Опасная игра
Шрифт:
— Да, я заметила: начиная с Цинциннати уровень цивилизации неуклонно снижается, — пробормотала она вполголоса. — Но вы можете не беспокоиться: я сумею за себя постоять.
— У вас есть с собой оружие? — неожиданно спросил он.
— Что вы! Конечно, нет.
— В таком случае советую приобрести его и научиться им пользоваться.
— Но мне не нужно забираться в самую глушь — я еду всего лишь до Сан-Анджело.
— Всего лишь до Сан-Анджело! — повторил он, выразительно покачав головой.
— Ну да, мне там нужно будет устроить дела, связанные с оставшимся после отца имуществом. Так что оружие мне вряд ли понадобится.
— А вы хоть представляете, где находится Сан-Анджело? — поинтересовался он.
— Нет, но какое это имеет значение? Мне в любом случае нужно туда ехать.
— Так вот, к вашему сведению: он находится у черта на куличках — еще дальше, чем Сан-Антонио.
— Пусть даже и так, но это вовсе не означает, что вы можете говорить со мной таким вульгарным языком, — одернула она его.
— Извините. — Он сделал глубокий вздох и чуть ли не виноватым тоном произнес: — Я сочувствую вашему горю.
Она некоторое время стояла молча, опустив глаза, а затем, покачав головой, медленно проговорила:
— Сочувствовать, собственно, нечему: я почти не знала отца.
— В таком случае я сочувствую вам и в этом.
— Судя по тому, что мне приходилось о нем слышать, я не много потеряла, живя без него с самого детства.
Она говорила об этом с явной горечью, и он с некоторым недоумением произнес:
— И тем не менее вы приехали.
— Да, приехала…
— Наверное, он оставил вам какие-то деньги?
— Нет, не оставил.
И она, снова злясь на себя за то, что приехала сюда, добавила с досадой:
— Насколько я знаю, никаких денег у него и не было. Осталась небольшая ферма возле Сан-Анджело, да и та, по словам юриста, почти ничего не стоит. — После недолгой паузы она с вызовом произнесла: — Но я все равно продам ее. Это хоть частично покроет расходы на поездку.
Уголком глаза он увидел, что по трапу начали спускаться первые пассажиры, а это означало, что, если он собирается продолжать эту игру, ему нужно делать ставку прямо сейчас.
— Не знаю, как вы, но я откровенно хочу есть. Может быть, вы позволите угостить вас завтраком, когда сойдем на берег? — предложил он с непринужденным видом.
— Ни в коем случае, — отрезала она, но тут же, боясь показаться неблагодарной, добавила более мягким тоном: — Это было бы не совсем прилично.
— Учтите, Галвестон — довольно нецивилизованное, я бы даже сказал, опасное место. Может быть, проводить вас до гостиницы?
— Спасибо, не надо.
— Я уже говорил вам: в этих краях с женщиной без провожатого может случиться все что угодно.
Теперь она не сомневалась — он был именно тем типом мужчины, за которого она приняла его с самого начала, и сейчас было самое время поставить его на место раз и навсегда.
— Повторяю: в этом нет необходимости, — твердо сказала она. — Кроме того, я сомневаюсь, что это понравилось бы мистеру Хауарду.
— Мистеру Хауарду?
— Ну да, моему мужу, — солгала она.
Он с насмешливо-недоверчивым видом приподнял одну бровь, и она поспешила подкрепить свою ложь новыми выдумками:
— Мы бы поехали сюда вместе, но мне пришлось задержаться дома.
Нет, это звучало неубедительно; нужно было придумать что-нибудь получше:
— В последний момент наша дочь заболела корью, и кто-то должен был с нею остаться; так что он поехал один.
— Стало быть, вы замужем. Понятно… — Он совсем уже было собрался «бросить карты» и выйти из игры, как вдруг его взгляд упал на ее пальцы. Заметив, куда он смотрит, она поспешно спрятала левую руку [5] в карман юбки, но было поздно: он уже успел заметить, что обручального кольца на безымянном пальце у нее нет. Стараясь подавить улыбку, он проронил:
5
В англоязычных странах обручальное кольцо носят на левой руке.
— Что ж, вашему мужу чертовски повезло. Можете передать ему это.
— Не думаю, что его заинтересует ваше мнение, — рассеянно улыбнулась она и, с облегчением увидев, что люди впереди начали потихоньку двигаться, подняла свой саквояж и попрощалась:
— Всего хорошего, мистер Маккриди. Вряд ли нам придется когда-нибудь снова встретиться, так что желаю вам приятного путешествия.
— Не сомневаюсь, что оно будет приятным, миссис Хауард, — с широкой улыбкой ответил он. — Просто не дождусь, когда оно наконец начнется.
Спускаясь по трапу на берег, она поздравила себя с тем, что ей подсказали прекрасное отпугивающее средство: вместо пистолета она купит себе обручальное кольцо.
А он еще долго стоял у бортового поручня и смотрел ей вслед, пока она не затерялась в многолюдной суете портовой толпы. Что и говорить, женщина она высокого класса, но если ей кажется, что утонченные манеры и высокомерие послужат ей надежной защитой от ковбоев и головорезов, с которыми ей придется сталкиваться в Техасе, то она сильно ошибается. Чтобы увидеть, как она будет чувствовать себя в их обществе, он, пожалуй, даже готов потратиться на билет до Сан-Анджело. Правда, его первоначальным намерением было ехать в Хелену, где его ждал самый широкий выбор игорных домов, но в Сан-Анджело он мог скрываться от закона с таким же успехом, тем более что в Хелене и так хватает преступников, прячущихся там от полиции, и всем об этом хорошо известно. Конечно, Сан-Анджело, насколько он слышал, — жуткая дыра, но если ему удастся найти там хотя бы нескольких приличных игроков в покер, то он готов поскучать для разнообразия даже в таком захолустье.
ОКРЕСТНОСТИ САН-АНДЖЕЛО, ШТАТ ТЕХАС,
29 мая 1874 года
— Ты слышишь это завывание, Боб? — встревоженно спросил тот, что сидел ближе всего к костру.
— Ну слышу: это койот.
— А ты уверен, что койот?
— Ясное дело, он. А кто же еще?
— Ты опять за свое, Фрэнк? — вступил в разговор Ли Джексон.
— Будь я проклят, если тебе не чудится за каждым кустом по индейцу. С тобой и заикой недолго стать!
— Так ведь скоро полнолуние, — настаивал на своем Фрэнк Бимер. — И не обязательно, черт возьми, быть техасцем, чтобы знать повадки и традиции индейцев. Говорю вам, не нравится мне, когда на небе полная луна.
— Скорей бы появился Гиб, вот что я скажу, — пробормотал Чарли Пирс и подбросил в огонь переломанную пополам ветку. — Уж очень мы все стали нервными.
— Это точно, — согласился Ли. — Но если Фрэнк и дальше будет подскакивать как ужаленный, стоит только завыть какому-то несчастному койоту, то лучше бы его вообще здесь не было.
— Да уж, — поддержал его Боб Симмонз и повернулся к Фрэнку Бимеру. — Пойми, чудак, никаких индейцев здесь нет и быть не может. Ведь мы как-никак всего в десяти милях от форта Кончо!