Чтение онлайн

Гейдж повернулся на стуле лицом ко мне.

— Ты не заслуживала того, чтобы чувствовать себя обузой.

Я пожала плечами.

— Ну что ж, всё выровнялось. Я была довольно сурова с ними, когда была подростком.

— Работа родителей — поддерживать своего ребёнка, а не составлять отчёт о прибылях и убытках.

— Эта фраза очень даже в твоём духе.

— Я просто рад, что ты не поинтересовалась численностью моих сперматозоидов.

— Э-э, кто-то сегодня спрашивал тебя о численности твоих сперматозоидов?

— У меня было первое свидание, — объявил он. — Первое и последнее.

— Ноль искры?

Он покачал головой.

— У меня такое чувство, будто я пошёл на свидание сам с собой, — он рассказал мне о своём кратком, но впечатляющем провале на свидании. — Из-за Джилл, Валери и Лауры в совокупности я чувствую, что вселенная бьёт меня кирпичом по голове.

— Насчёт чего? — спросила я, подперев подбородок рукой.

— Я очень целеустремлённый.

— Нееет. Кто бы мог подумать.

— Не смей принижать меня, пока у нас дискотека.

— Ты прав. Прости. Я придержу свои оскорбления при себе до конца.

Гейдж нахмурил брови.

— Я начинаю думать, что, возможно, у меня проблема с приоритетами.

— В каком смысле?

— Всё, что я делаю, помогает мне стать на шаг ближе к следующей цели. Я ставлю успех превыше всего. Но что, если я упускаю то, что действительно важно? Валери сказала, что если бы она уделила своим девочкам хотя бы десять минут, чтобы поиграть, то не оказалась бы на той дороге. Лауры бы вообще там не было, если бы она поспала подольше, как хотел Миллер, но она хотела втиснуть в свой график дополнительную тренировку. Я бы принял такое же решение. Заверши, поставь галочку, двигайся дальше.

— Я понимаю, как это может не давать тебе покоя.

Он посмотрел на меня с подозрением.

— Разве это не тот момент, когда ты говоришь мне, насколько хорош твой выбор?

— Мой? — я расхохоталась. — Гейдж, моя жизнь — самый натуральный бардак.

— Я предпочитаю называть тебя человеком-катастрофой.

— Я серьёзно. Вчера кое-что случилось, а сегодня случилось ещё кое-что, и теперь я полна надежд, но в то же время расстроена, взбешена и напугана.

— Так много чувств по поводу того таинственного происшествия, которое произошло. Ты собираешься объяснить?

— Я... я пока не знаю, как говорить об этом по-умному.

— Мне нужен разговор, а не диссертация, Зои. И даже не пытайся думать о том, чтобы отмазаться, потому что я только что открыл тебе свою душу. Так что по закону ты обязана поделиться.

— Совершенно уверена, что закон так не работает.

— Это я тут юрист. Тебе просто придётся мне поверить.

— Я узнала странные новости. И я не знаю, что с этим делать, и вроде как заморачиваюсь по этому поводу, — призналась я.

Гейдж сидел, ожидая и наблюдая.

Когда я не продолжила, он потянулся ко мне, и на долю секунды мне показалось, что он собирается заключить меня в объятия и зацеловать до умопомрачения. Вместо этого он постучал пальцем по диско-шару на моём кулоне.

Я сделала глубокий вдох и позволила словам вылететь, как воздух из сдувающегося шарика.

— Ладно. Вчера я отправилась донимать Опал по поводу написания книги, а вместо этого она просто накричала на меня и сказала, что я нейро-отличная. Что не должно было стать для меня новостью. Она подошла к этому довольно сурово, потому что она психотерапевт на пенсии, а я думаю, когда ты на пенсии, вежливость не обязательна. Но также это дало мне, типа… Я не знаю. Чувство надежды. Потому что если есть причина, по которой мне так трудно быть нормальной, может быть, я действительно смогу что-то с этим сделать и решить некоторые из более серьёзных проблем. И, судя по вчерашней «кроличьей норе» и сегодняшнему экстренному сеансу с психотерапевтом, который не является Опал, мне кажется, что это может быть причиной почти всего, с чем у меня возникали сложности. Но в то же время я уже столько раз терпела неудачу, что не хочу позволять себе надежду.

Я взяла свой котелок вина и заставила себя сделать глоток, чтобы заткнуться к чёртовой матери.

— СДВГ? — догадался Гейдж.

Я чуть не свалилась со стула.

— Как ты узнал?

— Гарри поставили диагноз в начале средней школы. Вся семья прошла ускоренный ликбез, чтобы мы могли помочь с его адаптацией.

— Примечание: Я люблю вашу семью. Суть: я даже не знала, что у взрослых может быть такое. Я думала, что это просто такой диагноз для маленьких мальчиков, которые не могут усидеть на месте.

Гейдж похлопал меня по руке.

— Прости, милая. Исполнительная дисфункция не так работает.

— Так и сказала сегодня подруга Опал, психиатр, которая была намного добрее, чем сама Опал, — я похлопала по своей сумке. — Здесь у меня список литературы, карточка учёта психотропных препаратов и новый рецепт. И я до смерти напугана.

— Что тебя пугает? — спросил он. Когда я не ответила сразу, Гейдж повернул меня лицом к себе, зажал мои колени между своих ног и положил руки мне на бёдра.

Мне очень понравилось это прикосновение.

— Что, если терапия, ресурсы, лекарства не помогут? Что, если всё останется по-прежнему плохо? Что, если я просто... сломана? — спросила я.

— Есть только один способ узнать. Попробуй.

Я закатила глаза.

— Уф. Я знаю, но разве мне не позволено несколько часов побыть в экзистенциальной панике?

Гейдж посмотрел на часы.

— Даю тебе время до восьми утра завтрашнего дня.

Я улыбнулась ему дрожащими губами и отвела взгляд.

— А что, если я на самом деле не глупая и не ленивая?

Его руки сжали мои ноги.

— Ты никогда не была ни тем, ни другим. Поговори с Гарри. Он своего рода эксперт.

Я прикусила губу.

— Может быть, я так и сделаю. Или, может быть, я просто проснусь завтра, и ничего не изменится, и я останусь такой же никчёмной, какой была всегда.

— Послушай, Зои. Тут многое нужно переварить. Любой на твоём месте почувствовал бы, что у него голова идёт кругом. И я уверен, что это есть в твоих обширных материалах для чтения, но, насколько я помню, одна из вещей, с которыми столкнулся Гарри — это ужасная спираль стыда. Он видел, как его друзья схватывают всё на лету в школе и двигаются дальше, в то время как он всё больше и больше отставал. Его легко могли бы окрестить проблемным ребёнком, и это закрепилось бы за ним надолго, если бы моя сестра и её муж не действовали на опережение. У тебя этого не было. Тебе не поставили диагноз на ранней стадии, а это значит, что тебе предстоит ещё несколько десятилетий распутывать это дерьмо. Но с тобой всё будет в порядке. Лучше, чем просто в порядке.

Спираль стыда. Эти слова нашли отклик где-то глубоко внутри меня.

— Спасибо, Гейдж. Мне, наверное, пора идти.

— Ты едва притронулась к своему ведру вина, — заметил он.

Я посмотрела на бокал и почувствовала ещё одно небольшое облегчение. На самом деле я не хотела пить. Я хотела, чтобы мой мозг успокоился.

— Думаю, я в порядке, — я попыталась отодвинуть свой барный стул и убежать, но тёплые мозолистые руки Гейджа сжали мои ноги, удерживая на месте.