюсь, что заданий на физическую подготовку нашей команде не достанется. Потому что тогда я вылечу первой, даже если Женька будет меня защищать.

— Наверняка это какая-то битва на выживание, — рассуждает Женя на перемене, пока мы с девочками стоим перед зеркалом в женском туалете — Либо психологические игры, либо какие-то соревнования.

— Похоже на то, — соглашается с ней Ольга Овчинникова. — И выживает только один! Поэтому все друг на друга такие злые, — Ольга наклоняется поближе к нам и переходит на шепот. — Я тут поспрашивала, оказывается, одна из основных стратегий Беляева в суде — доведение оппонента до ручки. Он собирает подробную информацию о противниках, узнает их слабые места и выводит их из себя. А когда они между собой все переругаются, начинают совершать глупые ошибки, и он их просто уничтожает.

— В психологические эксперименты верю, — соглашается Женя. — Но почему многие вернулись исцарапанными и побитыми?

На это Ольга не знает, что ответить и просто разводит руками.

— Господи, только бы не бои без правил, — закрываю лицо руками я.

— Ну ладно, это-то вряд ли, — успокаивает меня Женя, но почему-то в ее голосе нет должной уверенности. — Хотя и психологические игры с ним — та еще перспектива. Мы же не поссоримся, правда? — Женя с подозрением смотрит на меня.

— Конечно же нет! — отрицаю я, возможно, с излишним энтузиазмом. — Не дадим ему сделать нас врагами.