Чтение онлайн

Ярки есть крутой берегъ при устье главнйшаго рукава рки Волги, для сей причины Ярковскимъ устьемъ называемаго. Не далеко оттуда по правую сторону находится островъ Четыре бугры подъ 45°20' высоты полюса. Тамъ расходились суда каждое въ назначенной свой путь. Три Шнавы пошли къ Тюленьему острову. Отъ Тюленьяго острова, подъ 44°12' высоты полюса лежащаго, хали они къ устью рки Терека, а оттуда промежъ острова Чеченя подъ 43°47' и мыса Учя къ Дербенту, гд они нсколько дней разъжжали по морю. Мысъ Учь называется и Аграханскимъ полуостровомъ, по имени малой рки Аграхана, которая изъ рки Сулака происходитъ, и при соединеніи онаго полуострова съ твердою землею впадаетъ въ Аграханской Заливъ. Оной полуостровъ изобилуетъ хорошими паствами. Покатое положеніе города Дербента къ морю, по которому весьма удобно было, оное осмотрть съ судовъ, подало поводъ господину Соймонову, чтобъ сочинить проспектъ сему городу и около лежащимъ странамъ, въ коемъ очень ясно представилъ онъ т три отдленія, которыми раздленъ Дербентъ на верьхней, средней и нижней городъ. Онъ также примтилъ тамъ высоту полюса на 42°6', а Олеарій нашелъ токмо 41°50' и Христофоръ Бурро у Гаклуйта (Navigations p. 448.) 41° 52 минуты. Мы не имемъ нужды говорить больше о Дербент, потому что положеніе и состояніе сего города описано уже въ извстіяхъ Полковника Гербера въ ежемсячныхъ сочиненіяхъ 1760 году на Сентябрь мсяцъ стр. 196. Тогда былъ нижней городъ еще пустъ, какъ во времена Олеарія. Кром садовъ ничего въ немъ не имлось. Около города видны были многія деревни, и по обимъ сторонамъ города оказались могилы съ великими надъ оными поставленными блыми камнями, которые издали яко войско очамъ представлялись. Сады были наполнены плодами, яблоками, грушами, сливами, персиками, смоквами и проч. Виноградъ вился по деревьямъ; на пол сеяли сорочинское пшено, пшеницу, ячмень и много шафрану. Позади Дербента казались внутрь земли высокія непроходимыя горы.

Отъ Дербента хали они къ берегу Низабатскому, или къ Низовому, которое послднее званіе и нискому онаго положенію прилично. Здсь Россійскіе суда изъ Астрахани обыкновенно приставали для Персидскаго торгу: потому то мсто и наречено Низовая пристань. Она лежитъ по примчанію мореплавателей нашихъ подъ 41°30' высоты полюса, напротивъ того Олеарій 15' меньше означилъ. Разныя рки, общее имя Низовыя имющія, впадаютъ тамъ въ море. Тогда находились тамъ два Русскіе, да три Персидскіе суда [Бусы] на берегу, потому что тамъ нтъ гавани. Судовая садка на млъ есть тамъ общее обыкновеніе, отчего для мягкаго грунта, никакого вреда не приключается. Когда опять въ море итти захотятъ, то весьма удобно съ мли спускаются. Тамъ была безпрерывная ярманка между Россійскими и Персидскими купцами, кои жили въ худыхъ шелашахъ, потому что никакихъ прямыхъ жителей, ниже домовъ, въ близости не было. Знатнйшей торгъ состоялъ въ шелку сырцу. Персіяне и Армяне привозили оной шелкъ на верблюдахъ и лошакахъ изъ Шамахіи. Изъ Россійскихъ товаровъ по большей части тамъ продавались: сукна, полотна, юфти и разныя млочи, какъ: иглы, наперстки, зеркала и проч. Изъ юфтей наипаче употреблялись токмо задки, кои у Персіанъ Сапры называются. Они себ длаютъ изъ нихъ Хози, или туфли, которыя въ грязную погоду, и во время дальней ходьбы, сверьхъ своихъ сафьянныхъ сапоговъ надваютъ, и есть ли они въ домъ придутъ, то оставляютъ оныя у дверей. Торги были тогда въ Низасап не такъ велики, какъ въ прежнія времена, когда еще Грузинцы и Мингрельцы обыкновенно привозили туда товары свои, что приписывали взбунтованію Лезговъ, разбоямъ Даудсека, которой насиліемъ своимъ заперъ вс дороги. О семъ человк пространне объявилъ Полковникъ Герберъ въ своихъ извстіяхъ.

