Чтение онлайн

Роб понимал, что жизнь полна несправедливости, и что нет только плохих и только хороших людей, но обида за смерть любимой жены не давала ему покоя. К тому же, Вояке ужасно не хотелось, что бы племянник общался с кем-то из клана Мардук, обладай он хоть троекратной святостью.

— Но ведь он пришел. Не бросил в трудную минуту. — Малец упорно настаивал на своем, не отрываясь от еды.

— Да, пришли, но понимаешь — жизнь очень запутанная и сложная штука. Вот и история с Кайлером полна как светлых, так и темных дел. — Роб включил принцип политика и начал ходить вокруг да около, только не говорить о деле.

Мальчишка отложил вилку и с любопытством посмотрел на Роба. В глазах сорванца читалось явное недоверие. Его не интересовали философские хождения вокруг да около.

— Дядя, расскажи про Кайлера. — Ожидаемо выдал он.

— Не могу. — Роб покачал головой.

— Почему? — В голосе парнишки промелькнула обида.

— Я же сказал, не могу.

— Это не ответ.

«Нагадали козе смерть». — Вспомнилась поговорка, смысл которой Роб очень долго не мог усвоить, понимая все буквально, пока один из сослуживцев не втолковал ему за рюмашкой холодной водочки почем, как говорится, в Париже помидоры.

Дядя призадумался. Нелегко объяснить подростку все особенности отношений между семьей Роба и кардиналом Мардук.

— Много чего произошло, всего и не расскажешь за вечер. А тебе пора делать уроки, давай как-нибудь потом. — Только и ответил он, не придумав ничего лучше.

Саймон деловито нахмурился. Его лицо выражало явное недовольство. Мальчишка положил приборы в тарелку, хоть и не завершил ужин даже наполовину, насупившись, как мышь на крупу.

— Вот так всегда. Я уже не маленький, чтобы скрывать от меня все на свете. — Сорванец не на шутку обиделся, даже готов был расплакаться от волнения. — Спасибо за ужин, дядя. Я за уроки. — Саймон резко задвинул за собой стул и поспешил обратно в библиотеку.

— Саймон! Постой! — Дядя попытался было остановить мальчишку, но тот и не думал останавливаться.

Роб тоже прервал трапезу. — «Сорванец, никакой управы»! — Подумал он и в сердцах пристукнул увесистым кулаком по столу. Столовые приборы издали характерный металлический лязг.

И без того безрадужное настроение оказалось полностью испорчено.

— Чертовы Мардук, даже дома от них нет спасу! — Выпалил он, вставая из-за стола. — Это уже переходит все границы.

Он вылетел из кухни и захлопнул за собой дверь.

— Что за дети. Упрется рогом со своим Кайлером, и все, ты хоть тресни! — Проворчал он. — Приходится ему доказывать, что это не так.

Роб был очень недоволен поведением Саймона. Он едва сдерживался, дабы не выругаться на весь дом нецензурной бранью. Сдерживался из последних сил.

«И почему ты не можешь быть таким же, как все дети?» — Подумал он.

Роб почувствовал себя таким одиноким, что уже готов был поверить, что все его чувства, все желания и даже семья — это всего лишь плод его воображения. Его охватил страх от собственных помыслов и он сделал несколько глубоких вдохов. — «Успокойся, старина, это уже перебор».

Глава 2

Откровение

Октябрь 2221 года

— Можно войти, не откажете путнику? — Едва первый солнечный луч коснулся верхушек деревьев, как незваный гость уже стоял на пороге дома.

Даже спросонья голос путника показался Робу весьма знакомым, словно он уже слышал его раньше. Громкий, властный и одновременно добрый тон. — «Да быть не может, неужели»… — В голове молнией пронеслись самые невероятные предположения. — «Знахарь или кто-то еще из подземелья. Неужели был еще один рейд в подземный город? Без меня? Сомнительно». — Роб нервничал, поспешно поднимаясь на ноги с нагретого кресла.

Наспех отодвинув недопитую чашку свежего утреннего кофе, подгоняемый здоровым любопытством, он бодро, если утреннюю сонливость можно назвать бодростью, отправился к двери, накрепко запертой увесистым замком нового поколения. Умная машина распознавала хозяев не только по отпечаткам пальцев, но и по голосу и особым ферментам кожи, уникальным для каждого человека. Отдельный гормон, обнаруженный учеными только недавно, оказался настолько полезным для системы защиты от взломов, что его используют даже спецслужбы.

Отворив увесистую дубовую бронированную дверь, откровенно говоря, Роб едва не открыл рот от удивления. Перед ним, в самой обычной серой пуховой куртке, вязаной шапке и рыбацких кирзовых сапогах предстал сам государь Николай собственной персоной, без кортежа и личной охраны, но с заметно погустевшей бородой, словно монарх старательно маскировался.

Роб остался поражен. Все годы он слышал о государе Николае, видел его на картинках, в новостях и даже лично, но никогда не представлял его в таком облике. Он был поражен его скромностью и простотой. Несмотря на свою высокую должность, государь выглядел как обычный человек, который вышел на прогулку.

— Здравствуйте, молодой человек. — Сказал он с теплотой в голосе.

— Ваше Императорское Высочество… — Роб вытянулся по стойке смирно и лихорадочно принялся вспомнить протокольное приветствие, которое, впрочем, никогда полностью не знал, ведь в этом до сегодняшнего дня в протокольном приветствии не было надобности.

— Просто Николай, не надо официоза, мы же не во дворце на официальном приеме. Тем более, мы с тобой почти как старые друзья. — Император приветливо улыбнулся, похлопав Вояку по плечу. — Можно мне войти?

— Да, разумеется. — Хозяин жестом пригласил гостя в дом. — Кофе? Чаю? Или что-то покрепче? Чего изволите? — Роб пристально посмотрел на императора.

Николай на мгновение задумался, почесав густую бороду.

— Наверное — крепкий кофе. Свари ядреный, пожалуйста. Двойной, как говорится, эспрессо. Мы с Витей не спали всю ночь, кофе придаст мне сил.

«Витя, Витя. Наверное, речь идет о Викторе Степановиче Верговском, министре иностранных дел и начальнике Имперского управления разведки и контрразведки. Лично не доводилось общаться с господином министром, но в рядах военных о нем ходили только хорошие отзывы. И дело вовсе не в субординации, а в исключительной честности и преданности Верговского делу». — Подумал Роб.

Пока августейший хлопотал в прихожей, или, как называют русские — в сенях, снимая увесистые сапоги и теплую одежду, Роб отправился на кухню и заварил самый вкусный и ароматный кофе, припасенный в дальнем уголке специально для приема гостей, которых в последнее время было не так много.

Вскоре в дверном проеме показался и сам государь в теплом вязаном белом свитере, потирая покрасневшие руки — погода выдалась холодной и сырой, к тому же — довольно ветреной. Николай осмотрел кухню оценивающим взором.