Чтение онлайн

Ровно в назначенное время я приехал в конюшню. У ворот меня встретил, Игнат Улыбин и препроводил внутрь. Мы приблизились к загону, и он, оглядевшись, кивнул кому-то. Это был конюх. Через пару минут тот подвел гнедого жеребца.

— Это и есть Бриллиант? — спросил я.

— Он самый. Полюбуйся на него. Просто красавец! — восторженно сказал он.

Я подошел ближе и погладил жеребца за шею. Передо мной стоял превосходный чистокровный арабский скакун. Я знал, что цены он необыкновенной. Владельцами таких скакунов могут быть весьма богатые люди.

— Переоденьтесь, — обращаясь ко мне, произнес Улыбин и передал мне сверток с одеждой жокея.

Пока конюх готовил Бриллианта, я пошел в раздевалку. Я быстро переоделся, встал на весы, мой вес, как ни странно оказался в пределах нормы. В свертке я обнаружил: белые скаковые бриджи, белую водолазку, скаковые сапоги, черный длинный камзол, шлем с очками и хлыст.

Через четверть часа я подошел к конюху, принял скакуна и взял его за уздечку. Игнат был рядом и внимательно наблюдал, обнадеживая меня своим доверительным взглядом. Погладив еще раз Бриллианта, я тихо сказал ему на ухо несколько ласковых слов. У гнедого широко раздулись ноздри, он будто лебедь изогнул шею и игриво задрал хвост. Ловким движение я запрыгнул на него. Он разом встрепенулся, задрожал, словно по жилам прошел огонь, и вдруг, вскинув голову, заржал! По моей спине пробежала стая холодных мурашек. Стало не по себе. Гнедой, резко кинулся в сторону, потом яростно взмыл на дыбы, словно попала ему под седло колючка. Я в азарте закричал, резко, страстно, словно зверь, терзающий добычу пригибаясь в седле, а он стремительно понес. Жеребец скакал как ошпаренный. Ветер играл с его гривой. Я старался в седле удержаться, и каждый мускул был напряжён от невообразимых усилий. Ветер свистел в ушах, и кровь в жилах словно застыла, не чувствуя ни трепета ни боязни, лишь в полном задоре на полусогутых ногах я старался выдержать испытание, которое учинил мне жеребец. Но тут сильный удар седлом по заднице, и я еле удержался!

— «Ну, хватит!» — я мысленно молил его. Силы были на пределе, в седле держался с большим трудом. Но я почувствовал, бешеный ритм поубавился и вскоре он остановился. Внезапно гнедой вдруг напрягся, раздул ноздри и резко кинулся в сторону. Я едва удержался в седле. И тут же пробежав метров десять, он стал брыкаться, пытаясь сбросить меня сверху. Гнедой прыгал в разные стороны, а я лишь старался балансировать каждым своим движением с его беспорядочным ритмом. Мне кричали: — Натяни поводья, крепче, крепче! Но я уже пустил жеребца галопом в поле. Бриллиант летел, казалось, не касаясь земли. Проскакав пару километров, мы вернулись. Я круто остановил взмыленного жеребца и спрыгнул на землю. Тот дрожал и смиренно косился на меня. Бриллиант часто и тяжело дышал, роняя клочья пены, и только ноги покрылись мелкой дрожью. Я передал гнедого конюху, и тот его увел.

— Браво, браво! — хлопал в ладоши, Улыбин. — Вы мастерски укротили его крутой норов. Поздравляю с первой победой!

Вдруг мое внимание привлекла быстро приближающаяся брюнетка. Я был смущен внезапным появлением женщины. Она была потрясающе красива, просто фея. У неё были смеющиеся изумрудные глаза, чудесная кожа, правильные черты лица, блестящие чёрные волосы, которые падали до плеч. К впечатлению, которое она производила на окружающих, эта красавица уже привыкла и знала себе цену.

Я был представлен владелице гнедого жеребца, мастера сбрасывать наездников.

— Марина Деева, а это Эдуард Филин, — представил нас Улыбин.

