Чтение онлайн

– Лиз,- окликнула Кэйт служанку, когда та уже собиралась уходить. – Попроси оседлать для меня лошадь.

– Лошадь, миледи?- переспросила та, словно не слышала её слов.

– Да. Лошадь. Хочу проехаться верхом.

– Миледи…,- Лиз в нерешительности замолкла, но тут же продолжила,- может, лучше прогуляетесь пешком? Сегодня отличная погода для этого. Поберегите себя. Верховая езда может быть вредна для ребёнка.

– С ребёнком всё будет в порядке. Потому что я буду осторожна. К тому же, сейчас такие прогулки ещё безопасны. Или ты мне предлагаешь перенести её на время, когда я даже самостоятельно не смогу забраться на коня?- в её голосе зазвучала лёгкая ирония.

– Маркизу это не понравилось бы,- стояла на своём служанка, желающая, видимо, наставить Кэтрин на путь истинный, не смотря ни на что.

– Маркиза здесь нет!- отрезала девушка, и ледяным тоном поинтересовалась, обернувшись:

– Ты хочешь оспорить мой приказ, Лиз?

– Нет. Конечно, нет. Миледи, я просто…

– Верно. Ты просто спустишься вниз и сделаешь так, как я тебе сказала. Ты же не хочешь заставлять меня волноваться?

Лиз бросила на неё неуверенный взгляд, недовольно поджала губы, но всё же кивнула, соглашаясь. Быстро присела и вышла из комнаты.

Утренний инцидент с горничной испортил ей настроение, но это ни в коем случае не помешало Кэтрин наслаждаться неспешной прогулкой верхом и видами, открывавшимися на землях Дайсон хауса. Она с детства любила лошадей. Раньше они разделяли её радости и печали, так как ни братьев, ни сестёр у Кэйт не было, а жаловаться на что-то матери не стоило. Отец же был всегда занят, и не особо вникал в процесс воспитания единственной дочери. Иногда у девушки складывалось впечатление, что ему казалось будто Лидии виднее, что было правильным для неё, а что нет. И хотя отец её любил, поддержки с его стороны можно было не ожидать. В этом она окончательно убедилась, вернувшись из Вены домой.

Приезд Джейсона приближался с каждым днём. Ей не хотелось об этом думать, но и игнорировать такую мысль она больше не могла. Она устала, ей надоело бороться со своими и его предрассудками. Она не желала и дальше пытаться, хотя, наверняка, стоило. Но Кэйт не была уверена, что спокойно перенесёт провал следующей попытки. А рисковать ребёнком она не намеревалась. Возможно, они всё же придут хоть к чему-то, а, если нет, то она вполне могла убедить мужа в том, что время до родов ей будет лучше провести где-то вдали от него, вероятно даже, в родовом поместье бабки, перешедшем ей сразу после заключения брака. Джейсон, конечно, был упрям, но не глуп. Здоровье их ребёнка он не станет подвергать опасности.

Она долго бродила по склонам, укрытым первыми опавшими листья, с упоением слушая, как они шуршат под ногами, и просто наслаждаясь тишиной вокруг. Когда, наконец, Кэтрин отвязала коня от дерева, под которым он спокойно пощипывал траву, время перевалило за полдень. Но девушка не спешила домой. Так же не торопясь она ехала назад. И, наверняка, её прогулка затянулась бы ещё надолго, но когда Кэйт проехала уже полпути, внезапно спустился проливной сильный дождь. Словно по щелчку пальцев. Вот ничего не предвещает непогоды, а вот уже она мокнет под довольно холодными каплями осеннего дождя. Еле слышно выругавшись, девушка пришпорила лошадь, надеясь найти хоть какое-то укрытие, но впереди до самого особняка растянулась лишь равнина. Дождь стих за несколько минут до того, как она оказалась в конюшне, что настроения ей совсем не добавило. Кэтрин вся вымокла, к тому же замерзла, с волос, лица и одежды стекала дождевая вода.

Лиз суетилась вокруг, пока Кэтрин поспешно, рывками, не боясь что-то порвать, срывала с себя мокрые вещи. Она долго согревалась, и, не смотря на то, что теперь на ней была сухая одежда, а в руках – горячая кружка с чаем, она не могла избавиться от чувства озноба, словно продрогла вся изнутри. Но к вечеру всё, слава Богу, прошло. Она рано легла спать, так как ближе к ночи начала невыносимо раскалываться голова, оставила одеяло в стороне, и провалилась в долгий беспокойный сон, чувствуя, как жар медленно разливается по всем клеточкам её тела.

20 глава

Джейсон прикрыл глаза, безуспешно пытаясь хотя бы задремать последние двадцать минут. Но твердое кресло, в котором он сидел, совершенно этому не способствовало. Все мышцы тела задеревенели от неудобной позы и невыносимо ныли, требуя, чтобы он хоть немного их пожалел, и пошёл спать на кровать. И хоть мужчина порядком устал, и отдых ему действительно не помешал бы, он сидел с закрытыми глазами и упрямо не намеревался никуда уходить. По крайней мере, до тех пор, пока не убедиться, что всё пришло в норму.

