Чтение онлайн

— Ты только делаешь вид, что не понимаешь.

— Нет. Просто я плохо соображаю, когда ты рядом.

— Ты — маленькая плутовка, и ты отлично знаешь, что я имею в виду.

— Знаю?

— Я пытаюсь тебе объяснить, что еще никогда в жизни не чувствовал ни к одной женщине того, что чувствую к тебе.

Она внимательно посмотрела на него и накрутила прядь его темных волос на свой палец.

— И что же это за чувство, Дункан Толливер?

— Пока я уверен только в одном.

Его голубые глаза затуманились. Шарлотту снова охватило желание.

— В чем же? — спросила она чуть хрипловато.

Дункан перевернулся на спину, не выпуская ее из рук, так что теперь она оказалась сверху. Его руки принялись ласкать ее спину, бедра.

— В том, что хочу снова заняться с вами любовью, мисс Баттерфилд, — сказал он, и в глазах его заиграли огоньки. — Возможно, это самоубийственное желание, но тем не менее…

— Но твои ссадины…

— Лось сказал, что к утру все пройдет.

Шарлотта улыбнулась и подставила ему губы.

— В этой области я доверяю Лосю.

— Ммм… — ответил Дункан, — я тоже.

Утром, роясь в шкафу, Шарлотта вспоминала предрассветные часы, когда она лежала, тесно прижавшись к Дункану, а он шептал ей на ухо ласковые слова, обещания, а она что-то сонно бормотала в ответ. В полусне она наслаждалась тем, что рядом с ней человек, которого она любит. Это было восхитительное чувство.

А может, ей все это приснилось? Когда через несколько часов она проснулась, Дункана не было, и она не помнила, чтобы он говорил, куда, зачем и почему уходит. Осталось только смутное воспоминание о его глубоком тихом голосе, дыхании у ее уха.

Он даже записки ей не оставил.

Шарлотта нашла темно-синий костюм, который, как ей казалось, подходил для встречи с директором музея. Сердце подсказывало ей, что то, что произошло между ней и Дунканом, значило одинаково много для них обоих. Она это знала! Она в это верила!

Сунув ноги в лодочки и вдев в уши свои самые красивые серебряные сережки, Шарлотта осталась довольна собой, сочтя свой наряд достаточно деловым. Только взгляд у нее был сегодня, пожалуй, слишком томным.

— Выше нос! — сказала она своему отражению. — Ты же не собираешься заключать сделку с мужчиной, который водит машину за сорок восемь тысяч долларов! — а про себя добавила: "Да еще ухитряется вляпаться в такую историю, когда эту его драгоценную машину разбивают".

И все же, думая о Дункане, Шарлотта начинала невольно улыбаться. Оставалось только надеяться, что сегодня с ним ничего не произойдет…

— Кого я обманываю? — пробормотала она.

После встречи с директором музея Шарлотта решила побродить по городу. У нее было полно дел, но, будучи сама себе хозяйкой, она могла немного их отложить. И потом, какой смысл садиться за машинку, если она все равно не может сосредоточиться? Она будет только раздражаться. В общем, она решила все-таки погулять, но в итоге провела время не так уж и бесполезно: позавтракала с Питером Барнаби, а потом зашла в дом для престарелых и поболтала с Тельмой Толливер. Она встретилась и с Мэри-Джо, и они вместе выпили кофе. Зайдя к Россини, она перекусила там с братьями и Лосем, а потом поехала в Толливер-хаус. Вспомнив по дороге, что вечером у нее урок рукоделия, она остановилась у кондитерской, чтобы купить каких-нибудь пирожных.

В Толливер-хаус она приехала около семи, усталая и немного озадаченная. За целый день никто так и не сказал ей о Дункане того, чего бы она не знала. А вот о Ящере и Гну ей не удалось ничего выведать. Почему они преследуют Дункана? Есть ли у них на это какая-то причина? Или и правда вчера вечером они затеяли обыкновенную ресторанную драку? Она, разумеется, снова вспомнила ночь, когда слышала в доме шаги. Ту ночь она называла теперь "ночью глицинии". Ящер? Гну? "А может, просто мышка пробежала или пролетела летучая мышь…" — устало убеждала она себя. Хватит на сегодня загадок, кроме тех, что разгадывает на страницах книги Ниро Вольф!

Что, черт возьми, сделал Дункан с ее жизнью! Из-за него она стала вечно усталой, взволнованной и ужасно рассеянной. Что она сделала, например, сегодня за целый день? Ничего! Даже директор музея, заметив темные круги у нее под глазами, сказал, что она слишком много работает и должна немного передохнуть. Она, разумеется, возразила, но он посмотрел на нее с сомнением, когда она не смогла подавить зевок. Ну а что ей было делать? Рассказать про генералов армии конфедератов, Ящеров, Гну и всю эту чушь? Или о самой невероятной ночи в ее жизни?.. Она ушла от директора, ни о чем конкретно не договорившись и заручившись весьма неопределенными обещаниями.

Если бы Дункан хотя бы разбудил ее утром и сказал, что вернется! И все же, несмотря на сумбур, в который превратил ее жизнь Дункан, Шарлотта знала, что была бы счастлива, если бы он ждал ее в гостиной.

Дункан ее ждал.

Он сидел в кресле эпохи королевы Анны и, судя по его сердитому взгляду, был вовсе не расположен делать ее счастливой. Подойдя поближе, Шарлотта поняла, что он не просто сердится, а с трудом сдерживает ярость. Она с опаской покосилась на стакан, который он держал в руке.

— Привет, — добродушно сказала она.

— Где тебя, черт возьми, носило весь день? — свирепо спросил он.

Шарлотта удивленно пожала плечами, отчего-то чувствуя себя небрежно одетой, несмотря на свой деловой костюм. Она вообще-то собиралась переодеться, умыться и выпить стаканчик хереса перед уроком. И еще придумать, как объяснить появление "генерала", сорвавшее прошлый урок. Впрочем, теперь этого, возможно, и не потребуется. Знаменитый негодяй сам явился.

— Я гуляла, — холодно ответила она.

Как она и думала, стакан пошел в дело. Дункан швырнул его в камин, где он разлетелся на мелкие кусочки. "Еще два доллара", — подумала Шарлотта, отводя глаза. Если бы он хоть не был так хорош в своем темно-синем костюме, рубашке в тонкую полоску с расстегнутым воротничком и ослабленным узлом на галстуке.

— Черт возьми, я чуть с ума не сошел от волнения!

Шарлотта изумленно воззрилась на него.

— Я что, должна была написать тебе в записке, когда и где буду?

— Это было бы весьма любезно с твоей стороны! — прорычал Дункан.

— А-а.

— Так как это все же понимать? — не унимался он.

— Око за око, — ответила Шарлотта, почему-то глупо улыбаясь. — Ты ведь тоже не оставил мне записки.

— Ну да, конечно. Но я ведь сказал тебе, что целый день буду на переговорах.

— Сказал?

— Ну конечно, сказал! И попросил тебя дать мне знать, куда и зачем ты сегодня пойдешь. Ну подумай сама, Шарлотта, что, если Ящер сегодня стал бы гоняться за тобой? А ты, между прочим, сказала, что позвонишь. — Он так смотрел на нее, что на секунду Шарлотте показалось, что голубая фамильная ваза Тельмы последует за стаканом. — Но ты, как я понимаю, решила, что звонить не обязательно.