Чтение онлайн

в. французским мыслителем Петром Аллиаком (Пьером д'Эйи), а в книге последнего «Образ ми-

ра» («Лик Земли») было вычитано Христофором Колумбом, послужив ему одним из веских дока-

зательств возможности достижения берегов Восточной Азии при плавании из Европы в западном

направлении.

Далее Аристотель пишет о тепловых поясах Земли, относя к необитаемым жаркий пояс, ог-

раниченный тропиками, и два холодных пояса, которые он ограничивал линией «постоянно види-

мых звезд» в северном полушарии и аналогичной ей — в южном полушарии. Между необитаемы-

ми поясами располагались умеренные обитаемые пояса: один — в северном, другой — в южном

полушарии.

Как мы увидим ниже, знакомство западноевропейских ученых с сочинениями Аристотеля

«Метеорологика» и «О Небе» в переводе с арабского во многом обогатило их географическими

сведениями и в то же время способствовало развитию естественнонаучного подхода к явлениям

природы и подрывало влияние христианской теологии на науку.

Ибн-Сина и Ибн-Рушд 17 в своих комментариях к трудам Аристотеля и в собственных сочи-

нениях развили дальше античные естественнонаучные идеи о непрерывном изменении лика Земли

внутренними и внешними силами и о строении материи.

Ибн-Сина к внутренним силам Земли относит землетрясения, к внешним — текучие воды,

которые, по его мнению, вырабатывают межгорные впадины и речные долины 18. Ибн-Сина обо-

гащает своими наблюдениями древнюю теорию о «первичном море», якобы некогда покрывавшем

всю поверхность Земли, но затем частично испарившемся под влиянием солнечных лучей. Он от-

рицает божественное участие в явлениях природы и стремится объяснить их естественным путем.

Ему принадлежит учение об образовании новых горных пород из продуктов разрушения гор и об

образовании новых минералов. Один из советских исследователей геологических взглядов Ибн-

Сины, Д. И. Гордеев (1967), считает, что именно Ибн-Сина впервые в научной литературе выра-

зил закон исторической последовательности залегания осадочных горных пород. Другие исследо-

ватели научного творчества Ибн-Сины отмечают, что многие его глубокие естественнона-

учные идеи не нашли отклика среди средневековых ученых — арабоязычных и западноевропей-

ских, так как опережали свое время. Но самое важное (и это мы должны подчеркнуть особо), есте-

ственнонаучные представления Ибн-Сины не оставляли места божественному вмешательству в

природные явления и процессы.

Ибн-Рушд учил о безначальности материального мира, о его бесконечности во времени, о

вечном движении материи и познаваемости окружающего нас мира. Он отрицал астрологию и

развивал дальше учение великого древнегреческого материалиста Демокрита (жившего в V—IV

вв. до н. э.) об атомах, считая их не «строительными кирпичиками» оформляющейся материи, а

возникающими лишь тогда, когда образуется нечто новое, и воплощающими это новое в процессе

становления потенции, из которой появляется это новое. Согласно учению Ибн-Рушда, окружаю-

щий нас мир не является случайным, каким его признавала идеалистическая арабская телеология и

западноевропейская схоластика, а основывается на закономерностях, присущих самой природе 19.

Яркими представителями естествознания XIII в. в Западной Европе были английские фило-

софы Александр Неккам и Роберт Гроссетест, французский мыслитель, профессор Парижского

университета Сигер Брабантский, польский физик, уроженец Силезии Целек Витело, а также ве-

ликий английский ученый-энциклопедист, ученик Гроссетеста — Рожер (Роджер) Бэкон.

Александр Неккам (умер в 1217 г.) написал большой трактат под названием «О природе ве-

щей» в конце XII — начале XIII в. Давая высокую оценку Аристотелю как мыслителю, он писал:

«Восхвалять дарование Аристотеля я почитаю лишним, потому что напрасный труд помогать

Солнцу светом факела» (цит. по: Зубов, 1963. С. 236). Интересно отметить, что в этом труде он

пишет о компасе как о «намагниченной игле, показывающей на север». Это было едва ли не пер-

вым упоминанием о компасе в западноевропейской литературе. В. И. Вернадский (1981) пояснял,

что Неккам знал только так называемый плавающий компас, который в 1258 г. Рожер Бэкон пока-

зывал флорентийцу Брунетто Латани. Стрелка, укрепленная на соломинке, плававшей в сосуде с

водой, постоянно указывала в одну сторону, «притягиваясь к Полярной звезде». Неккам считал

этот прибор полезным для мореплавателей.

В дополнение к сообщению В. И. Вернадского скажем, что Р. Бэкон был знаком с интерес-

ным сочинением эпохи, трактатом «Послание о магните», написанным в 1269 г. французским фи-

зиком Пьером де Марикуром, прозванным Пелегрином, т. е. пилигримом, так как он совершил па-

ломничество в Палестину. В этом трактате автор впервые из европейских ученых обратил внима-

ние на проблему магнетизма и выступил сторонником экспериментального метода в науке. Исто-

рики науки считают, что пропагандой этого метода Марикур оказал большое влияние на научные

взгляды Рожера Бэкона. Пьер Марикур, экспериментируя со сферическим магнитом, вывел ряд

закономерностей в теории магнетизма, в частности он показал, что одноименные полюса магнита

отталкиваются, а разноименные притягиваются.

В. П. Зубов, автор книги об Аристотеле, переводчик на русский язык и комментатор «Посла-

ния о магните» Пьера де Марикура 20, подчеркивал, что этот трактат резко отличается от схола-

стических сочинений того времени, так как в нем автор подчеркивал значение ручного труда или

ручной сноровки, противопоставляя научный эксперимент «бесплодному умствованию». Р. Бэкон

писал в «Третьем сочинении», что «корни эксперимента. . никто из латинян не может понять, кро-

ме одного, а именно магистра Петра». В «Большом сочинении», где доказывается необходимость