Чтение онлайн

Об Олеге Ивановиче мы тогда узнали много нового, причем не столько о его альпинистских подвигах, сколько о его политических пристрастиях. Ученый-астрофизик, доктор наук, он ухитрялся вести свои работы на деньги американских империалистов, получая от них гранты на приличные суммы, но при этом продолжая люто ненавидеть Америку. Руководил группировкой патриотически настроенных молодых людей, о которых в местной прессе отзывались не иначе, как «штурмовики Шумилова». Словом, личность неординарная, хотя и не для всех удобная. Но вообще, после знакомства с ним моя, пошатнувшаяся было, вера в будущее страны несколько укрепилась.

Работы по демонтажу лагеря начались на следующее утро, сразу после завтрака. Собранные рюкзаки с личным имуществом были вынесены из палатки, печь – разобрана и упакована. Не обошлось без потерь. Так, собирая рюкзак, Мальцев почему-то нигде не мог обнаружить свой пресловутый порошок. Затем он «отличился» еще раз, нечаянно наступив на мою гитару, которая, жалобно захрустев, пустила по верхней деке длинную продольную трещину. Виновник инцидента долго рассыпался в извинениях, однако Мальцев не был бы Мальцевым, если бы на этом остановился. Не прошло и двух минут, как он, фигурально выражаясь, опять наступил на те же «грабли», после чего многострадальный инструмент стал годиться разве что на растопку. В ответ на такое потрясающее вероломство слов у меня уже не нашлось, одни междометия. Да и что тут можно сказать? Конечно, Сергей Леонидович – человек культурный, и даже знает, в чем разница между Приамом и Приапом, но вот под ноги смотреть иногда забывает…

Сворачиваем тент, убираем палатку. Все. После нас здесь останется только кольцевой бастион ветрозащитной стенки. Простоит она тут еще месяц, отсилы – полтора, и растает, как не бывало. А мы так старались! Немного грустно покидать насиженное место, но чувствуется, что – пора.

Напомню, перетаскивание вещей сюда потребовало двух челночных рейсов. Отсюда предполагается утащить все за один раз. Предпосылки к этому есть. Практически полностью сожжен бензин для примусов, занимавший на пути сюда целые волокуши, съедены почти все запасы провизии. Кроме того, на память Хибинам был оставлен увесистый скальный молоток. Все вместе это существенно облегчает нашу поклажу. Распихиваем все, что можно, по рюкзакам, что не помещается – приторачиваем сбоку, укладываем на волокуши. Вроде бы, тащить можно. Ну, с богом! Наша тяжело нагруженная колонна выкатывается на занесенный снегом лед озера и начинает свой путь домой. Пересекая озеро, выбираемся на берег. В который уже раз идем мимо причудливых ледяных фигур. Прощайте, «голубые фонтаны»! Если мы сюда и вернемся, вы уже будете другими.

Наконец, выбираемся на дорогу, и не торопясь, с остановками, идем вверх, на перевал. На этом отрезке тащить волокуши выпадает мне. Это оказывается не так уж тяжело (скольжение у них вполне приличное), если бы не их склонность к переворачиванию на малейшем ухабе: груза на волокушах довольно много и центр тяжести сместился вверх. Но тут уж никуда не денешься. А дорога и впрямь была не слишком ровная.

Постепенно поднимаемся на перевал. Наверху устраиваем небольшой привал, в ходе которого обнаруживается, что зеленый капроновый комбез Мальцева, очевидно из-за напряженной работы, разошелся по шву на самом интересном месте. Само по себе это не смертельно, но мы все-таки приближаемся к цивилизованным местам, а выглядит все это как-то не очень прилично. Понятное дело, затевать штопку времени у нас нет. В качестве паллиатива рекомендуем Сергею Леонидовичу избавиться хотя бы от вызывающей бахромы, образовавшейся вокруг дырки. Помочь ему в этом деле вызвался Пол Абдулыч. Под общий гогот, он аккуратно оплавил спичкой края отверстия и хорошо еще, что рядом не было посторонних, которым бы пришлось объяснять, чем, собственно, здесь занимаются эти два веселых молодых человека!

Прощальный взгляд на долину Малого Вудъявра – и во весь опор вниз! С замиранием сердца жду сзади мощного рывка от перевернувшихся волокуш, но они на высокой скорости ведут себя, как разогнавшийся велосипед-устойчиво. По инерции вылетаем аж к Ботаническому саду, и только здесь возобновляется необходимость передвигать ногами.

Далее все было как обычно, за исключением того, что лыжи больше не прятались в подвале соседствующего с садом долгостроя. Выходим на шоссе, грузимся в рейсовый автобус – и вот мы уже на вокзале в Апатитах. Хмурое утро постепенно сменилось еще более хмурым днем, но времени до прибытия поезда Мурманск-Вологда оставалось еще порядочно. Поскольку город Апатиты использовался нами исключительно для транзитных перемещений и оставался практически не изученным, решаем использовать это время с пользой. Оставив Пашу караулить вещи, мы с Шурой и Сергеем Леонидовичем отправляемся за железную дорогу, в город. Теперь, перед посадкой на поезд, уже нет нужды заботиться о весе и компактности приобретаемых съестных припасов, и мы затариваемся в свое удовольствие. Чтобы ехать было веселее, я, не мудрствуя лукаво, нагружаю скальный рюкзачок Мальцева «Балтикой № 4» (под копченую скумбрию должна пойти на ура), и все теми же «Золотыми куполами». Шура, как натура более утонченная, положил глаз на десертное вино «Улыбка». Что ж, каждому – свое… Сам же город Апатиты, да простят меня его жители, показался мне после Кировска каким-то бесцветным. И навряд ли только по причине неважной погоды с мокрым снегом.

