Чтение онлайн

Вернувшись в постель, Лекси стала вспоминать, как они занимались любовью. Подушка все еще хранила слабый запах его кожи. Она улыбнулась. Неожиданно улыбка исчезла с ее лица: она вспомнила его потемневшие глаза, боль, промелькнувшую в их таинственной глубине.

Да, он занимался с ней любовью, а потом спросил о ребенке. Их сделка завершена.

Еще раз, перед самым рассветом, он разбудил ее, и они вновь принялись заниматься любовью, нежно и неторопливо, и вновь она уснула в его объятиях. А теперь его не было.

Они поженились с одной-единственной целью — зачать ребенка. Что ж, он выполнил все условия и теперь ждет результата.

Лекси понимала, что ближайшие недели будут мучением для нее. Она не сможет прикоснуться к нему, не сможет любить его и спать с ним. И у нее не будет предлога, чтобы снова быть с ним. До следующего месяца.

Положив руку на живот, Лекси закрыла глаза. В ней проснулась отчаянная надежда, что она не беременна. Отчаянная надежда, что Камерон вновь придет к ней. В следующем месяце.

— Ида!

Войдя в дом, Лекси остановилась у двери. Ей удалось пройти через двор не замеченной Камероном — слава Богу, он начал красить с противоположной стороны от дома. Она еще не была готова встретиться с ним лицом к лицу. Она еще не вполне владела собой.

— Я здесь! — донесся из глубины дома голос Иды.

Лекси прошла в длинную узкую комнату, занимавшую почти всю правую сторону дома. Эту комнату Ида использовала одновременно как гостиную и библиотеку. От пола до потолка тут были стеллажи, уставленные старыми книгами и журналами, а между стеклами тут и там были засунуты фотографии.

Ида сидела на полу, вокруг нее были разложены книги по дизайну.

— Хочу подобрать обои для спален. Помоги мне, дорогая.

Лекси присела рядом с ней. Взяв с пола первую попавшуюся брошюру, она в задумчивости перелистнула несколько страниц, потом решительно захлопнула ее.

— Ида, мне надо поговорить с тобой.

Та взглянула на нее и улыбнулась.

— Я ждала этого, — с воодушевлением сказала она, и глаза ее блеснули. — Я знала, что ты придешь ко мне. — Она отложила альбом, который держала в руках. — Расскажи мне все. Как это Камерону удалось так лихо с тобой справиться? Я хочу знать все подробности. Это было, наверное, так романтично! Что-нибудь сногсшибательное! — распалялась Ида. — А Камерон! Как он, должно быть, счастлив!

У Лекси защемило сердце. Как она могла объяснить Иде, что их брак всего лишь сделка?

— Я, собственно, насчет приема, — сказала она наконец. — Мы ничего такого не хотим. Правда.

— Ах, дорогая, но вы просто обязаны дать прием! Мало того, что вы лишили меня свадьбы, ты не даешь мне устроить даже вечеринку в вашу честь!

— Боже мой, Ида! Мы действительно хотели, чтобы все прошло без шума, — простонала Лекси.

Но Ида не желала ничего слышать.

— А родственники со стороны Камерона! Нам же надо показать им, как мы рады и как мы все его любим! Ведь в детстве он был не избалован любовью, я тебе прямо скажу.

Лекси нахмурилась:

— О чем это ты?

Ида поджала губы.

— Ну конечно, мне не хотелось бы плохо говорить об умерших, — сказала она, понизив голос. — Но Эльза Рид была довольно странной матерью. Никогда не видела, чтобы женщина так равнодушно относилась к собственному ребенку.

Лекси только рот раскрыла. Она помнила, что мать Камерона всегда была сдержанной, но ничего выходящего за рамки… Хотя, признаться, Лекси плохо знала ее. Обычно они с Камероном играли на улице или дома у Иды.

— Ты никогда не говорила…

— Ну, теперь ты уже взрослая, дорогая. — Ида покачала головой. — Раньше, когда я брала тебя на лето, ты была ребенком. — Ее голубые глаза внимательно посмотрели на Лекси. — Просто люби этого мальчика всей душой. Он не слышал от матери ни одного нежного слова. В жизни не видела более жестокой женщины. Во всех своих бедах она обвиняла того никчемного парня, который от нее сбежал.

Лекси сидела как завороженная, жадно ловя каждое слово. Так вот почему Камерон всегда избегал разговоров о любви!

— Он ведь никого не любил. И никто не любил его, — продолжала Ида. — Слава Богу, теперь у него есть ты.

Ида потрясла скрюченным пальцем перед носом Лекси.

— Я всегда подозревала, что он просто струсил пять лет назад. Обычная предсвадебная лихорадка, так я и говорила.

Струсил. На секунду Лекси уцепилась за эту мысль.

В молчании она разглядывала цветной каталог, лежащий у ее ног. Яркая обложка расплывалась перед глазами.

— Мы были помолвлены еще в колледже, Ида, — наконец сказала Лекси. — Вряд ли это была лихорадка. У него было полно времени, чтобы привыкнуть к этой мысли.

Ида прищурилась.

— Лекси, дорогая, некоторым людям и целой жизни не хватает, чтобы справиться со своими страхами.

И она устремила взгляд в пространство, рассеянно перебирая страницы журнала.

Внезапно со стороны парадного входа донесся грохот, и через секунду задребезжал звонок. Вслед за Идой Лекси поспешила к двери. Ее глазам предстала целая бригада маляров, заполнившая коридор. Началась суматоха. Ида стала разводить рабочих по комнатам, показывая, что надо делать.

Лекси пошла домой, но слова Иды запали ей в душу и все утро не давали покоя. Она попробовала поработать над очередным приключением Тулли, но ее постоянно отвлекало доносившееся из окна постукивание ведерка о деревянную лестницу: это Камерон красил крышу коттеджа.

Наконец, ближе к полудню, она решила, что уже достаточно долго избегала его. Хватит. И Лекси направилась к веранде, прихватив корзинку с сандвичами и небольшой термос с холодным чаем. Сверху она положила пластиковые стаканчики и несколько салфеток.

Поставив все это на веранде, она обошла дом и наконец увидела Камерона наверху, с кистью в руке. Аккуратными мазками он красил карниз белой краской. На нем были его обычные шорты, голые ноги и грудь блестели от загара, по спине стекал пот.

Несколько секунд Лекси стояла молча. Но вот он отложил кисть и взглянул на нее, щурясь от яркого солнца.

— Привет! — Его лицо было серьезно.

— Привет, — ответила Лекси. — Я приготовила ленч.

Камерон медленно спустился и поставил ведерко на землю.

— Сейчас, только кисть вымою.

Лекси вернулась на веранду. Через несколько минут появился Камерон, уставший, разморенный от жары и ошеломляюще сексуальный. Он упал в кресло рядом с ней, и она протянула ему стакан чаю. Он выпил его залпом и снова подставил ей стакан, сверкая мальчишескими ямочками на щеках.