Ещё неделю назад, он находился в Лондоне в смешанных чувствах, не зная, что делать и как наладить то, что сам разрушил неосторожно брошенными словами. Теперь же ему было абсолютно плевать на то, что между ними существовали какие-то неурядицы. Это вообще казалось такой чепухой, что Дайсон не мог понять, какого чёрта всё это время он придавал ей большое значение?

Посыльный из Дайсон хауса явился внезапно, поздно ночью, перебудив всю челядь и его самого. И Джейсон вполне был настроен на то, чтобы вычитать чёртового мальчишку. Но ровно до того момента, как он сообщил то, из-за чего, собственно, и приехал. Кэтрин свалила простуда. Её сильно лихорадило. И к тому времени, как он это узнал, она уже два дня не приходила в себя. Врач, вызванный экономкой, из-за беременности Кэтрин не решался применять обычное лечение, которое, наверняка, поставило бы её на ноги. То, как могло повлиять лекарство на будущего ребёнка, он сказать не мог. Поэтому миссис Дэвисон взяла на себя всю ответственность и маркизу начали лечить тем, во что многоуважаемый доктор верить отказывался – народными средствами.

Джейсон всё ещё помнил, в каком был бешенстве, примчавшись на всех парах в поместье. Но гнев перешёл в холодный удушающий и совершенно иррациональный страх, стоило только ему зайти в комнату Кэтрин, и увидеть её – бледную, словно полотно, изнеможенную, беспокойно метавшуюся во сне. Её губы потрескались от высокой температуры, которую безуспешно пытались сбить. Она была похожа на призрак себя самой.

В тот вечер перепало всем и вся в доме. Джейсону казалось, что, если сейчас он не выместить на ком-то свою бессильную злобу, он тронется умом. Досталось горничной Кэйт, за то, что той хватило ума отпустить её одну, чёрт знает куда, ещё и верхом. Джейсон отмёл все её бесполезные усилия сказать о том, что она пыталась. Какого чёрта с ней не поехал сопровождающий? Ответ, что маркиза пожелала ехать в одиночестве, а поскольку не было никаких указаний с его стороны препятствовать ей в этом, довёл Дайсон до белого каления. Он был так взвинчен, что боялся кого-то убить.

Но теперь, по истечении этой долгой – невыносимо долгой, тянувшейся, будто резина – недели, на протяжении которой он успел пожалеть не только о своём вспыльчивом характере, но и обо всём том, что когда-то наговорил Кэтрин и не только, Джейсона преследовало ощущение, что он мог вот так легко её потерять. Её и ребёнка. Сразу после его приезда, ей стало хуже – состояние доходило до критической точки. И наконец, вчера, болезнь отступила. Её больше не лихорадило, она не металась в бреду, спала температура, и Кэтрин впервые спокойно заснула. Её мерное ровное дыхание доносилось до ушей мужчины и казалось ему, по меньшей мере, музыкой. На дворе давно стояла глубокая ночь. И хоть он чертовски устал, находясь, всё это время подле неё, Джейсон не мог себя заставить подняться с осточертевшего ему неудобного кресла и пойти к себе. Не сейчас. Он хотел убедиться в том, что с ней действительно всё в порядке, что её жизни и жизни их ребёнка больше ничего не угрожает. Он должен видеть, как она придёт в себя. Только тогда он сможет вздохнуть спокойно и избавиться от этой удушливой тревоги внутри. Только тогда. И не минутой раньше.

Он открыл глаза. Свеча, стоящая у прикроватного столика, совсем скоро должна была догореть. Перевёл взгляд на невероятно бледную и похудевшую Кэтрин. Сердце против воли сжалось. Как он допустил, чтобы такое с ней случилось? Чёрт возьми, он убьёт её за своеволие, только лишь она поправится. Приставит к ней конвой из слуг, без которого та и шага не сделает.

Джейсон тяжело вздохнул, сморщился от боли, пронзившую всю тело, и поднялся. Подошёл к ней ближе, вглядываясь в знакомые черты, на которые отбрасывало пляшущую тень пламя свечи. И снова вздохнул. Рука сама собой потянулась в её лицу, пальцы нежно коснулись щеки. Кого он обманывал? Ничего он с ней не сделает, хотя первоначальное желание свернуть жене шею, где-то ещё теплилось внутри. Только пусть, наконец, откроет глаза. Словно услышав его мысли, веки Кэтрин затрепетали, медленно – очень медленно - она приоткрыла глаза, сморщившись от света, и взглянула на него затуманенным после болезни взглядом. Она ничего не сказала, никак не отреагировала, только смотрела на него какое-то время, а затем так же неспешно закрыла глаза и заснула.