Чтение онлайн

Я сообщила ему свое имя.

— Можно мне узнать ваше имя?

— Меня зовут Сигурд Харальдссон, — ответил он. — Это Тор, он тоже Харальдссон. Если вы не знаете, кто я, тогда зачем пришли?

Тор хихикнул.

— Возможно, вы решите, что я сошла с ума, но прошу вас, выслушайте меня. Я здесь, потому что один человек, которого я знала совсем недолго, но он мне был симпатичен, умер, и его последние слова я только что вам процитировала, ту фразу о Бьярни Скитальце. Я сообщила об этом полиции, но они не обратили на его слова внимания. Он был жестоко убит, и мне кажется, если я пойму, что означают его последние слова, то узнаю, что с ним произошло.

— Человек в бункере?

— Да.

— И вы пришли ко мне, потому что…

Мне не хотелось говорить, что его дом ассоциировался в моем воображении с Пустошью, а он сам с раненым королем. Это могло показаться не просто абсурдным, а и оскорбительным.

— Тот человек, который умер в бункере, думал, что это место было ключевым в его поисках.

Харальдссон хмыкнул.

— Полагаю, он был прав. — Человек, стоявший рядом с пожилым, снова хихикнул. Я присмотрелась повнимательней и поняла, что Тор был из тех, кого называют умственно неполноценными. — Тор, не волнуйся, — сказал ему Харальдссон. — Эта молодая женщина не причинит мне вреда. Отвези меня в гостиную, а потом можешь пойти в свою мастерскую или посмотреть телевизор, пока я буду разговаривать с нашей гостьей. Сейчас по телевизору показывают мультфильмы, тебе они понравятся.

Тор улыбнулся и сделал, как его и просили: отвез пожилого человека в комнату, где было довольно мало мебели, и жестом пригласил меня пройти в комнату. Одна из собак осталась с Тором, а другая легла у ног Сигурда, и вскоре я услышала звуки мультфильма, доносящиеся из комнаты в глубине дома. Когда собаки прекратили свой неистовый лай, они казались довольно безобидными. Псы были очень похожи, только у одной морда была белая, но определить их породу было довольно трудно.

— Я была бы вам очень признательна, если бы вы рассказали мне об этом Бьярни, — сказала я. — Я в растерянности и не знаю, к кому обратиться.

Сесть мне так и не предложили, поэтому я решила, что нахожусь на некоем испытательном сроке, по крайней мере, мне удалось пройти дальше передней. В комнате было только одно кресло, и довольно неудобный на вид диван. Похоже, гости здесь бывают нечасто.

— Прийти сюда — смелый поступок. Большинство людей меня боится, — сказал Сигурд.

— Дело в том, что я в отчаянии. Полиция внесла меня в список подозреваемых в убийстве.

Он медленно кивнул.

— Должно быть, это неприятно.

— Еще как. К тому же я в списке подозреваемых в хищении драгоценностей миссис Александер. Этого я тоже не совершала.

— Полагаю, я также в списке подозреваемых в этом ограблении, или скорее Тор. Надеюсь, вы уже поняли, что ни я, ни он не способны на подобное. Или скорее, если бы Тор и взял драгоценности, то он бы не осознавал своих действий. Но Тор был со мной, что бы ни говорили наши соседи, живущие через дорогу. А от меня вам чего нужно? — Его тон был агрессивным и довольно недружелюбным.

— Я просто хочу знать, при чем здесь этот Бьярни Скиталец. И все. Если для вас это слишком хлопотное дело, тогда… — Я повернулась к двери.

— Да сядьте же. Вы правы, вы не из тех женщин, что убивают людей или крадут драгоценности. Полагаю, вы не откажетесь от чашки чая, помимо моей симпатии к вам?

— Нет, спасибо, только расскажите мне о Бьярни. У меня с собой бутылка виски «Хайленд Парк», — сказала я. — Я бы с удовольствием вас угостила.

— Двенадцати или восемнадцатилетней выдержки? — поинтересовался он.

— Восемнадцати.

— Бокалы в кухне, в буфете над раковиной.