Конечно, я был поражен ее красотой. Я открыл рот и первое, что я смог сказать: — Я безмерно рад скакать на вашем жеребце.

Улыбин откровенно засмеялся надо мной.

Не обращая на него внимания, Марина сказала: — Мне понравилось, как вы укротили моего Бриллианта. Хотя, он ещё молод, и, тем не менее, это лучший арабский скакун, участвующий в воскресной скачке.

Оставив Игната в стороне, Марина бесцеремонно взяла меня под руку, и мы медленной походкой направились к административному корпусу.

— За последние полгода он дважды выигрывал первые призы, — сказала она. — У него есть мощный потенциал и об этом многие знают.

Она замолчала. Мне показалось, что женщина волнуется.

— Я хотела бы, чтобы мой Бриллиант на воскресных скачках был первым.

— Конечно, я постараюсь. Насколько мне известно, там будут много других знаменитых скакунов.

Игнорируя мой вопрос, она сказала:

— Имейте в виду, если сделаете, о чем я прошу, вы получите ключи от нового внедорожника, и наличными десять тысяч евро, кроме этого вас ждет приятный сюрприз, — она мило улыбнулась, очаровывая меня своим томным взглядом.

Такой дорогой приз меня крайне удивил, и во мне появилось дурное предчувствие, но я силой мысли отогнал её от себя, ибо, то, что я раньше моделировал для себя начало сбываться. Я мечтал о деньгах и автомобиле и вот, пожалуйста — мне их предлагают только за то, чтобы я пришёл на финиш первым. Дело стало только за мной. И ещё я подумал, что помимо скачек я вызвал её живейший интерес, и это подкупило моё самолюбие. Я почувствовал учащенный пульс, от волнения моё сердце стучало так сильно, что могло бы выскочить прямо к её ногам. Запах чувственных духов исходивших от неё усиливал моё желание. Голос её был ласковый, и она говорила в доверительном тоне:

— А теперь постараюсь вам объяснить причину, — тихо сказала она. Женщина нежно погладила мою руку, исподлобья выстрелила в меня своим многообещающим взглядом.

— Когда я увидела вас скачущим на моём жеребце, я поняла, что вы именно тот жокей, который его достоин. Я очень рада, что вы согласились скакать на нём. Мне подарил ее гражданский муж.

Несколько секунд она молчала.

— Приятно получать оригинальные подарки, не правда ли? — она пытливо глядела на меня.

Я кивнул, сосредоточенно слушая.

— Клаус сказал, что мне будет милее получить в подарок арабского скакуна по имени Бриллиант, нежели бриллиантовое колье, — она улыбнулась. — Забавно, не правда ли?

Я искусственно скривил улыбку, хотя улыбаться мне не хотелось.

— Думаю, он не прав. Если бы у меня были нужные деньги, то я не задумываясь, подарил бы вам самое лучшее бриллиантовое колье. Вы были бы в нем неотразимы, впрочем, вы и без колье прекрасны. Вы сама женщина бриллиант.

— Я, женщина бриллиант! — удивилась Марина и весело засмеялась. — А почему бы и нет. Так меня ещё никто не называл.

— Ну, тогда я буду первым, — смущённо вымолвил я.

Мы остановились, и она с любопытством посмотрела мне прямо в глаза, вероятно желая понять, что сказанное мной исходит от души или это лишь пустой комплимент. Видимо поняв что-то, её лицо преобразилось, и мы двинулись дальше, при этом она взяла мою левую руку выше локтя и стала говорить о своём мужчине.

— Клаус Бергер интересный человек, но иногда бывает весьма странным! А поэтому жить с ним трудновато. Никогда не знаешь, что он выкинет. Для него, прежде всего бизнес, а уж потом я.

— Вы сами ездите верхом? — спросил я, переводя разговор в другое русло.

— Ни разу не пробовала.

— Наверное, ваш… — я замялся, — ваш гражданский муж обожает лошадей и он любитель скачек?

— Что вы! Клаус совершенно к ним равнодушен. Он считает, что у него есть много других занятий, чтобы в удовольствии провести время.