Вообще надлежитъ примчать объ оной стран, что хотя горы отъ Дербента идутъ къ югу; однако до берега не касаются, но отъ онаго въ нкоторыхъ мстахъ на 50 верстъ отстоятъ. Такимъ образомъ между горами и моремъ находится обширная ровнина, многими рчками и лсами испещренная, и по ея плодородію безчисленными населенная деревнями. Тамъ имются хорошіе скотскіе заводы, пашни и сады съ изрядными плодами. Сію страну можно почесть за наилучшую при всемъ Каспійскомъ мор. Туда принадлежитъ и Низовая пристань. При хребт Бишъ-Бармакъ, отъ Низовой пристани къ югу лежащемъ, паки проходятъ Дербентскія горы до морскаго берега.

Мореплаватели наши, пробывъ нсколько дней у Низовой пристани, взяли Свжей воды, и запаслись другими потребностями. Для продолженія пути своего поохали они въ конц Іюня мсяца къ Апшеронскому проливу не отдаляясь нигд отъ берегу. Апшеронской проливъ иметъ названіе отъ мыса Апшерона, которой отъ города Баку къ востоку нарочито далеко простирается въ Каспійкое море. Оной состоитъ изъ ускаго водянаго ходу, между твердою землею и нкоторыми островами.

Берегъ отъ Бишъ-Бармака то гористъ, то низокъ. И нигд лсу не видно. Подл берега есть почти везд хорошей грунтъ для метанія якорей. Два камня, два брата называемые, лежатъ въ мор подъ 40°45' высоты полюса. Извстно было мореплавателямъ нашимъ, что ихъ остерегатся надлежитъ: но лоцманы ихъ были толь неискусны, что они то мсто указать не знали. Для предосторожности при наступающей ночи стали на якор на 12 саженъ, а не задолго передъ тмъ была глубина 25 саженъ. По разсвту увидли предъ собою два камня такъ блиско, что Шнава Святая Екатерина отстояла отъ одного камня не дале, какъ на якорной канатъ. Они казались выше воды на подобіе обороченныхъ корпусовъ посредственныхъ судовъ. Естьлибъ хотя не много подались къ Востоку, тобы легко одна изъ Шнавъ могла разбиться о сіи камни. Послали туда, описывать ихъ положеніе. Они лежатъ одинъ близъ другова, на 6 саженъ глубины, но въ маломъ разстояніи гораздо глубже.

