Чтение онлайн

— Младшая, коне…чно, — нис ничуть не смутился тем, что выдал свое неравное отношение к детям, только запнулся на полуслове.

— Ваша коляска?

— Здесь.

— Отлично.

Димитрий шагнул ближе к Цветане.

— Подготовьте бумаги на арест. Но без имени. Имя я вам пришлю. И соберите на всякий случай несколько людей в группу.

— Но сид Урд…

— Вы же говорите от лица начальства, в чем беда? А с сидом Урд я сам разберусь. Чуть позже.

— А если он приедет?

— Если он приедет, то он знает, какой у меня жетон.

Нис Бель отошёл, торопя кучера. Димитрий наклонился к девушке.

— Вы верите мне?

Она вздрогнула.

— Не знаю. У вас страшные глаза, я только сегодня поняла. Но… Наверно, да.

— Чья бы не была фамилия, надо будет съездить и обыскать дом. Вот, — он сунул ей в руку жетон. — Если что, машите им у всех перед носом. Сида, это важно. От этого зависит жизнь Лады.

Цветана сжала жетон с такой силой, что Димитрию показалось, он порежет ей руку.

— Сыщик? — Нис Бель уже залез в повозку.

— Сид Кривз! — окликнул, подбегая, Вито. И гордо заявил: — Я всё сделал! И там…

— Хорошо, — кивнул Димитрий. — Садись, поедешь с нами. Расскажешь потом.

Пареньку очень хотелось поделиться чем-то, что ему казалось крайне важным, но он стоически промолчал.

— Едем!

— К доктору, — подсказал сыщик.

— К доктору!

Очень интересно будет посмотреть на реакцию ниса.

Очень познавательно.

Дарьян стоял, заслонив собой дверь, словно каменный истукан. Нис Бель все больше злился, у Димитрия все сильнее болела голова.

— Вам бы следовало чаще есть и больше спать, — посоветовал воспитанник доктора с ехидством. — Так радеете за наше благо, что бледнее покойника выглядите.

Сыщик пропустил его слова мимо ушей. А вот аристократ в очередной раз спросил:

— Так вы нас не пустите?

— Нет.

— Именем закона!

— Вы не представитель закона.

— Если вы не заметили, со мной уважаемый сыщик.

Димитрий чуть не поперхнулся от того, что вдруг стал уважаемым.

— Однако у вас нет никаких оснований для вторжения.

Нис обернулся к Димитрию. Вопросительно приподнял бровь.

Кривз молчал.

Раз.

Вито затаился где-то за спиной и с любопытством наблюдал за происходящим.

Два.

Дверь приотворилась.

Три.

— Пустите его.

Младшая ниса Бель покачнулась. Дарьян подскочил, желая помочь, но побоялся ее трогать и просто предложил локоть. Она вцепилась в него, тяжело дыша.

— Проходите, сыщик! — девушка говорила тихо, но зло. — Вы-то мне и нужны.

На плечах ее лежало большое лёгкое одеяло, полностью скрывающее девичью фигуру.

— Отойди немедленно от этого проходимца! — холодным тоном приказал ей отец. — Мы немедленно же напишем заявление о похищении и причинении вреда. И…

На секунду на лице нисы промелькнул испуг, затем — сомнение, но в итоге победило упрямство. Глаза ее зажглись фанатичным огнем решительности.

— Вреда? Вреда? Какого, отец? Этого? — она повернулась к посетителям спиной и приспустила одеяло с плеч. На платье и видневшейся из-под него сорочке были видны красные пятна.

Нис побледнел.

— Ты… Это позор… Это…

Девушка развернулась к отцу лицом.

— Позор. Первое, о чем ты подумал. Не о том, больно ли мне. Нис Бель, я обвиняю вас в причинении тяжёлого вреда моему здоровью и здоровью моей сестры. Я делаю это в здравом уме и доброй памяти, в присутствии представителя закона и при свидетельстве доктора Дарьяна, оказавшего мне посильную врачебную помощь.

— Ложь. — Заторможенно произнес обвиняемый. — Ложь. Ты знаешь, что я тебя…

Девушка дрогнула, но только на секунду.

— То есть вы хотите сказать, что не приказывали Луцияне запирать Ильяну в чулане? Не разрешали учителям бить ее указкой по пальцам и спине? Не приковывали ее цепью к кровати, когда нис Аль приходил петь под ее окном романсы? Скажите, глядя мне в глаза, что я это придумала!

Нис молчал. Растерянный, но не побежденный. Он не понимал, что происходит, но ещё верил в свою силу и в покорность дочери.

— Нам нужно поговорить. Вдвоем.

Он шагнул вперёд, намереваясь увести Ясмину с собой, но та только сильнее вцепилась в Дарьяна.

— Нет, — сказали они одновременно.

— Кривз! — теряя терпение выкрикнул нис.

— Боюсь, они в своем праве, — ответил Димитрий почему-то с внутренним удовлетворением. Хотя девочка, конечно, обманщица. С другой стороны, она не сестру на это подбила, а сама впуталась. Да ещё таким образом, что и шишки все ей. И цену она платит, и в случае неудачи спрос с нее. В этом было что-то жертвенное.

— Говорят, жертвенная боль особенно вкусна, — смеётся нечто из темноты…

Димитрий моргнул, отгоняя видение, и к головной боли добавилась тошнота.

— Есть серьезное обвинение. Я теперь не могу оставить вас одних в помещении. Но мы можем расположиться в другом углу комнаты.

Непослушная дочь настороженно кивнула. Дарьян отвёл ее к креслу, усадил, отошёл к шкафам. Нис стремительным шагом пересёк комнату, навис над дочерью. Сыщик с помощником присоединились к Дарьяну.

Какое-то время говорил нис. Сухо, холодно. Димитрий даже не особо прислушивался, и так было понятно, что речь обвинительная и воспитательная одновременно. Когда запал батеньки иссяк, его дочь подняла на него прежде потупленный взгляд — неожиданно злой и яростный. Если до тирады она ещё колебалась и внутри нее расцветали неуверенность и вина, то теперь Ясмина преисполнилась уверенности и презрения. И в ответ на обвинения прошипела змеёй:

— Ты бил не ту, отец. В ней нет твоей крови. А значит, нет твоего яда. А уничтожать стоило плоть от плоти твоей, твою кровь, твое семя. Помни об этом: я вся в тебя. И не говори гнусных слов и придуманных обвинений. Я лгу, да. Но моя ложь в том, что объект твоей ненависти не я. В остальном же я права. Ильяна же никогда не посмела бы сказать слово против.

— Разве я тронул вас хоть пальцем?

— О, нет! Ты чист. Ты все поручал Луцияне. И считаешь, что это тебя оправдывает. Но тот, кто отдает приказ, виновен не менее, чем тот, кто исполняет. А пожалуй, даже более. И родство наше — не смягчает этой вины, а усугубляет ее. Отвратителен ли мой поступок? Да. Но он спасет две жизни, сделает их счастливыми. Твои же дела только ломают чужую судьбу.