Чтение онлайн

Мостики, непонятно зачем сделанные в стенах камеры, похожие на кельи, изношенная кладка стен и плеск воды с нечистотами, в которой, казалось, плавало нечто непонятное и смертоносное.

Впрочем, наследие моего клана словно было создано для таких вот прогулок по жутким подземельям и древним катакомбам. Страшные, зловещие тени отступали от моего взора, налитого зелёным светом. Тёмные силуэты, проплывающие иногда в канале, виделись не чудовищами и агрессивными монстрами, а тем, чем они были на самом деле, обычным бытовым мусором, то ли смытым откуда-то и попавшим в стоки, то ли целенаправленно выброшенным бывшими хозяевами прямиком в канализацию.

Вот как можно было воспринять обычное домашнее мягкое кресло, неспешно проплывавшее мимо и вдруг решившее перевернуться прямо рядом со мной? Как водного монстра, да ещё и рогатого (я успел заметить мелькнувшие ножки), готового броситься из воды на беспечного человека, углубившегося в тоннели, овеянные городскими легендами?

Сверившись с картой и свернув в правое ответвление, я прислушался. Заглянув в пару ниш и спугнув затаившихся там крыс, я поднялся по проржавевшей лестнице на шатающиеся подмостки, перекинутые через квадратный бассейн, на мгновение замер, заглянул в кружащийся подо мной водоворот. Куда, благодаря древним создателям, отводились стоки в районах, далёких от Москвы-реки, никто не знал. Поговаривали, что под полисом существует огромная сеть подземных каверн и пустот, и однажды город просто провалится туда, погребя под руинами небоскрёбов всех его жителей.

Впрочем, как по мне, всё это были такие же сказки-страшилки, как и о посмертном проклятье одного из напавших на полис Аватаров плана Земли и расколе под городом. Как и о спрятанной где-то в подземельях Константинопольской Библиотеке, как и о злобной дочери Уробороса, которую жрецы Древа вмуровали в основание московских внешних стен, и которая однажды выплюнет свой хвост, обрушив этот оплот в последней битве.

Зло сплюнув в бешено вертящуюся воронку, я двинулся дальше. Спустился с платформы и почти сразу же замер, услышав приглушённые визг, шипение и чавканье за поворотом. С гулко бьющимся сердцем заглянул в новый тоннель и замер от омерзения.

Нечто червоподобное, мерзкая, похожая на большой бурдюк туша с отростками, чем-то напоминающими руки, старательно запихивала в себя... тельце девочки в грязном светлом сарафанчике, рваных колготках и ботиночках.

Рванув вперёд, видя, что малышка ещё сопротивляется, на ходу метнул в заднюю часть червя несколько ножей, а затем налетел сам, опаляя не ожидавшее подобного создание зелёным пламенем. Преодолевая тошноту, схватился за отростки, заменяющие созданию лапы, и рванул, почти не соображая, желая только освободить ребёнка! И в шоке отступил, когда не до конца заглоченая, погрызенная кем-то нижняя часть трупа с мерзким чавканьем отделилась от зева чудовища и с хлюпаньем расплескалась по камням...

Не знаю, что уж случилось. Можно, наверное, сказать, что произошло чудо, но в моём опустошённом и подавленном разуме что-то вдруг щёлкнуло, и я резко отпрыгнул в сторону. Видение червя, пожирающего тело ребёнка, смазалось, а левое плечо опалила боль, я едва не свалился в заполненный мерзкой буро-зелёной жидкостью канал, но как-то смог откатиться в сторону, отбив вновь потянувшуюся ко мне лапу с бритвенно-острыми когтями, ногой отпихнув тщедушное тельце напавшего на меня существа.

Наведённая иллюзия исчезла окончательно, как и навеянный страх, и опустошённость, оставляя меня один на один с троглодитом-охотником, мерзким, но не таким уж опасным в прямом столкновении существом, похожим на слепую прямоходящую жабу. Но, главное, что мы проходили это существо на уроках ещё в школе, а я, можно сказать, так глупо попался.

