Чтение онлайн

— Я согласна на любую боль, Сэми. Я согласна на все что угодно лишь бы вернуть вашего отца и вас. Я верну его?

Наверное ответ страшил меня больше всего, я боялась того что скажет мой сын. Только сейчас я поняла, что передо мной одно из самых могущественных существ из всех что я когда либо встречала или встречу.

— Я не знаю, мама. Я еще не обладаю такими способностями, чтобы предвидеть далекое будущее. Разве что на несколько недель вперед, месяц…но я знаю одно — отец любит тебя. Ты сможешь вернуть его только тогда, когда он поймет и поверит, что ты все та же, мама. Поймет, что ты любишь его, как и раньше. Отец очень непредсказуем, у него неимоверно сложный характер. Но никто из вас не знает, что он чувствует на самом деле. Никто кроме меня. А я не имею права говорить об этом. Возможно, единственное что сможет его спасти — твоя вера в него. Но это лишь мое предположение — я не знаю насколько оно правильное. Знаю одно — ты пройдешь все круги ада, прежде чем сможешь до него достучаться. Мне нужно знать согласна ли ты…Добровольно…Только так я смогу вернуть твою душу полностью. Освободить тело Анны.

— Я согласна…а девочка? Что будет с ней?

— Фэй поддержит в ней жизнь, пока я буду занят тобой, а потом Анна получит другую душу. Она не умрет. Два Чанкра могут творить самые сильные заклинания. Вдвоем с Фэй мы сделаем то, что неподвластно даже демонам. Ты согласна?

Да, он оставлял мне право выбора, но в тот же момент отнимал его потому что в синих глазах моего сына застыла мольба и слезы. Он знает то, чего я не знаю и решился на этот шаг из отчаянья. Нет, это не просто эгоистичное желание ребенка помирить родителей, это нечто большее. Ему страшно и он не скрывает своих сомнений. Он видит, что произойдет потом и оставляет мне возможность решать самой.

— Да, я согласна. Давай попробуем. Ведь хуже уже не будет?

— Я не уверен в этом, — ответил он и посмотрел мне в глаза, — возможно будет не просто хуже, возможно ты не перенесешь этого.

— Я сильная, — прозвучало не совсем уверенно.

— Да, мама, ты очень сильная, но отец сильнее.

— Я хочу вспомнить все! Я готова!

Я не видела самого ритуала…Только яркие вспышки света, детские ладошки в своих руках и обрывки образов. Как при быстром просмотре кинопленки, которую лишь иногда ставят на паузу, показывая самые значимые моменты.

Но ничего более невероятного со мной еще никогда не происходило и не произойдет. Я видела свою жизнь. Все что забыла. Я прожила каждый момент с особо яркой чувствительностью. Я слышала собственный смех, крики боли, слезы. И Сэми был прав — ко мне пришла боль. В самых разных ее оттенках. Боль сомнений, боль первой любви, боль от появляющихся крыльев. Ужас и страх, наслаждение, и дикое одиночество. Я слышала свист плетей и леденящий душу хохот Берита. Пережить все кошмары за несколько минут — это сведет с ума кого угодно и я обезумела. Там в подсознании я кричала и плакала. Я видела искаженное от ненависти лицо Николаса и я прочувствовала каждую секунду того жуткого насилия, которое он совершил надо мной. Я заново возрождалась. Я проклинала и снова любила. Боже, как же я любила. Наверное, самой болезненной и самой мучительной была моя любовь к Нику. Самой яркой и самой жуткой эмоцией из всех что доводилось испытать человеку. Даже любовь к детям возрождалась из любви к нему. Осознание обрушилось, как торнадо, закрутило в водовороте, оно резало меня по венам, по мясу, по нервам и сухожилиям. Наполняло меня такими чувствами, которые можно сравнить лишь со смертельной агонией. И вот он у моих ног, сломленный, поверженный, беспомощный и слепой. И я знала, что ему больнее, чем мне как бы чудовищно это не звучало. Самой страшной слабостью Ника являлась я сама и его чувства ко мне. Сумасшедшие, на грани с помешательством. И его ранимая душа, покрытая уродливыми рубцами бесконечного унижения и предательства тех, кому он когда-то доверял. Словно та другая сторона моего мужа предстала передо мной обнаженной, оголенной до безобразия и от того безумно любимой. Таким его не знал никто кроме меня. Вот почему я люблю его. Он мой. Мое проклятие, наказание, мое неземное счастье и моя боль. Бесконечная. Без него я пустая. Бессмысленная. Меня просто нет. И все стало на свои места. Мгновенно. Все выстроилось в цепочку, в замкнутый круг, в мой собственный мир, вращающийся вокруг него как маленькая вселенная вокруг солнца. Мое черное солнце, моя тьма наполненная светом, понятным только мне одной. Сэми сказал, что я пройду все круги ада прежде чем смогу вернуть его обратно и я поняла что он имел ввиду. Николас причиняет самую большую боль тем, кого он любит. Потому что лишь они могут заставить его страдать. И так как страдает он, не может страдать никто. Потому что саморазрушение гораздо страшнее всего остального, а Николас умеет разрушать, не оставляя даже обломков и самым первым он разрушит себя самого. Вот что имел ввиду Сэми. И он был прав, возможно, не любить Ника, это и есть то самое счастье беззаботности, потому что любовь к нему убивает своей безграничной болью. Но, вспомнив и прочувствовав все, я бы ни за что не отказалось даже от самых жутких проявлений его любви и ненависти. И только сейчас я осознала, что сделала с нами обоими — я убивала его любовь ко мне, я предавала его. Я, та кому он доверял больше всех, та, кого он любил до безумия. Я рвала его на куски день за днем. Он отпустил меня. Хотя мог растоптать и уничтожить. Наверное, только со мной он способен на столь благородный поступок. Я единственная кто безнаказанно обманул Николаса Мокану и при этом остался в живых. Ни о каком прощении не может быть и речи. Он не простит. Никогда. Заслужить его доверие практически невозможно.

