Ошеломленный
Шрифт:
Я: Привет. Ты будешь рядом позже?
Я получил ответ минуту спустя, и я открыл свой экран, обхватив телефон рукой, чтобы скрыть свечение, не то, чтобы лектор заметил это, когда я сидел в конце комнаты.
Горячий сердитый парень: Да. Возвращайся домой позже, последняя лекция заканчивается в 4
Я: Хорошо. Приди и найди меня, когда вернешься
Горячий сердитый мальчик: * эмодзи с поднятыми вверх большими пальцами*
Когда я читал ответ Лиама, пришло еще одно уведомление, и я открыл его, чтобы найти сообщение от Эллиота, спрашивающего, нахожусь ли я в кампусе и хочу ли встретиться, чтобы пообедать с ним и парой других людей из бегового клуба. Я ответил утвердительно, а затем провел остаток часа, безуспешно пытаясь сосредоточиться на лекции. Трахни мой мозг. Я знал, что слишком много думал обо всем с Лиамом, что означало, что я изо всех сил пытался сосредоточиться на чем-то другом, но это был способ, которым мой разум справлялся с вещами.
Я заметил Эллиота, стоящего возле здания Брюнеля, и я поднял руку в приветствии, направляясь к нему.
Он улыбнулся мне.
— Привет. Мы встречаемся с остальными в закусочной возле спортзала. Это нормально?
— Да, звучит неплохо для меня.
– Я перекинул сумку на плечо. — Готов идти?Я— черт, подожди.
– Он похлопал себя по карманам, затем начал рыться в своей сумке. — Я думаю, что оставил свой студенческий билет в лекционном зале.
— Тогда пойдем и возьмем его.
Мы вошли в здание, и я последовал за ним по длинному коридору и поднялся на два лестничных пролета. Когда мы были близко к вершине, я услышал знакомые голоса. Я застыл на месте на лестничной клетке, схватив Эллиота за рукав толстовки, чтобы остановить его. Мы оба стояли, слушая.
— .. с тобой в последнее время? Ты больше не хочешь выходить на улицу. Если бы я не знал лучше, я бы сказал, что у тебя была тайная девушка.
Это был голос Андера.
— Отвали. Если бы у меня была девушка, ты бы знал об этом.
Лиам.
— Да? А как насчет парня– друга? Ты проводишь много времени с Ноем. Решил, что теперь ты предпочитаешь член своего соседа по дому киске?
– Андер рассмеялся, а затем раздался звук, как будто Лиам толкнул его, за которым последовало восклицание триумфа. — Я, блядь, так и знал!
— Черт. Прочь, Андер.
– Голос Лиама был низким и сердитым. — Я, блядь, не хочу член Ноя. Я не хочу никакого члена, ясно? Ты иногда такой гребаный придурок, ты это знаешь?
— Да, да. Неважно, прости, хорошо?
– Андер тяжело вздохнул. — Я скучаю по своему ведомому. Пойдем куда-нибудь сегодня вечером?
Лиам тяжело вздохнул.
— Хорошо.
— Да, да. Девочки не узнают, что их поразило.
Убрав руку с руки Эллиота, я отвернулся, потирая лицо рукой. Я больше не мог слушать. Лиам ничего мне не должен, но мне было чертовски больно слышать, как он отрицает, что хочет меня, и знать, что он планировал пойти на свидание с Андером сегодня вечером с явной целью познакомиться с девушками…
Я с трудом проглотил комок в горле.
— Эл—
Эллиот посмотрел на меня с пониманием, сочувствием и смирением в одном лице, и я вспомнил, что он сказал о любви к Андеру.
— Иди,– одними губами произнес он, и я попятился от него, затем начал спускаться по лестнице.
Я точно знал, что сейчас чувствовал Эллиот, и это означало, что я должен был покончить с этим.
И я бы. Я сказал себе, что теперь будет легче, зная, что Лиам будет встречаться с Андером сегодня вечером, после того, как он поговорит со мной.
Я научился лгать самому себе.
— Привет.
Теплые, сильные руки обхватили мою талию сзади, и я улыбнулся, откидываясь назад к Лиаму.
— Привет.
Затем мой мозг догнал меня, и я развернулся так быстро, что чуть не получил удар хлыстом. Я отстранился от него, встретившись с его широко раскрытыми глазами.
— Я слышал тебя и Андера раньше, когда ходил на встречу с Эллиотом.
Черт. Я даже не решил, собираюсь ли я что-нибудь сказать об этом, не говоря уже о том, чтобы просто выпалить это, как только увидел его.
Его глаза расширились еще больше, рот открылся. Затем он опустил взгляд в пол, отодвигаясь от меня. Он прикусил губу, сжимая и разжимая кулаки.
— Я ... черт, Ной. Ты не должен был этого слышать.
— Да, я получил эту роль.
– Скрестив руки на груди, я уставился на него, потому что альтернативой были слезы, и не было никакого гребаного способа, которым это происходило, пока я не получил ответы на некоторые вопросы.
— Это было не ... Я не это имел в виду.
– Он, наконец, посмотрел на меня, выглядывая из-под ресниц, все еще прикусывая губу зубами. — Ной. Пожалуйста.
Глубоко вдыхая в попытке сохранить самообладание, я ждал, и он сделал шаг ближе, затем еще один, пока не оказался прямо напротив меня. Он протянул дрожащую руку, чтобы обхватить мою челюсть и наклонился, его мягкое дыхание скользнуло по моей коже.
Мое тело задрожало от его прикосновения, но я удержал себя от того, чтобы потянуться к нему, обхватив пальцами края стойки позади меня.
Он открыл рот, чтобы заговорить или, может быть, поцеловать меня, но у него не было шанса. Кухонная дверь распахнулась, ударившись об уже помятую стену, и в дверном проеме появились Трэвис и Престон. Лиам отскочил от меня, как будто обжегся, и я рухнул обратно на стойку.
На лице Трэвиса появилась хитрая усмешка.
— Что здесь происходит? Заигрываешь с Ноем, да, Лиам?
Если бы мои глаза не вернулись прямо к Лиаму, я бы пропустил явную панику в его взгляде, которую он пытался скрыть. Он справился, более или менее ... но теперь мне было гораздо легче читать его мысли, и он выглядел совершенно потерянным, испуганным и таким, таким несчастным.
Этот взгляд запечатал это для меня.
Я никогда, никогда не хотел снова видеть это выражение на его лице. Он мне нравится...но Я любил его достаточно сильно, чтобы забрать его боль. Или я бы, по крайней мере, старался изо всех сил.
Я любил его?
Черт. Я так и сказал. Я любил его.
И теперь мне пришлось его отпустить.
Это было так больно.
— Ты шутишь?
– Я выпрямился, скривив рот в том, что, как я надеялся, сошло за веселую усмешку. — Лиам? Ты перепутал провода, приятель. Верно, Лиам?
— Да, - прохрипел он. — Ты что, слепой?
Ужасное страдание в его глазах разрывало меня на части, и я сделал шаг вперед, потом еще один, и еще, пока не оказался между ним, Трэвисом и Престоном. Собрав остатки сил, я уставился на них обоих.