Чтение онлайн

Бегемот посмотрел на нас, как на идиотов, покачал головой и снова принялся гипнотизировать пакет молока.

…

На обед нажарили гору рыбы – утренний улов был весомым и без щуки, а холодильников у нас не завезли, сырая же рыба хранится в таких условиях недолго. Правда, Даша придумала засунуть её в пакет и погрузить в ручей – вода в нём холодная, и порча продуктов должна замедлиться. Поставив себе в памяти зарубку о необходимости уменьшения размера улова, я добавил к столу банку борща из сухпая, а Даша уже аккуратно нарезала шикарно пахнущий хлебушек. Я натянул на изогнутый кусок коры полиэтиленовый пакет, соорудив таким образом некое подобие миски. В неё-то и ушла честная половина пакета молока для нашего котика. Остальное Дарья налила себе, в последний момент всё же предложив поделиться со мной, на что я великодушно отказался. Как большинство людей, выросших в деревне на натуральном молоке, пакетированную дрянь я до сих пор не воспринимаю, и признаю только в виде добавки к кофе. Лучше уж действительно кефир.

А Бегемот из поглощения молока устроил целый ритуал. Сначала он долго его нюхал, блаженно жмурясь, затем сунул в миску морду почти наполовину, облизнулся, и только потом начал мелко лакать, иногда подвывая от удовольствия. Картина была, честно говоря, довольно фантасмагорическая. Вылакав половину, котяра перешёл к рыбе, и только сожрав пять здоровенных окуней, позволил себе допить молоко.

Наблюдая за этим шоу и посмеиваясь, мы тоже приступили к трапезе. Борщ, на проверку, оказался просто месивом крошеных овощей в слабеньком томатном соусе, без малейших признаков мяса, хоть оно и фигурировало в составе. Ко всему, блюдо ещё и здорово кислило, поэтому подруга, съев несколько ложек, отдала банку мне и налегла на рыбу. Я же быстро смолотил нехитрую консерву – я в еде непритязателен, а супы люблю.

В отличие от борща, хлеб оказался ароматен, вкусен и мягок. И отлично зашёл с жареной рыбкой. Мы остановились, только смолотив полбуханки, даже Бегемот сожрал кусочек. Потягивая чай с барбарисками, принялись строить планы на вторую половину дня.

– Эх, я бы сейчас спать завалилась на пару часиков… – блаженно потягиваясь, заявила Даша.

– Я бы тоже. Но, увы, световой день становится всё меньше, а работы, наоборот – всё больше.

– Да мы, вроде, неплохо уже обустроились? – похоже, чувство сытости настроило девушку на пофигистичный лад.

– Ну да. На ближайшее время нам всего-то и нужно: организовать нормальное отхожее место, решить вопрос с помывкой, вопрос с посудой… уже решается, покопаться в блиндаже, осмотреть найденную сегодня пещеру – благо, теперь есть какой-никакой огнестрел. Да, нужно ещё с трофеями разобраться – обрез пристрелять, придумать, как заряжать фонарь…

– С фонарём просто: там USB-шный разъём, такой же, как и на наших планшетках, я смотрела.

– Это здорово упрощает дело, мощный фонарь нам пригодится. Хоть я и не встречал таких технических решений. Блин! – я хлопнул себя по лбу и полез в рюкзак. – Забыл совсем…

Из рюкзака я вытащил жестяную коробочку, подобранную среди осколков так бессмысленно павшего «Гиннеса». При внимательном осмотре, жестянка оказалась банкой из-под леденцов – круглая, с почти стёртыми, нечитаемыми надписями и рисунками. Плотно сидящая крышка была по шву дополнительно промазана то ли воском, то ли парафином – защита от влаги.

– Нашёл на дальнем островке. – ответил я на немой вопрос подруги. – В воде валялась. Надеюсь, там бриллианты или что-то подобное.

Счистив ножом восковую всё же, судя по твёрдости, корку, я попытался открыть коробочку. Не тут-то было! Крышка прикипела намертво, пришлось опять пустить в ход нож. В итоге сталь победила жесть, и баночка была открыта. Я разочарованно вытряхнул её содержимое на стол. Шесть пакетиков «Майский чай» и две микроскопические шоколадки.