Выдернув из подсумка пару ножей, я один за другим метнул их в противника. Промазал, тварь проворно отскочила, хотя и не могла видеть моих действий. Зато слух у этого создания идеальный, да и на разум оно подавляет постоянно, заставляя картинку смазываться и исчезать, воздействуя своей силой на мои органы чувств. Впрочем, я даже заметил, как тень этого существа метнулась ко мне, в то время как я, сложив печати, выкрикнул:

– Сфера!

Брызги зелёного пламени на мгновение скрыли окружающий мир. Чудовище заверещало, объятое пламенем, и отлетело назад, а в следующую секунду я выместил на твари всё, что почувствовал, находясь под её иллюзией. Не знаю, как это сделал, но было похоже на то, что я в видении сотворил с «червём». Просто подскочил к чудовищу, желая уничтожить, и из ладоней без каких-либо печатей вырвался поток изумрудного пламени, который я держал до тех пор, покуда корчащееся тельце не развеялось пеплом на покрасневших камнях.

Чувствуя себя опустошённым, я привалился спиной к ближайшей стенке и медленно сполз по ней, обхватив голову руками, чувствуя, что меня начинает потряхивать. Жутко саднили порезы, оставленные когтями троглодита на плече, напоминая о себе и о том, что необходимо принять хотя бы универсальный антидот.

– Да. Не так я себе представлял первый бой с реальным чудовищем...
– пробормотал я, извлекая из подсумка пакет-аптечку.
– Как же было удобно, когда вокруг всё взрывалось...

Кряхтя, я поднялся на ноги, стараясь пока не беспокоить повреждённую руку. Слава Древу, острые, словно бритва, когти троглодита не наделали особых бед, всего лишь чиркнув по коже и оставив царапины, правда, довольно глубокие и болезненные, обильно кровоточащие из-за попавшей в ранки слизи чудовища. В любом случае это было не смертельно, хотя пришлось повозиться с бинтами, что одной рукой и зубами было не шибко-то удобно и, самое неприятное, сделать самому себе инъекции нужных лекарств.

Вообще, за последнее стоило благодарить опекуншу. Небольшой дополнительный подсумок, с собранным Ольгой Васильевной набором первой помощи, оказался как нельзя более кстати. Ей же стоило сказать спасибо за удобные и явно недешёвые одноразовые инъекторы, выданные вместо стандартных пузырьков с лекарствами и жуткого вида стального полевого шприца, пользоваться которым мы учились ещё в прошлом году на «Безопасности» под надзором Ларисы Вениаминовны. Колоть им самого себя было сродни мазохизму, а здесь нужно только зажать ампулу в кулаке да решиться с силой прижать приборчик к нужному месту. Всё, жало вскакивало само, впрыскивая нужную порцию препарата, позволяя не заморачиваться на толстенной игле, которую следовало вводить аккуратно и не торопясь.

Пнув ногой кучку пепла, оставшуюся от поверженного чудовища, я поморщился и, достав из подсумка бумажку со схематическим изображением тоннелей и основных переходов, быстро отметил свои последние перемещения и место, где столкнулся с троглодитом- охотником. Покуда особой надобности в ней не было, я и по памяти мог бы проделать обратный путь, но правила - есть правила. Заодно поставил на стене небольшой значок в форме перевёрнутой буквы «Г», обозначавший, что я вышел на этот канал из этого перехода. Мел был напитан живицей наставника, и сама метка нужна, в первую очередь, для того чтобы, если потеряюсь уже я, спасателям было легче проследить путь.

Вообще, по правде говоря, мне не очень был понятен приказ разделиться и исследовать тоннели даже не парами, что было бы логичнее всего, учитывая нашу неопытность, а в одиночку. Однако чуть ли не первое правило, которое вдалбливали в нас ещё в школе, а затем раза четыре повторили на сегодняшней лекции: «Приказы командира группы во время боевого выхода не обсуждаются, а выполняются!» Так что если Мистерион решил пожертвовать безопасностью в пользу большего охвата зоны поиска, то так тому и быть. Всё равно, если кто-то из студентов свернёт себе здесь шею, наставника по головке не погладят.