Чтение онлайн

«Флуктуация?»

Вопросительный окрас сигнала меня насторожил. Это что же, функция, ты не уверена в раскладе? Осевая метка может преподнести пару сюрпризов?

Опять же нет ответа. Ну и хрен с тобой, железяка. Поищем информацию у других источников. Я зло глянул на подопечных:

– Свернули дискуссию. Собрались.
– Когда бойцы деловито засуетились близ Марты, щелкнул пальцами, привлекая внимание главы общины: - Проводника до сраного огуречного поля. Живо.

– Да какое же оно сраное?
– вздрогнул дед.
– Просто огуречное....

Заглянув мне в глаза, он отшатнулся и заорал:

– Васька!

На зов прибежал паренек немногим за двадцать - щуплый и подвижный точно капля. Одет по-походному и, судя по усталому виду, на месте он не сидел. На левой скуле характерные шрамы от укуса сухих, а копье за плечами почернело от частого использования. Но легкие сомнения оставались.

– Васька проведет, - кивнул дед.
– Справный охотник, хоть и с шилом в заднице.

Вьюноша насупился, но от комментариев воздержался. Вот и славно. Знаю ширмачей лишь несколько часов, а они уже порядком достали. Не поверите, но хочется занырнуть в ячейку 1-12 и не высовываться на поверхность пару циклов, чтобы дать отдохнуть душе и телу. Но кто ж меня, сука, спросит.

Восток сделал попытку молитвенно протянуть к бойцам ладошки, присмотрелся и передумал, таки осознав, что от некоторых посланников лучше избавляться сразу при встрече. Сказал без лишнего пафоса:

– Удачи. Община благодарна.

Рядом скептически хмыкнула Минерва.

– Удача для неудачников, - наставительно объявила Крыса.

Васька деловито поправил ремень, шмыгнул носом и спросил:

– Идем, нет?

И смена оставила гостеприимную общину. Посланникам должно нести послание. И у меня есть несколько слов, да.

Окончание главы 3)

Ширмачи провожали смену тревожными взглядами - ядреной смесью страха, надежды и неуверенности. Основы их мира перетряхнуло, чутка смешав ценности – жить по-старому хочется, но пока не очень можется. Если повезет - адаптируются, или же забьются в нору поглубже, что более вероятно.

Миновали небезызвестный проулок, альтернативы которому, судя по всему, не существовало, пересекли задние дворики теплушек, заставленные обломками быта, и уперлись в оползень, порожденный одной из девятиэтажек, разрушенной катаклизмом.

Тропинку хрен углядишь – есть кусок тротуара, далее несколько отлогих плит, прокинутые мостки, нырявшие в кособокую бетонную клеть квартиры, где сумрак таил угловатые тени. Проводник молча свернул направо и несколько минут вел группу вдоль оползня, по итогу достигнув еще одной тропы с чуть лучшей проходимостью. Плиты пошире, мостки посолидней, что называется. Но с возможностями по-прежнему не ахти, учитывая наличие колесницы.

К общине не так-то просто подобраться - завалы выступали в роли естественных фортификаций, а местные подчистили дорожки ровно для своих пеших нужд. Хотя это им не помогло – сухие может и встрянут на подходах, а вот сапиенсы просочатся влет.

– И че? – не понял Шест, изучая щербатый бетонный подъем.

Васька смотрел хмуро и отвечать не спешил. Из жилой клетушки на втором этаже разрушенного здания выглянул мужичок в несуразной панамке и махнул проводнику. Надо же, туземцы и дозором озаботились. Хотя такую панамку грех не заметить – я бы по ней шмальнул чисто из принципа.

– На руках?
– устало вздохнул Замес. Дорога только задалась, а он уже в миноре.

– Чего киснете, бойцы? – уточнил я, ступая на подъем. – Выдохнули, пернули и понесли с улыбкой.

Ширмач сделал попытку ухмыльнуться, заметил пристальный взгляд Шеста и резко передумал. Добавил примирительно:

– Дальше полегче будет.

Его предсказание сбылось минут через двадцать, когда гео-бойцы, шипя паровозиками, укоренили Марту на фанерные щиты, прокинутые через разбитое парадное. А затем припали к бортам и на несколько минут выпали из реальности, стараясь отдышаться. Я не торопил – несколько моментов, когда телегу со скрежетом протаскивали через номинальные проходы в стенах, были действительно волнующими - с матом, нервами и общей нелюбовью к местному населению.

Попутно встретили в закромах квартир трупы сухих, припорошенные пылью – местные не спешили убирать костяки, придававшие картинке тоскливый, хоть и колоритный вид. Скорее всего, хотели создать нечто вроде предупреждающего рубежа – мол бойтесь, черти, здесь поселилась смерть. Наивно, как по мне. Но в целом некое подобие защитного периметра ширмачи обустроили.

– Ты не подумай, посланник, - проводник заметил, как я изучаю сплетения арматуры и бетона, и урвал момент для комментария. В хриплом голосе звучал жирный намек на попытку оправдаться. – Мы не совсем мясо.

– Угм, - раздалось от борта Марты. Нет в тощем веры в людей, вот нет, сука, и все тут.

– Можем окоротить, если кто зарвался или нарушает соглашения. Сталь на сталь, - поспешил добавить парень, точно боясь, что не успеет высказаться.

– Так никто и не спорит, - пожал я плечами. – Но есть ополчение.

– Есть ополчение, - сник Васька. – По началу, община пыталась договориться, так они пристрелили троих. Щербатый, помню, рыпнулся с арбалетом, а мы его потом собирали по частям.

Просто классика – конкистадоры несут аборигенам блага цивилизации и попутно избавляют от материального.

– Так может стоит вооружиться получше? – вступила Ива. Она прям чувствовала ответственность за общину, которую защитила. Такое случается у живых.

– Пробовали, не потянули, - махнул рукой паренек. – Десяток аэро за легкий шмалабой. А нам еще по хозяйству хрен знает сколько наменивать. Да и толку от пушек?

– В смысле? – таки заинтересовался я. Пустой треп не интересен, разве что в качестве оправдания для лишней минутки, выделенной запыхавшимся бойцам.

– Община Буганяна, - тише сказал проводник, точно делился секретом. – Не знаю как, но они достали пару пистолей, ну и положили двоих поборников. А на следующее утро пришел он…

Пауза почти драматическая. Бойцов прям захватило. Я вздохнул:

– Кто?

– Гвардеец, - выдохнул ширмач. – Здоровый, черный, весь в броне. Пули его не брали, а он просто рвал людей. Шел и рвал. И нет теперь общины Буганяна.

А мне еще сильнее хочется познакомиться с гвардией. Чую много полезного можно вынести с того знакомства. Если, конечно, слухи не преувеличивают. Спросил на всякий случай:

– Кто-то выжил?

– Да Саня Рябой, ускользнул двориками, помыкался по схронам и к нам прибился. Он и рассказал. Но что-то в нем повредилось - орал каждую ночь, а потом вообще повесился.