Опасный выбор
Шрифт:
— Матвей…
— Не хочу делиться. У меня и так тебя меньше всех, куда ещё-то…
— Матвей, ну пожалуйста, — я полезла в карман, проверить время. — О, нет…
— М-м?
— Я кошелёк забыла, блин! — поморщилась я, поняв, что схватила только телефон. — Убежала в магаз без кошелька… вот же дурья башка…
— Может вернёшься за ним и снова забежишь? — оживился мой зверь, веселея. — Чем не повод…
Я засмеялась. Как же глупо вышло с этим дурацким кошельком.
Матвей достал свой.
— Не-не-не, — запротестовала я, поняв, что он задумал. — Я тебе ещё за ужин не перевела!
— С ума сошла? — он и правда поглядел на меня с подозрением. — Забудь об этих выкидонах вообще. Сколько тебе нужно? — он стал отсчитывать, а я краснеть.
— Не-не, не надо много, я ведь за ватными дисками только… — идея Матвея была разумной, но брать у него деньги я стеснялась.
— Сколько они стоят?
— Сотни хватит, — потупилась я скромно. — Спасибо.
— Уверена? Чё сейчас за сотку купишь? У меня на паршивые сиги по две-три уходило.
— Диски куплю, — уверила я, потихоньку успокаиваясь. Это «всего лишь сотка» — сказала я себе. Зато отсутствие кошелька объяснить легко: частенько носишь мелочь в кармане. Была, значит, вот и оставила кошелёк на полке. Я благодарно улыбнулась своему спасителю:
— Как держишься, кстати?
Матвей не стал геройствовать.
— Очень плохо, — хохотнул он нервно. — Но я же тебе слово дал, — напомнил он, — держусь, пока у меня есть твои поцелуи. Ещё девятнадцать сегодня, — последовала очаровательная ухмылочка, — готовься.
Я прыснула. Как же он хорош, — таяла я, вновь ощущая его губы на прощанье.
В магазин пришла одуревшая, рассеянная. Схватила ватные диски — ещё и сдача осталась. Зайти, что ли, отдать? — подумала я, смеясь. — Вот Матвей обрадуется… чем не повод?
Но улыбалась я недолго.
У моего подъезда стоял знакомый Ниссан.
Глава 14
Объяснение
— Привет, — поздоровалась я, когда Алик вышел.
— Привет, Даш, — он покопошился в машине, и по спине у меня побежали мурашки — в руках у Алика появился букет. Настоящий, милый букет из самых розовых роз.
— Это тебе, — подошёл он скромно. — Я понимаю, что подвёл тебя, поломал все наши планы… — он вздохнул и сунул розовую красоту мне в руки. — Извини, что так вышло с друзьями, я не хотел. Я всё обдумал, вспомнил, я очень виноват перед тобой.
— Спасибо, — как лунатик, промямлила я, не зная куда деваться от нежнейшего аромата его «извинений». Как же стыдно, — спрятала я в розовые заросли глаза, принимая букет, и вспоминая, как пять минут назад обвивала этими же бессовестными руками Матвея. — Как мне сказать ему?
Прямо! — твёрдо потребовал мысленный Матвей. — А то я поговорю. Прямо в челюсть.
— Я приходил, искал тебя… — продолжал беспокоиться Алик. — Переживал, куда ты пропала? Мы все тебя потеряли.
— Да, прости, я почувствовала себя не очень, — принялась я оправдываться, теребя букет, — захотелось пройтись пешком. Хотелось побыть одной и подумать обо всём.
— О чём всём? О нас? — начал догадываться Алик, по моей унылой физиономии.
— Да… и о своей жизни и о нас, в целом…
— Даш, ты же не серьёзно? Или ты настолько обиделась? Давай поговорим. Я готов. Только скажи, что тебя беспокоит.
— Мне кажется, мы не подходим друг другу, — выпалила я, как из пушки, пока он не стал дальше уговаривать.
— Что? — Алик аж на капот присел.
Он яростно потрепал на себе волосы и стал похож на безумного учёного, провалившего эксперимент:
— Ты серьёзно?
— Да…
— Ты не шутишь? Ты всерьёз об этом думала? Вчера?
— Да, Алик, прости, я понимаю, что это звучит неожиданно…
— Неожиданно! Не то слово, — покивал он, в ступоре. — Я не пойму, почему так резко-то? Всё же хорошо было. Ну вчера накосячил разок, всякое бывает, но, в целом, у нас же всё хорошо? С чего вдруг такие мысли? Даш, не пугай меня!
— Я просто подумала… я не уверена…
— Даша…
— Правда, Алик, я не хочу тебя обманывать, ты очень хороший…
— Даш, не надо так… — Алик встал и подошёл ближе, заглянул в лицо. — Ты чего? Так не делается, что с тобой? Давай поговорим? Обсудим проблемы. Только расскажи, по порядку, в чём дело.
— Дело во мне, Алик, — чуть-чуть отступила я, снова опуская взгляд на розы. — Я не хочу тебя обманывать, я не понимаю, что я чувствую… я, кажется, ещё не готова к отношениям… — бормотала я заезженные шаблоны, — прости, что так вышло… я не хотела… я запуталась.
— Вот это да-а… — он потёр лицо, стараясь осмыслить происходящее.
— Прости, — снова шепнула я. Сердце защемило от тоски. Алик не виноват… «что хорошим девочкам нравятся плохие парни?» — улыбнулся Матвей злорадно. Я развеяла его саркастический образ.
Не сейчас.
Я прощалась не с Аликом.
Моя идеальная открытка горела синим пламенем. И мне нужно было смириться, что не будет у мамы милого зятя, которому она будет промывать мозги и печь пирожки. Не будет у папы собеседника на рыбалке. Не будет Ниссан гонять в строительный за нашими шторами и на рынок за свежими овощами к ужину. Не будет забирать из школы детей, чтобы провести вечер в тесном семейном кругу, с фильмами и настольными играми.
Погасли тёплые гирлянды на моих стенах.
Чик.
И темнота.
И в темноте…
Запищала далёкая подъездная дверь.
Я оглянулась и быстренько заслонила букет — от Матвея. Хотя, кого я обманываю, он наверняка следил на нашими «объяснениями» из окна, и всё-всё видел. Поэтому и вышел, как напоминание, чтобы я поскорее закруглялась. Пошёл на турники. Там уже тусила парочка его парней.
Их отдалённые маты и смех давно «играли» на фоне — стандартный саундтрек нашего «колодца». Я и не прислушивалась. Не замечала. Белый шум. Помехи.