Я достала бокалы, наполнила, и, пару раз пригубив, он начал свой рассказ:

— Устраивайтесь поудобнее, моя история будет длинной. Я не хочу, чтобы меня прерывали, понятно?

— Вы были школьным учителем? — Сигурд очень напоминал мне моего учителя математики в седьмом классе, мистера Постлетуэйта, приводившего меня в ужас, я бы и сейчас испытала приступ страха, столкнись я с ним на улице.

Он метнул на меня гневный взгляд.

— Вы к чему клоните, юная леди?

— Знаете, я уже давно не такая уж и юная, зовите меня просто Лара.

— Мне восемьдесят девять. Мне все кажутся молодыми. Да я был школьным учителем. Это было очень давно. Я вышел на пенсию двадцать девять лет тому назад. Я хотел и дальше работать учителем, но здоровье меня подвело. Вы будете меня слушать или нет? — Я прикусила язык, и он продолжил. — Вы не единственная, кого так привлекли слова «Прежде чем обезуметь, Бьярни Скиталец спрятал котелок в оркнейской гробнице». Заманчивое заявление, которое требует несколько большего, чем короткое пояснение, и подобная концовка истории не вызовет удовлетворения у слушателей. Однако для некоторых это скорее начало, чем конец, подобное заявление открывает неожиданные перспективы, к которым устремляются надежды и мечты. Чтобы решить, примите ли вы сторону мечтателей, или скептиков, или скорее окажетесь где-то посередине, вам придется вернуться к началу, что означает перенестись на более чем девятьсот лет назад…

Он рассказывал довольно долго, но это была удивительная история. Бьярни Скиталец был викингом, предполагаемый основатель семьи Сигурда Харальдсона, которая проживала в Оркни с незапамятных времен. Этот Бьярни Скиталец, чье имя в действительности было Бьярни Харальдсон, был втянут в политическую междоусобицу, ошибся в выборе сторонников и был вынужден покинуть дом и отправиться в многолетнее путешествие протяженностью в тысячу миль, получив прозвище «Скиталец». В путешествии его ждали всевозможные приключения, в некоторые из которых было трудно поверить. Сага заканчивалась словами, которые были так хорошо мне знакомы, словами о том, что прежде чем обезуметь, Бьярни спрятал котелок в оркнейской гробнице.

Харальдсон говорил, прерываясь только для того чтобы время от времени потягивать виски из бокала, который я наполняла по необходимости. Я не отваживалась задавать вопросы, пока он не закончил, словно бы это могло рассеять его внимание, и он потерял бы нить своей истории. Я просто тихо сидела, пока дневной свет, проникавший через окно, не начал угасать и в комнате с приближением ночи не стало прохладнее. Мне показалось, что он выучил эту историю наизусть слово за словом, что, возможно, было правдой. Я чувствовала себя так, словно давно сижу у костра, слушая, как старейшина рассказывает историю нашего народа, заповедуя нам не забывать нашу историю, выучить ее наизусть слово в слово так, как ее рассказывают нам.

Наконец я глубоко вздохнула.

— Последняя строчка саги: «Прежде чем обезуметь, Бьярни Скиталец спрятал котелок в оркнейской гробнице».

Я решила воспользоваться появившейся возможностью задать вопросы. У меня возникло ощущение, словно я должна поднять руку и получить разрешение спросить.

— Вы полагаете, что это правдивая история? Я знаю, вы говорили, что она противоречит фактам, но вы верите в нее.

— Да, верю. Возможно, мне следует прояснить это. Думаю, действительно существовал человек по имени Бьярни Скиталец, который проделал описанное путешествие в те самые края и в то время. Викинги уже отправлялись в подобные путешествия. Не кажется ли мне кое-что из этой истории преувеличенным? Да, кажется. Думаю, часть о халифе мусульманской Испании была добавлена позже. Бьярни скорей всего побывал в Испании, но он никогда не видел халифа. И все же, я полагаю, в саге о Бьярни много правды. В основе большинства подобных саг лежит какая-нибудь реальная история. Даже в легендах есть зерно истории.