Чтение онлайн

— Пожалуй, это так. Но чем ты докажешь?

Рябинин нагло усмехнулся, и у Медведкина не осталось никакого сомнения в том, что виновником всего является он. Хотелось схватить Рябинина за шиворот, повалить, прижать коленом к земле и крикнуть: «Товарищи! Вот он, вредитель! Вот он!» Но чем это доказать? Как доказать?

Медведкин и Рябинин продолжали шагать рядом. Они уже миновали опасную крутизну отвесных стенок котлована. Там, где они шли теперь, после недавнего взрыва стенка котлована оползла, стала покатой. Как бы играя, носком сапога Рябинин кидал попадавшиеся по пути камешки, и они, скатываясь по откосу вниз, в котлован, поднимали легкие облачка пыли.

— Я хочу узнать, исполнишь ли ты мою маленькую просьбу, — с удивительным спокойствием спросил Рябинин.

— Какую?

— Об этом я скажу после. Мне важно знать, согласен ты исполнить или нет.

Медведкин резко крикнул:

— Нет, нет и нет! И проваливай отсюда к черту!

— Осторожней на поворотах! — осадил его Рябинин. — Без выкриков прошу. Не забывай: твоя судьба, твоя жизнь — в моих руках.

Медведкин побагровел:

— Ах, так!..

Рябинин и глазом моргнуть не успел, как дюжий Константин Ильич схватил его в охапку и, как чурку, бросил с откоса.

Рябинин не успел даже крикнуть, как кувырком покатился под откос, поднимая густое облако пыли. Следом за ним летели, прыгая, комья земли.

Едва выпустив Рябинина из рук, Медведкин испугался того, что натворил.

«Убьется! — думал он, глядя, как быстро отдаляется фигура Рябинина, становится все меньше и меньше. — Расшибется насмерть…»

В поликлинике, куда доставили Рябинина, на теле его констатировали только ссадины и царапины. Кости и мышцы были целы. Большая ссадина на лбу.

— Легко отделались! — шутя заметил врач. — Как же это вас угораздило? Вы ведь не пьяный. Или толкнул кто?

Рябинин исподлобья взглянул на врача и угрюмо проговорил:

— Никто не толкнул. Просто шел и оступился. Неосторожность.

— Да, хорошенькая неосторожность! — весело ответил врач. — В другой раз будьте осмотрительнее, молодой человек! Этак и шею свихнуть недолго.

И велел сестре наложить на лоб Рябинина марлевую повязку.

Рябинин решил никому не говорить, что под откос его сбросил Медведкин. Он понимал, что и Медведкин не станет хвастаться тем, что столкнул человека. Весь вопрос был в одном: видел ли кто недавнее происшествие?

Оказывается, люди видели.

В поселке пошел слушок, что Медведкин подрался с Рябининым из чувства соперничества, ревности к его успехам в работе.

Вскоре Константина Медведкина вызвал к себе начальник строительства Саид Умаров.

— Вы что хулиганите? — был первый вопрос Умарова.

Медведкин молчал.

— Вы понимаете, о чем я вас спрашиваю?

— Понимаю…

Медведкин вдруг как-то деланно улыбнулся, взглянул прямо:

— Мы баловались, товарищ начальник…

— То есть как это?

— Да так… Просто дурачились. Ну, я оказался маленько посильнее, не рассчитал. Вот и скатился мой дружок…

— Дружок? — настороженно спросил Умаров.

— Дружок, товарищ начальник.

— А у вас… Между вами никакой вражды, никакой зависти или чего там еще — нет?

Медведкин отрицательно покачал головой.

— Ничего подобного, товарищ начальник, дружки мы. Да вы хоть у него спросите.

— Спрошу…

Выйдя от начальника стройки, Медведкин торопливо, почти бегом пустился в сторону котлована.

Он нашел Рябинина возле экскаватора. Тот как раз смазывал ходовые части машины. Руки его до локтей были испачканы блестящим темнокоричневым маслом. На лбу белела повязка.

Медведкин, подойдя к Рябинину вплотную, сердито прошептал:

— Мы баловались там, на откосе. Шутили. Понял?

Рябинин засмеялся:

— Факт, что баловались!

Медведкину, однако, было не до смеха. Круто повернувшись, он пошел прочь. Смех Рябинина был ему противен. Он с удовольствием ухватил бы этого смеющегося молодчика за глотку и придушил бы его, как гада.

Но Медведкин сознавал свое бессилие перед скрытым врагом. Он знал: стоит ему шевельнуть пальцем — и Рябинин сообщит куда следует о пребывании его, Медведкина, в плену, и о майоре Крамове. Не сдобровать Медведкину, когда всплывет его прошлое! Поэтому Константин Ильич глухо скрипел зубами, до боли сжимал кулаки, но молчал.

Рябинин же, напротив, чувствовал себя легко и беспечно. Он был спокоен за Медведкина: жаловаться не пойдет. В его делах ничего не понимают и его юные друзья — Рустем и Сергей.

Вот, кстати, и они.

Ребята совершали очередное путешествие по котловану.

Издали увидев, что Корней Рябинин смотрит на них, ребята приветственно замахали ему руками. Он жестом пригласил мальчиков к себе.

— Изучаете жизнь? — дружески спросил он, когда ребята подошли к экскаватору.

— Так точно! — весело ответил Сережа.

— А вы что простаиваете, дядя Корней? — спросил Рустем.

— Да смазываю. Это — минутное дело. Сейчас работа закипит! Хотите побывать на экскаваторе?

— Конечно! — ответил Сергей. — А нас не прогонят?

— Какой может быть разговор! Машинист — хозяин на экскаваторе. Поднимайтесь в кабину.

Ребята по железной лестнице поднялись в светлую стеклянную кабину машиниста. На экскаваторе они оказались впервые. Их сразу привлекли рычажки, что ровным рядом торчали перед сиденьем машиниста.

— А где у вас приборы? — спросил Рустем.

— Вот они, — ответил Рябинин, показывая на заднюю стенку кабины.

— Эх, неудобно как! — воскликнул Сергей. — Вы сидите лицом сюда, а приборы у вас за спиной.

— Это ничего! — весело ответил Рябинин. — Хороший машинист и без приборов ковшом отлично управляет. А плохому — вроде Медведкина — хоть сто приборов поставь, он все равно машину угробит.

— А, говорят, дядя Корней, что вы с Медведкиным… — начал было Рустем, но осекся.

— Поссорились? — подхватил Корней. — Это чепуха. Болтовня просто. А что он плохой машинист — это каждому известно. Не так просто научиться хорошо управлять такой сложной машиной, как экскаватор.

Рябинин сел в удобное мягкое кресло и положил руки на рычаги.