Ехали и впрямь весело, по мере необходимости пополняя запасы еды и пива на промежуточных станциях. Через сутки с небольшим, ближе к полуночи, наш поезд прибыл в Коношу, где нам надо было выходить для пересадки на поезд, идущий в сторону Воркуты. Стащив лыжи и рюкзаки с третьих полок, протискиваемся в тамбур и, наконец, выходим на перрон.

Народу на вокзале было немного, билеты на ближайший поезд до Ухты в кассе имеются, да и ждать того поезда всего час – пока везет! И вот, через час, когда пора уже было бежать на прибывающий поезд № 176 Москва-Воркута, я вдруг замечаю, что моему рюкзаку чего-то не хватает. Нет, сам рюкзак был на месте, и в полном комплекте, но… Кажется, перед выездом я приторочил к нему замечательный воронежский ледоруб? В Апатитах он точно был на месте, а теперь его нет! Черт, это действительно обидно. Это вам не какой-нибудь молоток! Но куда же он мог деться?

Лихорадочно шарю глазами по соседним скамейкам. Нет, здесь его нет, да и быть не может… Одно из двух. Или злополучное кайло само вывалилось в поезде из-за ослабших боковых ремешков рюкзака (что теоретически возможно, хотя и маловероятно), или ему приделал ноги один из наших случайных попутчиков. В любом случае, мне стоило лучше присматривать за вверенным имуществом! М-да, ситуация… С замиранием сердца ожидаю реакции номинального хозяина пропавшего инвентаря, но Мальцев относится к происшествию на удивление спокойно, великодушно принимает в качестве основной версию № 2 (кража) и больше на эту тему меня не беспокоит. И не беспокоит впоследствии ни-ко-гда! О, благородный Сергей Леонидович! Иногда я тебя почти люблю…

Вот так, несколько по-дурацки, началось для нас 1 апреля – последний день нашего путешествия. А в 8 часов вечера того же дня поезд прибыл в Ухту, и на этом все закончилось. Мы разбрелись, кто – по любимым, кто – по улицам, надели костюмы и приступили к выполнению трудовых обязанностей. Единственный «детный» среди нас на тот момент, Шура, продолжил воспитание недавно народившегося Владимира Александровича Туманова. Мальцев, со свойственной ему непоследовательностью, уже дома вновь обнаружил в своем рюкзаке вездесущее средство для чистки сортиров (до сих пор не знаю, что он с ним в конечном итоге сделал), чем был ужасно огорчен. Словом, все вернулось на круги своя.

В тот раз мы отсутствовали дома более пятнадцати суток, символичный по-своему срок, только вот, несмотря на отдельные накладки, удовольствие мы от него все-таки получили. И удовольствие немаленькое, чего от души желаю и всем прочим, кого эта писанина может сподвигнуть пойти по нашим стопам.

С тех пор минуло больше шести лет. Все эти годы мы продолжали жить полнокровной жизнью: ходили в походы, женились, разводились, опять женились, меняли места жительства, по мере сил производили потомство и снова пытались ходить в походы – с той или иной степенью успеха. Многое успело стереться из памяти, но воспоминания о той поездке продолжают греть душу каждому из нашей славной четверки образца марта 1996 года. Мы здорово изменились. Мир вокруг нас тоже стал другим. И только горы, надеюсь, остались прежними… Хорошее место Хибины, уж вы мне поверьте! Иначе ничто на свете не заставило бы меня засесть за эти «мемуары». Да и неспроста же все запомнилось в таких подробностях, что на целую повесть хватило! Но все повести, даже самые длинные и занимательные, когда-нибудь кончаются. А больше мне и писать не о чем.

г. Ухта, апрель-ноябрь 2002 года

Состав группы:

Некрасов П.А. – руководитель

Мачулин Л В.

Рябов Ю.Ю.

Студенты УИИ [13] :

Истратов Толик

Сергеев Макс

Кирикова Лена

Неробелова Анна

27. IV Выезжаем из Ухты поездом № 176, вагон 2 (отпр. 20 —). Все спокойно, поезд идет без опоздания. Я и Паша познакомились с одной симпатичной и умной девчонкой по имени Таня, из Печоры. На месте П.А., я бы за ней приударил.

28. IV Билеты у нас только до Сейды, поэтому, прибыв туда (около 10 —) из вагона вытряхиваемся и идем на вокзал. Погода неважная: снегопад, ветер, хотя и не холодно. Билеты до Елецкой взяли без проблем – еще по 17 р. с носа.