Чтение онлайн

— Не особенно. Мне гораздо важнее узнать сейчас, что же все-таки происходит с нами. Ну, давай, Франциска... Рассказывай. Что у тебя за секреты от меня?

Не в первый раз уже Джон избирал в разговоре с нею менторский тон, который возмущал ее до глубины души. По природе своей Франциска была добрым человеком и никогда не стремилась к тому, чтобы причинять боль ближнему, но обращение с ней сейчас Джона было невыносимым.

— Дай мне немного времени! — взмолилась она. — Сейчас ты не поймешь! Ты что, настаиваешь на разговоре?

Сердце ее ухнуло, словно камень, сорвавшийся со скалы.

— Да, давай поговорим. Что бы это ни было, мы должны пройти через это... вместе.

Франциска поникла.

— В таком случае... освободи меня от моих к тебе обязательств, — упавшим голосом произнесла она.

Эти слова застали Джона врасплох. Франциске стало его жалко. Лицо его потемнело. Чувствовалось, что внутри него закипает страшный гнев.

— С чего бы это?

— Макс говорит, что любит меня.

Эти слова наконец-то сорвались с ее губ, и теперь молодые люди смотрели друг на друга, как чужие.

— Но ты же сказала... Проклятье, Франциска, возьми себя в руки! Ты сказала мне недавно, что он женатый человек! — Джон говорил с трудом, лицо его приобрело багровый оттенок.

Франциска поняла, что это могло означать для него, как это выглядело в его глазах, и поспешила объяснить:

— Да, то есть, был женат. Его жена... Она умерла. Он сказал мне это недавно.

— И ты ему поверила?

— Да, поверила. Ты же знаешь, я бы не зашла так далеко, если бы думала иначе.

Франциска говорила пылко, уверенно, но Джон заметил огонек сомнения, загоревшийся в ее глазах, почувствовал тот страх, который в ту минуту пожирал ее изнутри.

— Мне нужны доказательства, — проговорил он, неприятно усмехнувшись.

— О, Джон! — Франциска так ослабела от нервного напряжения, что ощутила потребность поскорее сесть. Это ни разу не приходило ей в голову.

Красивое темно-красное платье легло у нее на коленях изящными складками. Она расправляла их, не ведая, что делает это чисто машинально.

— Я тебе очень рекомендую побыстрее прийти в себя и тщательно все продумать, — презрительным тоном сказал Джон. — Тебе не кажется, что комедия зашла слишком далеко? Ты просишь меня освободить тебя от обязательств для того, чтобы ты могла без помех сладить дельце с каким-то незнакомцем?

— Он не... Ты не прав насчет него, впрочем, я признаю, что внешне все выглядит некрасиво. Макс настаивал на том, чтобы я тебе все немедленно рассказала. Мы не хотели причинять тебе боль, Джон!

— Спасибо. Так ты говоришь, что влюбилась в него?

— Похоже. Все это так странно, запутанно...

Еще минуту назад Франциска была полностью уверена в своих чувствах, но под воздействием слов Джона в ее душе поселилось сомнение, от которого ей стало страшно. Если выяснится, что Макс солгал в одном, то легко будет предположить, что он солгал и в другом, и в третьем... Франциске была невыносима эта мысль, хотя она продолжала слушать со все возрастающим смущением холодный голос Джона — тот подводил черту под сложившейся ситуацией.

— Почему же он сам не пришел, чтобы обо всем рассказать? — наконец спросил Джон.

— Я хотела первой сказать тебе об этом. Макс поехал к себе на остров и просил передать, что желает вам доброй ночи. Завтра, я думаю, он появится.

— Другими словами, он решил просто облегчить себе задачу. К тому времени, как он появится на горизонте, ты уже расчистишь ему путь. Отлично! Господи, неужели ты поддашься на эту уловку? Ведь он играет с тобой! Так или иначе, а я не освобождаю тебя от обязательств. Мы все еще помолвлены и останемся женихом и невестой до тех пор, пока к тебе не вернется разум.

Те несколько волшебных мгновений, что она провела в объятиях Макса, отошли на второй план, и Франциска впервые почувствовала стыд. А, может, Джон прав? Джон был олицетворением здравого смысла, и его логические выводы редко не соответствовали истине. К тому же Франциска подозревала, что ее отец будет полностью согласен с Джоном.

— Может быть, у него нет намерения объявляться здесь. Может, он затеял все это просто от скуки. Только для того, чтобы проверить свое мужское обаяние. Эффективно ли оно работает? — Джон наконец сделал небольшую паузу и остановил свой взгляд на глазах девушки, в которых закипало негодование. — Прости, дорогая, но мне все видится примерно в таком свете. Если ты посмотришь на все это трезво, то и сама поймешь, что сошла с ума, когда, пообщавшись несколько минут наедине, стала делать из этого глобальные выводы. Не будь глупышкой! Надеюсь, ты не позволила ему заняться с тобой любовью!? Я знаю мужиков. Среди них много бессовестных.

Франциска зарделась.

— Ты заходишь слишком далеко, Джон. Все, на сегодня с меня хватит! Скажи, пожалуйста, отцу, что я устала и ушла спать, хорошо?

— Как же мне все это понимать? Ты что, никогда меня не любила? — спокойным голосом спросил он.

— Прошу тебя, Джон, оставь сейчас этот разговор... Я люблю тебя, и моя любовь к тебе не стала меньше. Я никогда бы не пошла не обручение с тобой, если бы не любила. Но случилось то, что случилось. И ничего тут не поделаешь. Я не искала этой любви. И Макс говорит, что тоже не искал. А я все рассказала тебе, едва сама это поняла. Все случилось час назад...

Джон мягко обнял ее за плечи.

— Ты переболеешь этим. Это просто слепое увлечение. Я буду ждать твоего возвращения, как всегда. Я люблю тебя, моя дорогая. Люблю, что бы еще ни случилось в нашем меняющемся мире. Я уверен в этом и поэтому не стану освобождать тебя от обязательств и вообще не стану помогать тебе в этом деле. Ты совершаешь ошибку. На тебя что-то нашло. Нам не следовало приезжать сюда. Как только ты вернешься в Англию, у тебя все пройдет. Влюбиться внезапно в совершенно незнакомого человека — это... не принесет долгого счастья. Счастье приносит только здравый смысл, спокойствие, понимание... Скоро ты обо всем забудешь.

Джон говорил так убедительно, что Франциска наполовину поверила ему.

— О, Джон, ты такой добрый!

Но неужели она забудет то блаженство, которое испытала, находясь в объятиях Макса?

— Нет, я не добрый. Я просто человек, который любит тебя и который не собирается так просто терять тебя... Все пройдет, а мы с тобой останемся.

Джон отпустил ее, и Франциска увидела его лицо, которое было настолько бледным, что она тут же поняла, насколько ему было тяжело выслушивать ее объяснения. То, что она сделала, казалось неприличным в ее собственных глазах, но как же все выглядело в его глазах?!.. Неудивительно, что он так рассержен и раздражен.