Тогоже дня около полудни прибыли они въ Апшеронской проливъ, которой начинается при остров, называемомъ Святымъ. Сей проливъ почитается за наилучшую гавань на Каспійскомъ мор, потому что суда стоятъ въ ономъ отъ всхъ втровъ безопасно. Также ночью възжать можно, есть ли токмо виденъ берегъ матерой земли и сверной конецъ святаго острова. На восточной сторон острова простирается гряда, скрытыхъ камней въ южновосточную сторону нарочито далеко въ море, которая мореплавателямъ очень опасна, и по тамошнему языку называется Ураносъ. Островъ Святой потому такъ названъ, что нкоторой Дервишъ, за святаго почитаемой, тамъ погребенъ. Для того приходятъ Персіяне съ твердой земли на островъ, и отравляютъ у гроба свои молитвы. Тамъ находятся дв могилы, одна Дервишева, а другая слуги его. Перьвая подъ тремя покрышками, подъ одной холщевой и двумя шерстяными. Другая безъ покрытія. Притомъ стоятъ многія лампады съ деревяннымъ масломъ, и малыя восковыя свчи, или огарышки оныхъ. Всякой приходящей приноситъ съ собою свчи, или лампады съ масломъ, которыя горятъ у гроба до тхъ поръ, пока все изойдетъ, или по случаю угаснетъ. Островъ длиною на 7 верстъ, и шириною въ нкоторыхъ мстахъ на версту, а въ иныхъ меньше. Кром одного шелковичнаго дерева чрезвычайной величины, ничего больше на немъ не росло, да и ни травы на немъ не было. Однако живетъ на острову много дикихъ козъ, которыя тамъ плодятся, и не извстно чмъ они кормятся, разв ростущимъ на камняхъ мохомъ. Многіе журавли, дикіе гуси и другія птицы, рыбою питающіяся, имютъ на ономъ гнзда свои на сучьяхъ великаго шелковичнаго дерева видли черныхъ змей чрезвычайной величины, въ сажень длиною и въ поларшина толщиною, коихъ сперьва почитали за ядовитыхъ, но посл матрозы брали некоторыхъ въ руки безъ малйшаго себ вреда. Берега матерой земли суть ниски и безлсны. Находятся тамъ два выкопаные колодезя, въ коихъ есть прсная вода. На пригорк стоятъ три башни изъ тесанаго камня, въ разстояніи одна отъ другой на версту и меньше. Оттуда къ Сверу стоятъ еще десять такихъ башенъ. Персіяне говорятъ, будто оныя построены Александромъ Великимъ: но они никакова къ тому доказательства не приводятъ. При конц пролива, по нсколько въ сторону, стоитъ островъ Жилой, однако на немъ жилья нтъ. Сказываютъ, что потому такъ именованъ, что извстной Донской Казакъ Стенька Разинъ, разбойничая на Каспійскомъ мор, жилъ тамъ нсколько времени. Матрозы ловили тамъ много тюленей

Апшеронской мысъ лежитъ подъ 40°23', и предъ собою иметъ извстную млъ издревле шахъ называемую. Прохавши сіи мста прибыли они къ городу Баку. Сей городъ лежитъ въ заливъ, которой вдался въ землю на подобіе полукруга. Весь заливъ надеженъ для кораблей, и везд хорошей грунтъ для броcанія якорей. Предъ онымъ лежатъ два острова, Наргемъ и Вульфъ, кои такъ названы по ихъ сходству съ лежащими предъ Репелемъ островами. Баку обведенъ тремя стнами изъ благо пещанаго камня. Наружная стна вышиною въ одинъ, середняя въ два, а внутренняя въ три сажени. Кром разныхъ мечетей примчанія достоинъ въ город большой каменной домъ славнымъ Шахомъ Абасомъ I, построенной; и оной стоитъ пустъ. Предъ городомъ увидли они много торговыхъ судовъ, кои тамъ нефть брали, для развезенія по другимъ Персидскикъ гаванямъ, въ чемъ состоитъ торгъ немалой для великаго расходу сего землянаго масла. Въ то время, когда Баку состоялъ подъ россійскою державою, еще больше о томъ увренось.

Жители города Баку махали нашимъ судамъ, чтобъ они подошли ближе, а мореплаватели наши дали имъ пріятельскіе знаки для призыву ихъ къ себ на суда. Но съ обихъ сторонъ одинъ къ другому пріхать не осмлились. Суда лавировали по заливу, и чинили свои примчанія токмо на мор, не приставая къ берегу.

Изъ Бакинскаго залива хали они къ устью рки Кура, на которомъ пути нашли они четыре малые безлсные острова, на коихъ кром нкоторыхъ малыхъ нефтяныхъ колодезей, не было ничего примчанія достойнаго. Везирь есть простираюшейся въ море мысъ, предъ которымъ лежитъ островъ Спиней. Отъ Баку до Везиря берегъ посредственной высоты, и нкоторыя тутъ есть небольшія горы. Но оттуда до рки Кура мста вс нискія, на коихъ и лсу никакого не находится. Сей мысъ лежатъ подъ 39°40' высоты полюса, а сверное устье рки Кура подъ 39°20'.

