Чтение онлайн

Крыса скептически понаблюдала, как транспорт втягивается в проулок, и хмыкнула:

– Ля раке.

Я чутка притормозил и первым делом посмотрел на Замеса, который внезапно ускорился и обогнал аборигенов. Затем перевел взгляд на мелкую:

– Ля раке?

– Раки говорю, - пожала плечами девушка. – Тихоходные.

– Крыса, - Ива попыталась что-то передать взглядом. Инстинкты у медика порой отменные.

– Пойду, тощего проверю, - Мелкая ускользнула тенью. Только мусор чуть взвихрился седой вуалью.

Шли недолго – минут сорок-пятьдесят. Из главного – отклонились от метки задания градусов на тридцать, на что оператору было вежливо указано. Функция осторожничала, но я чувствую нетерпение инсталляции – финиш близко и все труднее сдерживать биение электронного желания. Хотя вот обдумал мысль и понял - а не слишком ли одушевляю машину? А если так, то какого хера?

«Рекомендовано пройти курс восстановления»

«Оператор»

«Зафиксирована дестабилизация»

«Оператор»

И вот еще, сука, вопрос - насколько мои мозги – мои?

«Разум оператора – разум оператора»

Я усмехнулся. Не напрягайся, железная, и не спеши сгладить остроту мыслей теплой волной. Паранойя у призраков – чувство врожденное, хотя нихрена не помогла, когда следует. На данный момент мне важна лишь смена, за которую отвечаю. В приоритете – максимизировать выживаемость подопечных, чтобы ни один зональный жупел не смог прервать пилигримский марш. И конечно, попутно выполнить директивное задание – не надо сраться, железная, оператор движется к цели.

Мысленный диалог прервался, когда впередиидущий, точнее хромающий Томат поднял руку, останавливая колонну. Вокруг те же развалины - приземистые однотипные домики различной степени сохранности, убогие дворы и блеклые здания административно-хозяйственного блока, что выделялись чуть более развитой архитектурной формой и непритязательными вывесками. У одного обозначенного, как «Химчистка -Чистим Все», Томат и подал знак.

Здание сохранилось чуть лучше остальных – удобные подходные пути, вокруг хорошо просматриваемая территория – вроде небольшой площади метров на 50. Под стоянку, где можно в случае необходимости держать оборону от сухостоя или лихого люда, подходит процентов на 70, если важна точность в определениях.

– Химоза, - представил место Томат. – Пользуют все, включая патрули, поэтому за безопасность не волнуйтесь.

– И в мыслях не было. – Я дал отмашку бойцам – проверьте и доложите.

Первой объяснимо вернулась Крыса и показала большой палец – место официально пригодно для дислокации смены. Местные уже пристроили телеги и активно занимались бытом – подчистили кострище, подтянули ящики под седалища, достали из закромов утварь и прочие мелочи, без которых немыслимо бытие. И все без напряга-оглядки на отступившую смерть. Почти философия, сука.

Я кивком согласился с присоединением Фрау к гастрономическим потугам женщин и чутка понаблюдал за важничающим Шестом, к которому неожиданно потянулся Петро. А может паренька привлекло Пугало, что вероятнее. Замес с Крысой, по решению Замеса, убыли в обход площади, а Ива занялась проверкой припасов. Все при деле – прям даже рявкнуть не на кого.

– Ты помнишь вопросы, - я развернулся к Томату.

Мужик приглашающим жестом позвал пройти в дом. В первой же комнатке нашелся стол и пару табуретов. У стенки желтели несколько матрасов, рядом присутствовали рассохшиеся тумбочки. Кто-то постарался обустроить помещение как нечто пригодное для жилья - еще не Фэн-шуй, но намеки присутствуют.

Томат покряхтел, пристраиваясь на табурете, помассировал ногу и кривовато улыбнулся:

– Староват я для этой ерунды.

– Мне похрен, - вежливый намек заставил собеседника подсобраться. – Стоянка достойная, что зачту в плюс. А теперь начинай рассказывать.

– Страшный ты, - признался мужчина. – Таких пилигримов еще не встречал.

– Теперь встретил. – Есть в лидере что-то мутноватое. Как говорится, товарищ себе на уме. Но чувствуется бродяжий опыт, который не позволяет сломаться сразу. – И я все еще не услышал ничего полезного.

Справедливо полагаю, что спасенный человек – лучший источник информации. Пусть бессистемной и зачастую пустой информации, но, как правило, достоверной. Это если вы не спасли призрака, конечно.

– Дрожжевики мы, - торопливо сказал Томат. – Не дави, а то прям поджилки трясутся.

– По тебе не скажешь.

– Так пожил я. Повидал, - усмехнулся мужчина. – С тебя, конечно, воротит, но иные патрульные пожестче будут.

– Уже лучше. – одобрил я. И чуть поддернул леску беседы. – Дрожжевики?

– Кормимся при дрожи, община Томата – так представляемся официально. Когда дрожь иссякает, ищем новую и переселяемся. Или же присоединяемся к другой общине, что готова поделиться.

– Дрожь конечна? – уточнил я.

– Так-то нет, - ответил мужчина. – Но случаются долгие перерывы, а жрать хочется постоянно. Приходится кочевать.

– Кому сбываете товар?

Томат чутка удивился – если правильно понял, вопрос сочтен наивным. Лидер доверительно наклонился над столом:

– Издалека что ли пришли?

– Издалека, - ответил лаконично и добавил к словам улыбку, которая вмиг настроила собеседника на деловой лад.

– Оно и видно. – мужик вздохнул. – Добыча сдается барыгам, одобренным патрулем, и только так. Есть кто промышляет втемную, но наша община с такими дело не водит. Опасно. Если поймают за руку, расстреляют без суда – тупо к стенке и поминай как звали.

– Значит ваша дрожь иссякла, - подбодрил я Томата.

– Не свезло, - поморщился он. – Срываемся с места второй раз за месяц. Но вроде нашли достойный вариант – община Люськи Прядильщицы позвала. У них там дрожь нажористая при комбинате. А Люська правильным людям всегда рада.

– Почему? – прищурился я. – Почему они готовы делиться?

– Хорошая дрожь приманивает ватажников, да и сухостой шалит. Сборщики гибнут, смекаешь? Общину требуется защищать.

– Патруль?

– Патруль только за налогом быстро является, - невесело улыбнулся мужчина. Потер ладони, обдумывая следующие слова, и выдал осторожное: - Помощи можно не дождаться. Вот как с этими уродами из ватаги Бочкаря. Приняли нас тепленькими, верно, следили заранее. Суки.

– Они мертвы.

– Мертва одна рейдовая группа, - понизил голос мужчина. – А их у Бочкаря найдется с десяток.