– Увы, не бриллианты. Так, стоп. – я поднял со стола крохотный кусочек пластика, засунутый в ЗИП-пакет. Карта памяти? И куда её вставлять? На наших КПК вроде слота нет.

– Я тоже не видела. – Даша взяла карточку двумя пальцами, повертела, как величайшую мерзость, вернула обратно. – А может, разъём под аккумом? Так бывает, я видела.

– Проверим. – я достал наладонник, вырубил, открутил винты и снял герметичную заднюю крышку, всмотрелся. Слот обнаружился сразу, даже АКБ снимать не пришлось. Я установил карту, закрыл крышку и включил аппарат. Пошла томительная загрузка – запускалась машинка не быстро. Наконец, система загрузилась, потупила полминуты, выдала «обнаружена карта памяти», «загрузка данных», «обновление библиотек», «обновление системы завершено». Потом бегунок загрузки ещё покрутился, и система наконец сообщила: «Приложения «Карты», «База Знаний», «Счётчик Гейгера» обновлены. Приложение «Детектор жизненных форм» разблокировано».

Я запустил «Карты». Открывшийся план острова преобразился: план из схематичного стал подробнейшим – при максимальном увеличении были чётко видны каждый изгиб берега, каждое отдельное дерево, каждый крупный камень. Я переместился к лагерю – вот наш шалаш, вот навес над костром, дровяник, даже навес над обжиговой печью виден! А это… Да это же мы! Вот это я стою, вот Дарья, вот Бегемот – его, правда, видно совсем плохо. Во внезапном порыве я быстро отошёл в сторону метров на пять – и мой аватар на карте, помедлив, словно нехотя, повторил мои перемещения.

– Охренеть. – только и выдала Даша, подойдя и заглянув в экран. – Практически, Яндекс-Навигатор. В реальном времени перемещения отображает… О, гляди, режим «Спутник»!

И правда, сверху был переключатель «схема/спутник». Я ткнул значок, и правда – изображение сменилось на спутниковый снимок приличного качества. Наши фигурки на этом фоне были уже малозаметны, но вполне различимы.

– Ну-ка, Даш, отойди направо метра четыре… – фигурка на экране послушно повторила команду вслед за девушкой. – Теперь вперёд на три… А теперь строй золотую шахту.

– Чтооооо?!!! – взъярилась подруга. – Вздумал тут мной в стратегии играть? Ничего не попутал, напарничек? Может, ещё зиккурат построить? Я сейчас тебе быстро весь хелс-бар обнулю!

– Солнц, ты чего? – я вскинул руки в притворном испуге. – Я просто пошутил!

– Я. Очень. Не. Люблю. Когда. Мной. Пытаются. Манипулировать. – отсекая каждое слово, медленно проговорила Даша, впрочем, уже отходя. – Сам строй свою… Шахту.

– Ага, а сверху как раз поставим сортир. Будет концептуально.

Впрочем, дальнейшее рассматривание карты показало, что не всё так безоблачно. Скорее, наоборот – значительные области острова были скрыты от взгляда, словно спутник действительно фотографировал облака.

– Слушай, да это какой-то «туман войны» просто! – выдала Даша. – Вот смотри: здесь мы проходили. – она указала узкую полоску восточного берега. – И на карте она подробная, наш маршрут плюс сколько-то метров.

Я оценил мысль. Действительно, подробно были детализированы области острова, где мы непосредственно проходили: всё побережье, Минеральная Скала (и то не вся), довольно большие куски леса в центре острова и у болота, Соснодуб, ручей, узкая полоска, по которой мы утром шли к островкам, сами островки… Всё остальное скрывали густые облака, как так называемый «туман войны», которым в стратегических играх обычно скрывают неразведанные территории.

– Так, сейчас проверим. – я направился к устью Минерального Ручья, за которым начиналась Дикая Территория и куда мы ещё не совались. Перескочив на другой берег, я углубился в заросли на несколько метров – и туман на карте послушно отступил. Ясно-понятно. Но тут в голову пришёл другой вопрос.

– Обычно, – обратился я к Даше и Бегемоту, вернувшись обратно. – в стратегиях, если две команды объединяются, у них открывается общая карта. А ты, Бегемот, зуб даю, весь остров вдоль и поперёк излазил. Ты что же, получается, не за нас играешь?