Чтение онлайн

— Мои родители сказали бы Марсу о волнениях среди населения, — настаивает она.

Рангар перевел отцу, тот хмыкнул и ответил на мои замечания. Рангар перевел их на Мирский для Брин.

— Мой отец говорит, что твой брат всегда знал о несправедливости, царящей в его стране. Все королевства Эйри знали о тирании Мира и недовольстве среди вашего народа. Это не было секретом. Похоже, ты единственная, кто не знал об этом.

Брин решительно покачала головой.

— Ты клевещешь на моих умерших родителей.

Рангар сказал:

— Твои родители указывали, что выращивать, а затем забирали весь урожай. Они наложили на своих подданных такие налоги, что те стали нищими. Они разместили солдат в каждой деревне.

— Чтобы защитить жителей, — сказала Брин.

— От кого? У Мира не самые лучшие отношения с другими королевствами, это правда, но ни одно из них не было на грани войны. Твои родители отправили солдат, чтобы запугать свой собственный народ…

— Прекрати! — Брин зажала уши ладонями. Ей стало тесно в груди. Неужели ее осуждали? Она вдруг поняла, что да, ее очень даже осуждали. Королевская семья Барендур рисковала своими жизнями, чтобы Рангар мог спасти ее, но это не означало, что они ей доверяли. По тому, какие холодные взгляды они бросали на нее, чувствовалось, что они считают ее такой же виновной, как и остальных членов ее семьи.

— Брин Линдейн, — укоряла маг Марна, словно ребенка. — Ты должна закалить себя, если хочешь выжить в Берсладене.

— Кто сказал, что я поеду в Берсладен? — спросила Брин.

Когда на ее вопрос никто не ответил, ее щеки покраснели. Все понятно. Они действительно намеревались ее украсть. Сделать таким же диким существом, как они сами, одетым в меха и питающимся сырым мясом. Они всегда верили в то, что ее душа принадлежит Рангару. Неужели думали, что она станет его служанкой? Его рабыней? Будут ли они смеяться над принцессой, которая вынуждена чистить его сапоги?

Тишина затянулась, когда Барендуры начали готовиться ко сну. Маг Марна стала убирать посуду. Трей снова повел лошадей к ручью. Брин настолько погрузилась в свои тревожные мысли, что не заметила, что перед ней стоит Валенден, пока его тень не упала на нее. Она ошеломленно смотрела на него, гадая, какое новое обвинение он бросит.

Вместо этого он бросил ей яблоко.

Она поймала его, уставившись на красную кожуру на фоне красной засохшей крови отца, все еще покрывавшей ее руки. Она ожидала большей жестокости, а не доброты, и разрыдалась, когда все разом обрушилось на нее.

Лицо Валендена вытянулось. Он пробормотал что-то на Берском, что звучало примерно так: «Вот что я получаю за попытку быть щедрым».

— Ванна, — сказала маг Марна Брин с большим сочувствием. — Ванна пойдет тебе на пользу, дитя. Смой эту кровь. Рангар покажет тебе дорогу к ручью.

Брин не собиралась с этим спорить. Ванна поможет ей почувствовать себя лучше. Рангар помог Брин подняться на ноги. Ее ноги все еще дрожали от поездки и от умственного переутомления, вызванного всем, что она увидела и узнала. Ее глаза встретились с темными глазами Рангара, скрытыми капюшоном, и она задрожала.

Кем был этот принц со шрамами, которые были идентичны шрамам Брин?

Она боялась ответа. Боялась, что он может оказаться бессердечным негодяем, но еще больше боялась, что он может вовсе не лгать. А это хуже некуда.

Молча он повел ее в темный лес, и у нее не было выбора, кроме как идти с ним.

Брин последовала за Рангаром по небольшой горке к извилистому лесному ручью, где в песчаном бассейне можно было искупаться. Но стоило ей снять сапог и сунуть босую ногу в воду, как она закричала:

— Холодно!

Рангар моргнул, словно не видя проблемы.

— Да. И?

Брин не жаловалась на температуру воды. На самом деле она любила окунуться в холодную воду в летнее время. Но, учитывая приближение ночи и дрожь во всем теле, окунаться в воду было неразумно.

— У меня будет переохлаждение, если я там искупаюсь.

Рангар задумчиво оглядел ее.

— Мои братья говорят, что ты неженка… все вы в Мире. В Берсладене наши воды гораздо холоднее. Это полезно для сердца. Для крови.

Брин положила руки на бедра. Она никогда в жизни не чувствовала себя такой выжатой, и ей уже надоело, что эти ухмыляющиеся братья так часто ее оскорбляют. Она нахмурилась и отвела взгляд.

— Наверное, они правы, я неженка.

Рангар подошел и коснулся ее подбородка, повернув ее лицо и заглядывая в глаза.

— Мне нравится, какая вы, леди Брин. Мои братья только опасаются, как ты будешь жить в Берсладене, привыкшая к роскоши.

Она обняла себя руками от прохлады, исходящей от ручья, и тихо сказала:

— Я не такая хрупкая, как ты думаешь.

Ее тело покрывали синяки от многочасового сидения на лошади, мышцы совершенно не привыкли к нагрузкам. Ее легкие все еще горели от вдыхания такого количества дыма. А сердце замирало при мысли об отце, сидящем на троне… И все же она чувствовала в себе силу.

— Знаю. — Его голос прозвучал мягко, его рука скользнула по ее челюсти, и большой палец задержался чуть дольше, прежде чем он опустил руку. Он сделал шаг назад и закрыл глаза, как это делала маг Марна ранее у костра. С закрытыми глазами он начертил в воздухе символ и произнес несколько непонятных слов.

Брин внимательно наблюдала за ним, изучая движения. Раньше она не замечала, насколько отработанными были его жесты, как будто Рангар обучался игре на музыкальном инструменте.

«Для него это легко, потому что он освоил это», — поняла она. В основании ее позвоночника зародилась волнующая дрожь. Вода в глубоком бассейне ручья начала слегка светиться, а затем от нее пошел пар. Он согревал воду. С помощью магии.

Может быть, магия и считалась грехом, но, святые угодники, за ней было интересно наблюдать. Рангар наконец открыл глаза, и Брин заметила, что веки его стали тяжелыми, как будто магия отняла у него все силы. Он дернул подбородком в сторону воды.

— Это большой бассейн, и мое заклинание продлится не более нескольких минут. Не мешкай.

Она колебалась. Он будет стоять и смотреть? Конечно, даже дикарь не стал бы смотреть, как купается обнаженная женщина. Брин вдруг почувствовала себя уязвимой, отчасти все еще пораженная демонстрацией магии. Она думала, что магия используется для таких пустяков, как зажигание табачных трубок и удаление веснушек… неужели она способна вскипятить целый холодный ручей?

— Ты дрожишь, — заметил Рангар.