Чтение онлайн

– Умбелийские летописи утверждают, что некогда зверолюди были младшими богами и хранителями кочевых племён, – объяснил Йон-Йон. – До сих пор в песках Джалло находят скульптуры крылатых мужчин с густыми бородами и женщин с нагими грудями. Другие откопанные статуи имели вовсе странный вид! Они были о двух лицах. Одно, человечье, глядело вперёд. Другое, змеиное, – назад.

– Значит, осталось в кентаврах нечто от змей и от птиц, от людей и от богов, – рассмеялся Аликс. – Это говорит мне о том, что они могут выбрать и нашу сторону…

– Наверняка сами кентавры считают себя потомками богов, – добавил Йон-Йон. – Поэтому совсем не повредит проявить к ним уважение.

– Надеюсь, наши дары будут достаточным проявлением уважения, – буркнул Брайдур, поправляя на спине мешки с зерном болотной пшеницы.

– Гоблины могут поделиться многими растениями, которые прекрасно приживаются на болотах, – важно заметил Йон-Йон. – Растениями и знаниями. Нам не жалко!

– И муку из злаков, выращенных на здешних болотах, заодно не потребуется солить, – улыбнулся ему Аликс. – Не забывай, климат Синеффо сильно отличается от Грага. Наши дары – скорее символ доброй воли.

Сегодня «потомки богов» вели кочевой образ жизни. Йон-Йон нашёл в их нехитром быту немало общего с гоблинами мири. Жилища кентавров больше напоминали плетёные шалаши, а одеждой служили венки из трав. Они не использовали шкуры или кожу животных, хотя под навесами вместе с кореньями сушились и полосы мяса.

Следуя к главному шатру, где путников ждали старейшины племён, Бельчонок с интересом разглядывал взрослых коненогих. Они действительно отличались могучим сложением, густыми бородами и грозными взглядами. Мальчик любовался молодыми женщинами с цветами в длинных косах и улыбался тому, как резвится молодняк.

Кентавры преимущественно занимались охотой. Некоторые осваивали сельское хозяйство, пробуя выращивать просо, рис и виноград на склонах гор, облагораживать днища ущелий. Но, поскольку самые плодородные долины заняли элибрийские богачи, попытки кентавров не приводили к желаемым результатам.

Остров Фалассия обильно растил свои травы, леса и горы, но неохотно подчинялся чьим-либо рукам. Совсем немногие земли подходили для сельского хозяйства.

Столь же полудикий вольный нрав проявляли и дети острова. С коровоголовыми революционерам договориться не удалось. Те заняли территорию недалеко от портала Псарьи, где пролегали все, какие есть, торговые пути, и на жизнь не жаловались. А вот на поддержку кентавров ещё оставалась надежда.

В шатре старейшин Аликса со свитой встретили радушно, предложили свежей воды и фруктов. После короткого обмена любезностями Журавль изложил свои мысли. Три седовласых и белобородых старца выслушали его с вежливым молчанием.

– Я обещаю прогнать с острова жирующую элибрийскую знать, – заявил король. – Я верну жителям Фалассии плодородные угодья и пресноводные ручьи. Вы получите доступ к знаниям, которые накопил Умбелико, и любые практические советы по обустройству полей и террас.

Вторым козырем Аликса стала древняя вражда кентавров с гарпиями.

Захватившие ближайшие к озеру горы полуптицы славились злобным нравом. Они не щадили ни жеребят, случайно забредших на их земли, ни человеческих детей. А порой и сами совершали непредсказуемые нападения на селения и даже на сады города Фрутья.

Очевидцы утверждали, что гарпии давно позабыли общий язык, и вступать в переговоры с ними было бесполезно. Лишь Домна ведала, каким образом сто лет назад предку нынешнего Змея удалось заманить на свою сторону хищных полуптиц. Может быть, с тех пор они одичали и озлобились ещё сильнее.

– Придя к власти, я изгоню племена гарпий на северный берег Синеффо, – заявил Аликс, глядя в глаза старейшин. – Пусть вьют свои гнёзда на бесплодных скалах Акарпос и собирают плоды болотных лесов вокруг руин Главроса. А выход к Синеффо и немногочисленные пресноводные источники получите вы.

Переговоры длились недолго. Старейшины племён обещали подумать и прислать с ответом гонца. Вечером того же дня революционеры двинулись в обратный путь. Настроения поделились.

Аликс не сомневался ни мгновения, что убедил старейшин. По мнению Брайдура, всё прошло слишком успешно, и это вызывало подозрения. Йон-Йону показалось, что пожилые кентавры смотрели на всех троих как на неразумных детей и выслушали Аликса исключительно из вежливости, но мнение своё оставил при себе.

* * *

Днём, когда Катан отправился в Умбелико на Совет министров, Дженна воспользовалась его зеркалом, чтобы тоже посетить столицу. Там чародейка заглянула сначала в пекарню, а затем и в городскую школьную библиотеку. Вернувшись на Фалассию, она сразу же отправилась в горы.

Сложенный из камня одноэтажный домик революционеров прятался на границе между тенистой сосновой рощей и небольшой поляной. Стоял он вдалеке от воды, поэтому любовью у знатных господ не пользовался.

Строение так давно забросили, что на крыше образовалась настоящая лужайка и даже вытянулось несколько тонких сосенок. Внутреннее убранство поросло пылью и плесенью, чучела трофейных животных, дорогие ковры и резную мебель подточили насекомые.

Но друзья вдохнули в домишко новую жизнь и теперь чувствовали себя здесь не хуже, чем на Элибрэ. По крайней мере, никто из них не спешил возвращаться ни в столицу, ни на Граг… Революционеры привели в порядок три небольшие комнаты с кухней: прочистили дымоход, починили мебель, залатали и выбили ковры.

Но похоже, что кто-то всё ещё продолжал войну с пылью. Подъезжая к домику, Дженна услышала характерный звук ударов палки о ткань. К её удивлению, это была Джилия. Милая Ласточка развесила на ветках сосен два одеяла, вооружившись фартуком и саблей своего друга, плашмя колотила лезвием то направо, то налево.

Дженна расхохоталась:

– Джи! Что это ты придумала?

– Дженн! – с возмущением воскликнула раскрасневшаяся княжна. – Я уже сломала все хлопушки, а пыль всё не заканчивается! Здесь же невозможно жить!

– …В смысле, спать, – поправила чародейка, сдерживая смех. – Когда же Его Величество соизволит свергнуть тирана, взять тебя в жёны и переехать во дворец? Порядок действий оставлю на ваше усмотрение.

– Ах, если бы я это знала… – Джилия устало опустила саблю. – Мой любимый Журавль только и делает, что целыми днями пишет и рассылает свои письма! А когда я начинаю расспрашивать о нашем будущем, говорит, что всё ещё не время… Нужно немного подождать… Боюсь, что скорее уж Его Великолепие силой оттащит меня в храм Иликии… На днях дядюшка Катан уже обсуждал со мной свадебное платье…

– Поверь, император жаждет вашей свадьбы не больше, чем ты, – усмехнулась чародейка. – Идём, у меня есть новости и кое-какие предложения…

Отправив Дива пастись к здешним местам силы, Дженна забросила за спину мешок с подарками и вместе с Джилией направилась к домику.

Неподалёку от жилища революционеров чародейка приметила двух кентавров. Жители гор отличались невысоким ростом, крепким сложением, серой и тёмно-гнедой мастью. Увидев девушек, человеко-кони низко поклонились, будто приветствовали не меньше чем свою госпожу.