Чтение онлайн

— Газетчик Летнь был?

— Да, приходил. А потом ушел с Дарьяном к нисе. Видимо, нису Бель уже не вернуть дочерей. С такой-то оглаской.

— Он их потерял давно, просто этого не понял. Ниса Аль с невестой выпустили?

— Да. Они поссорились. Правда, как-то странно, молча. Потом помирились. Потом она плакала на его груди, а он ее целовал. Вскоре приехал экипаж и увез их в дом нисы Аль.

— Хорошо. Спасибо, Вито.

Парнишика топтался на одном месте. Димитрий зашагал к кабинету, где Цветана работала с бесконечными бумагами. Он почему-то стал считать его своим.

— Что хочешь спросить?

— Зачем вы дали мне письмо, которое я должен был потерять?

— Затем, что если бы я не послал распоряжений, это выглядело бы подозрительно. А нам нужно было подстегнуть убийцу к действию. У злодея было мало времени предотвратить арест. Он должен был убить меня, и перехватить письмо. Логичнее всего — подкараулить тебя у дома, отобрать документ, вернуться, убить меня.

— Какая-то сложная схема.

— Я просто знаю, как он думал.

— Это сложно?

— Иногда это страшно. Понять хороших людей порой не так просто. Понимать плохих — тем более тяжёлое занятие.

Вито кусал губы. Димитрий уселся за стол Цветаны, махнул мальчишке сесть напротив.

— Я… Вы…

— Я не возьму тебя с собой. Ты замечательный помощник. И ты очень много сделал в этом расследовании. Но у меня нет дома. Нет семьи. Нет ничего, кроме работы, да и та весьма необычна временами. Ты создан для другого. Из тебя выйдет замечательный сыщик. Не смотри, что сейчас ты парень на побегушках. Ты живёшь в этом месте, ты работаешь в этом месте, это место в тебе. Уверен, если мы встретимся ещё раз, ты сможешь похвалиться не одним раскрытым делом.

— Я буду стараться, сид Кривз!

— Я не сид.

— Простите.

— Иди, Вито. Пора спать.

— Сыщик Кривз! Там дед Михей у Стефана сидит, он вас довезёт.

— Спасибо.

Немного разочарованный, немного воодушевленный, парнишка наконец ушел. Димитрий посидел, собираясь с силами, и отправился в гостиный дом.

Дона Власта ещё не спала. Открыла дверь, предложила ужин.

— Лучше разговор, — сообщил сыщик и попросил опять открыть угловую комнату.

Теперь, если смотреть не с перепугу, а прицельно, можно убедиться, что здесь кто-то был. Димитрий прикрыл глаза.

Испугана. Чувствует угрозу, но не понимает ее. Личное. Прятала любовника? Скорее всего. А любовник, конечно, был совсем не случайным.

Ах, дон Бойк! Целый Казанова, а не обычный посыльный! И когда все успевал? И ведь подобрался так незаметно, гаденыш!

Казанова… А кто это? Откуда такое сравнение? Кто-то из чужих рассказывал?

Димитрий не стал пугать хозяйку. Поблагодарил, ушел к себе. Эта мелочь подождёт до завтра.

В комнате он первым делом открыл записную книжку. Долистал до голубоватых страниц со отрезанными уголками.

"Ты долго не писал. А я отвечаю за твое состояние, между прочим. Даже на расстоянии. И ты знаешь, в таком случае я начинаю беспокоиться и смотреть карты, но карты не слушают тех, у кого неровно стучит сердце. Конечно, ничего не смогла увидеть, все мерещились муки, смерть, женщины и кровоточащее сердце. В очередной раз не выдержала и послала тебе шарф, как нить загадки. Но ты знаешь, мои знаки появляются всегда к месту, но не ко времени. Подсказал ли он тебе что-нибудь? Там, где он появился, есть ложь. Надеюсь, ты разгадал ее до того, как тебе в очередной раз добавили шрамов.

Дим, твой маяк молчит. Конечно, ты всегда несловоохотлив, но в этот раз нет даже отчета. Все так плохо со следствием? Или с тобой?

Надеюсь, в этот раз тебе не придется моим шарфом перевязывать дырки в себе.

И помнишь нашу забаву: нарциссы — это?"

Нарциссы — это эгоизм. Розы — ветреность. Подснежники — нежность. Это Марина изобрела, как пароль. "Придумай цветку качество."

Это была единственная "личная" запись. Однако сегодня на втором листе появилась клякса. Димитрий взял со стола нож, уколол палец, капнул кровью на страницу. Мгновение — и на голубоватой бумаге проявился текст.

"Отпиши о самочувствии. Тянули тебя с парнями, как могли. Хорошо, что мы связаны. Круговая порука, конечно, дело нечестное, Ева вообще до сих пор не очнулась, как почувствовала твою боль, но хорошо, что это имеет и такую сторону.

Ложись спать, пока всех нас не угробил.

Рана заживёт, если ее лечить! Желательно лежа в кровати!

И выпей уже кислявку, отпусти ребят, им надоело чувствовать твою усталость.

Я нашла тебе новые перчатки. Не из драконьей кожи, конечно, но огонь выдерживают.

Когда будешь спать, подумай о море. Никак не могу с тобой увидеться на Изнанке. Беспокойно внутри. И карты врут.

Возвращайся домой, Дим, тебя ждут. И не только дела."

Какое-то время в груди было горячо и больно, потом попустило. Димитрий перевернул страницы. Белые. На каждой — маленькая красная клякса.

Настоящие отчёты. Не то смехотворное на коленке написанное, что украл у Вито посыльный наместника дон Бойк. Не огрызки мыслей, отданные Цветане на переформулировку. Длинные, сухие, строгие строчки, благодаря тому, что книга является артефактом, отправляющиеся на стол начальству без гонцов и почтовых самоходок. Все в подробностях о каждом убийстве. Опросы свидетелей и мимопроходящих. Характеристики жертв и всех причастных. Предположения, версии. Об оборотне и младшем сыне травника. О ритуале. О тайном обществе, которое не тайное. Об убийце, который жертва. О наместнике. Следовало дописать итог. О том, что отправил оглушенного убийцу-посыльного в столицу под конвоем, Димитрий отписал, как очнулся. Осталось изложить обстоятельства ареста наместника и спасения Лады.

Дописать — и уехать. Его дело на этом заканчивается. Вена Кос увезут в столицу, и особые люди будут разбираться в его особых обстоятельствах. А Димитрия опять отправят куда-нибудь ловить очередного убийцу, шпиона и далее по списку.

Как и каждого из их группы.

Димитрий закрыл книгу. Погасил свет, лег. Из окна пахло дождем, с неба из-за туч стыдливо выглядывала луна. В ее лучах синий женский шарфик, небрежно брошенный на стол, мерцал успокаивающей синевой.

Димитрию впервые за эти дни приснилось спокойное море.

Приличная комната приличного гостиного двора. На столе — газетные вырезки и пространное письмо.

"Вы так внезапно уехали, даже не попрощались…

…А у нас много новостей…

…Сид Угль заболел… А Дарьян, оказывается, сдал экзамен на доктора, но никто не знал…

…Нежелан Коготь, помните, который Летнь, который оказался не трупом, а живым, газетчик, вроде уезжает в столицу, сильно он у нас разбередил все своими обличающими статьями. Будет теперь там за справедливость бороться…