Пришедши къ оному устью, стали они на якорь на 12 саженяхъ глубины. У рки Кура по обоимъ берегамъ на 10 верстъ мста вс нискія и мокрыя, гд только ростетъ камышъ; и такъ далеко хали они вверьхъ по сей рк въ шлюпкахъ. Какъ стали появляться берега сухіе и къ селеніямъ способные, то они дале итти не отважились; да и должность ихъ того не требовала. Возвратившись къ своимъ судамъ по общему совту опредлили они, за поздымъ временемъ, заключить на сей годъ изслдованія свои, и запастись токмо прсною водою и рыбою, для возвратнаго ихъ пути въ Астрахань.

Между тмъ жители земли Салліана, примтивъ издали Россійскія суда, желали знать, съ какимъ намреніемъ они туда пріхали. Мореплаватели наши сего не чаяли. Офицеры вышли въ малолюдств на берегъ, чтобъ посмотрть чинимыя при пещаномъ заплеск отъ устья рки Кура къ сверу рыбьей ловли. При нихъ никакого не было оружія, кром нкоторыхъ охотничьихъ фузей для стрлянія птицъ. Ибо всякъ думалъ, что нискія мокрыя мста защищаютъ ихъ отъ всякаго нападенія. Но едва токмо начали ловить рыбу, то до 300 человкъ конныхъ, съ огненнымъ ружьемъ, и копьями вооруженныхъ, изъ за камышей появилось, которые хали на рыболовное мсто. Страхъ то причинилъ, что Офицеры почли ихъ за великое войско. Они видли опасность свою, но пособить себ не знали, потому что и гребцы были у невода; чего ради ничего бы не помогло, естьлибъ они хотли бжать на шлюпки, и такъ они не показавъ никакого знаку робости, гд были, тутъ и стояли. И сіе служило имъ въ пользу; ибо Салліанцы пришедъ отъ того въ размышленіе, за 100 саженъ отъ нихъ остановились; можетъ быть они думали, что такая бодрость происходитъ отъ надежды на другую, хотя невидимую, большую силу. Наконецъ двое начальниковъ и 20 или 30 человкъ рядовыхъ отважились ближе подъхать, кои поздравя спросили, что за люди мореплаватели? и куда дутъ? На сіе отвтствовано чрезъ толмача краткими словами; а когда они больше любопытствовать начали, и между тмъ ихъ безпрестанно больше народу подъхало, то Карлъ фонъ Верденъ веллъ имъ сказать: "Что онъ такой же или больше ихъ Офицеръ и командиръ предъ ними стоитъ, а они сидятъ на лошадяхъ, для того съ ними и говорить больше не хочетъ". Сказавъ сіе пошелъ онъ съ прочими Офицерами къ шлюпкамъ, на кои между тмъ и гребцы убрались; а Салліанцы остались на своихъ мстахъ. Такимъ образомъ мореплаватели наши избавились опасности, которая. какъ они посл слышали, была немалая, потому что оной Салліанской народъ во время общаго мятежа также отложился отъ Персидскаго правленія. По отъзд Россіянъ думали они показать свою храбрость и искусство, скаканіемъ на лошадяхъ по пещаному берегу, и метаніемъ копей. Напротивъ того съ судовъ давали имъ страхъ Россійской силы, нсколькими выстрлами изъ пушекъ, но безъ ядеръ.

Слдующаго дня вс три шнавы въ возвратной путь вступили, и 7 Сентября прибыли къ устью рки Волги, а 12 въ Астрахань.

До зимы оставалось еще времени, которое лучше употребить не могли, какъ чтобъ осмотрть и описать разныя устья рки Волги, и оныя положить на ту карту, которая сочинялась о учиненномъ кораблеплаваніи. На такой конецъ Капитанъ Лейтенантъ фонъ Верденъ и Лейтенантъ Соймоновъ сли въ осмнадцативельныя шлюпки; и какъ они сперьва пріхали къ знатнйшему и большому Ярконскому устью, то потомъ осматривали и вс прочія устья, и хали по западному берегу до угла двенатцати Колковъ, гд лежитъ островъ сего же имени. Они хотли возвратиться въ Астрахань, но возставшей сверной втръ имъ въ пути возпрепятствовалъ.