Чтение онлайн

Кармен со свистом втянул в себя воздух. Тэллоу продолжал молча и невыразительно смотреть на него.

– Продаю, потому что они предложили мне достаточно, чтобы от дел отойти, – наконец сказал Кармен. – И когда я говорю «достаточно», то не имею в виду достаточно, чтобы поехать во Флориду, нажраться и утонуть, пытаясь подложить динамит под детский аттракцион и взорваться на хрен. Я имею в виду достаточно, чтобы заиметь яхту с рабами и опахалами. Вот это вот все.

– И?

– И что мужик из 3А – не моя проблема. Они собираются сносить здание, и если этот псих засядет в квартире во время сноса – опять же, это не моя проблема. Так ему и надо, а я денежки свои возьму – и поминай меня как звали. Ну как, обрисовал я ситуацию, детектив?

– Когда тебе выплатят деньги?

– Когда жильцы выедут.

– Я также спросил, зачем они покупают здание.

– Ну да, спросил. Только это, извини, совсем неправильный вопрос, заданный в правильное время. В тот день, когда папаша понял, что я не дебил, дрочить и одновременно жевать резинку выучился, он сказал мне вот что. Сынок, сказал он мне, земля – дело такое, ее взять больше неоткуда. Так что ежли хошь построить в хорошем квартале, где финансисты сидят, здоровенный сверкающий небоскреб, чтоб запихать в него все свои интернеты, гаджеты и всякий сраный золотой запас, в том квартале даже по самой твоей горячей просьбе земли не прибавится. Поэтому тебе нужно найти старое здание, снести его к такой-то матери и построиться на освободившемся пятачке.

– Назови имена людей, с которыми имел дело в «Вивиси».

Кармен резко напрягся:

– Зачем это?

– Потому что никто ничего не снесет, пока я отмашки не дам. А здание твое, мужик, – место преступления, и серьезного. Так что никто его и пальцем не тронет, пока я не разрешу. Давай называй имена.

Все труднее и труднее становилось найти таксофон на Манхэттене, а охотнику оказывалось все труднее и труднее их увидеть.

Он все еще не решался прибегнуть к мобильнику. Если бы его приперли к стенке, пришлось бы ответить, что он еще не слишком хорошо знаком с техническими нюансами. Что легче: подслушать разговор по мобильнику или в срочном порядке подключиться к одному из множества таксофонов? То-то и оно.

Впрочем, случались дни, когда это его не очень волновало. Охотник не замечал, но его мнение об этих днях менялось, подобно ветру. Временами, когда он слышал лишь гул машин и шарканье синтетических подошв по тротуару, ему хотелось остаться наедине с болезнью и так дальше и жить на Острове Манхэттен, принадлежавшем племени ленапе…

На ладони то исчезала, то появлялась мелочь для звонка по телефону. Вот лежат монетки, а вот они превратились в морские ракушки. Охотник сжал зубы, надавил на вышедшее из-под контроля восприятие, и монетки остались монетками – во всяком случае, на время, которое потребовалось, чтобы запихать их в щель таксофона. Охотник призвал из закоулков памяти номер первого человека и набрал его. Телефон издал звук, который, похоже, значил, что номер не обслуживается. Тогда он заглянул в другой уголок памяти и извлек оттуда номер второго человека.

Охотник слушал гудки, потом что-то щелкнуло, и женский голос сообщил, что его звонок переадресовывается. Наверное, голос звучал в записи. Сегодня двадцать первый век казался дальше, чем обычно. Снова пошли гудки, уже другого тона.

На четвертом второй человек ответил:

– Эндрю Мейчен.

– Ты узнаешь мой голос?

Повисла ледяная пауза. Затем человек с трудом сглотнул и проговорил:

– Да, я узнаю твой голос. Как ты… в смысле, чем могу помочь?

Охотник улыбнулся. Как же они его боятся… До сих пор.

– Мистер Мейчен, я хранил свои личные вещи в здании на Перл-стрит.

Тут охотник назвал номер дома и номер квартиры.

– Но мои вещи попали в руки полиции. Я наблюдал за тем, как они выносили их из здания. Эти вещи – мои. И в какой-то мере ваши. Это мои рабочие инструменты. Вы понимаете, что я имею в виду?

Дыхание Мейчена все ускорялось. Теперь ему не хватало воздуха, чтобы вытолкнуть предложение целиком:

– Это здание. Я его покупаю. Моя компания покупает. Полицейские там кого-то убили. Вчера. Какой-то фрик-затворник взбеленился, когда хозяин раздал жильцам требования о выселении. Что ты там держал?

– Подумайте сами. Что я мог там держать? Я только что сказал вам что.

– О нет. О нет. Ты не мог… как…

– И теперь вы говорите мне, что это все ваша вина. Что вы купили здание, где я хранил свои вещи. Что вы тем самым способствовали их захвату.

– Я не знал! Откуда мне было знать? Ты и говорить-то нам не должен был! Черт, да ты не должен был сами пистолеты хранить…

– У вас нет никаких прав на них. Они принадлежали мне. Они – священны. Они совершили великие дела. Их нельзя просто взять и выкинуть, как наскучившие игрушки после Рождества.

Охотник улыбался, говоря это: у него сложилось стойкое впечатление, что в течение последних недель он вообще не помнил о существовании Рождества.

– Хорошо… но что я должен сделать?

– Разберитесь с этим, – тихо сказал охотник. – Вы же сами понимаете, мистер Мейчен. Если остальные двое решат, что вы стоите на их пути к успеху… вы же понимаете, что меня попросят сделать.

И охотник повесил трубку. Он направился было к переходу, но заметил камеру над входом в банк у дальнего перекрестка. Поэтому он повернул налево в переулок и затерялся в воображаемом лесу.

«Вивиси» занимала верхние десять этажей в небоскребе 1980 года постройки. Здание походило на космический корабль, застывший на стартовой площадке, и застывший давно, уже с десяток лет – с тех пор, как началась рецессия. Однако корабль меланхолически ожидал лучших времен: вдруг да найдутся люди, что заправят и запустят покорять космические пространства. И странную грусть навевал вид закопченных от городского смога стоек и скоб, по задумке архитектора долженствующих украшать здание…

Однако дата запуска осталась в далеком прошлом – как и роскошные неспешные ланчи с тремя мартини в финансовом квартале. Была еще только середина дня, а люди торопились вернуться в здание: кто-то, нервически дергаясь, бежал, покусывая на ходу нежующийся зерновой батончик, кто-то спешно затаптывал наполовину недокуренную сигарету.

Тэллоу, вернувшись на родную территорию Первого участка, выкурил на обед сигарету и теперь стоял и разглядывал здание. Все нужные звонки он сделал по дороге обратно в даунтаун – ехать пришлось долго, и он успел все, что нужно. Оставалось задать пару вопросов в ходе личной беседы.