Когда мои глаза распахнулись, я зарыдала, громко, оглушительно. Фэй прижала меня к себе, а Сэми опустил голову и закусил нижнюю губу. Он не был рад моему возвращению. Никто не был рад. Словно они предпочитали, чтобы я оставалась прежней.

Тогда зачем они это сделали?

— Мне…я…задыхаюсь, Фэй…я…

Она гладила меня по голове, прижимая все крепче, стараясь передать мне свою энергию, но я слишком наполнилась эмоциями и воспоминаниями, меня раздирало на части. Я захлебывалась, и судорожно цеплялась за нее, как за спасательный круг.

— Теперь ты все помнишь…ты вернулась. Сэми сделал то, что не под силу десяти Чанкрам.

Я всхлипывала, с трудом повернула голову в сторону и увидела Мстислава, он держал на руках маленькую Анну. Пожертвовал ее душой, ее воспоминаниями ради меня. Немой вопрос повис в воздухе и он ответил. Его голос звучал глухо в комнате, все еще наполненной сгустками энергии моего сына и Фэй.

— Я нарушил баланс, я привел ее в наше время и отнял у тебя жизнь. Я должен был все вернуть на свои места. Рано или поздно настал бы час расплаты. Пусть будет так. Я бы не смог вернуть ее в прошлое и позволить ей умереть.

— Как она? — спросила я, пытаясь встать с постели и чувствуя легкое головокружение.

— Она дышит, очень скоро очнется. Ей придется начинать жизнь с нуля, и мы с Дианой поможем ей в этом. Не беспокойся о ней. Те воспоминания, которые она потеряла не самые лучшие.

— Кто она теперь? Чью душу получила?

Сэми быстро посмотрел на Фэй, и та отрицательно качнула головой.

— Это не имеет значения. Анна, останется Анной, не смотря ни на что. Все мы при рождении получаем душу. Мы не знаем чья она и в каком теле была до нас, какой круг вечности проходит в этот раз. Пусть и сейчас все останется тайной неподвластной нашему пониманию. Сегодня она родилась заново, получила иное будущее и демоны времени уже не властны над ней. Никто не посмеет потребовать ее обратно. Баланс снова восстановлен. Тот, кто должен был умереть — умер, и его душа вернулась туда, куда должна была вернуться. Мы лишь помогли этому процессу.

— Сэми…, - я протянула руки к сыну, и он крепко обнял меня. Мгновенное облегчение, исцеление каждой клеточки моего тела. Мой ребенок. Безумно любимый и такой несчастный. Он знает то, что ребенок не должен знать он видит и понимает то, от чего взрослый сошел бы с ума.

— Мам, я так скучал, а Ками…она все время плачет о тебе. Каждый день. Она тоскует.

— Где она?

Я посмотрела в глаза сыну, и сердце забилось сильнее, пропуская удары, разгоняясь, начиная пульсировать и жить.

— Она с Дианой. Ты скоро увидишь ее, обещаю.

— Я должна идти к нему… — неуверенно прошептала и тяжело вздохнула, — но я даже не знаю где он.

— Купил новый дом, я дам тебе адрес, — сказала Фэй и я почувствовала, как во мне поднимается волна гнева.

— Ты знала, где он и не сказала мне? Когда я просила и умоляла?

— Он бы не стал говорить с тобой, — ответила Фэй и смело посмотрела мне в глаза, — с той кем ты была.

Самое странное, что я не чувствовала перемен. Я по-прежнему оставалась сама собой, только теперь больше не пустой, а до краев наполненной эмоциями, они давили на меня, ломали, выворачивали наизнанку.

— Сейчас ты сможешь с ним говорить. Сейчас ты помнишь и знаешь его. Я могу позволить тебе пойти к Нику и не боятся, что ты не вернешься от туда живой.

В этот момент я поняла, что все они знали, почему Ник ушел, знали о моем предательстве, о том, что я помогала охотникам…Господи, я помогала тем, кто мог и хотел уничтожить мою семью. Они все простили меня. Они — да, а Ник — нет. И я обязана идти к нему и просить выслушать меня и дать нам шанс.

Сэми уехал вместе с Мстиславом и Анной, а Фэй осталась со мной. Мы долго молчали, она давала мне время подумать, свыкнуться с тем, что я вспомнила, принять саму себя и осознать все, что произошло в последнее время с нами всеми. Но было еще что-то…и я хотела знать, что именно.

— Ник уже не верит в вас и принял решение, которое очень трудно изменить.

— Я приеду к нему в офис.

Тогда я еще наивно предполагала, что вспомнив все, мне удастся убедить его, вернуться обратно. Это же мой Ник. Мой муж. Мой нежный зверь, моя любовь. Кто как не он должен понять меня? Я верила, что стоит мне посмотреть ему в глаза и все вернется, станет на свои места. Я верила, а Фэй нет.