Чтение онлайн

нию Птолемея» (1964. С. 792). Видимо, Г. А. Стратановский имеет в виду не только различные

географические представления о распределении суши и океана Страбона и Птолемея, но и разные

подходы этих ученых к географии. Напомним, что Страбон, следуя Эрато-сфену, считал обитае-

мую сушу большим островом, лежащим между северным тропиком и 54° с. ш., со всех сторон

омываемым океаном. Птолемей же вслед за Марином Тирским представлял себе огромный массив

суши, протянувшийся от 63° с. ш. до 16,5° ю. ш. и от Канарских островов до берегов Золотого

Херсонеса (полуостров Индокитай), расположенного, по его представлению, у 180° от начального

меридиана. Другое отличие заключалось в том, что Птолемей «замыкал» Индийский океан с юга

берегом Южной неведомой земли, протянувшейся от восточных берегов Африки до юго-

восточного выступа Азии.

«География» Птолемея стала известна западноевропейцам значительно раньше, в конце XIV

в. Известно, что один экземпляр греческой рукописи «Географии» Птолемея принадлежал папе

Урбану V (1373—1389). Первый перевод с греческого на латинский был выполнен к 1409 г. Ма-

нуелом Хризолором (Хрисоло-рисом), преподавателем греческого языка в Падуе и Болонье. До

преподавательской работы Хризолор был посланником византийского императора при разных

итальянских дворах. Но он не завершил перевода, который был закончен его учеником Якобусом

Ангелусом (Джакомо Анжело), который и латинизировал карты. Труд Птолемея в переводе полу-

чил произвольное название «Космография». Перевод Ангелуса быстро распространился в списках

(многие из них дошли до нас). На основе этого перевода Николай Германус выпустил в несколь-

ких экземплярах «Географию» с раскрашенными от руки картами, вычерченными в трапециевид-

ной (конической) проекции. Первое печатное издание Птолемея вышло в Виченце в 1475 г.

Возвращаясь к оценке трудов Птолемея и Страбона гуманиста¬ми первой половины XV в.,

видимо, следует сказать о том, что«География» Птолемея поразила обилием материала и научно-

стью построения картографической сетки, чего не было на средневековых картах-чертежах. В то

же время ученые Средней Европы обратили внимание на неточность изображений этой части ой-

кумены по сравнению с уже известными фактическими данными. Даже если сравнить карту

Польши Николая Кузанского с картой этой территории, выполненной по данным Птолемея, сразу

бросается в глаза существенная разница. Кроме того, труд Птолемея носил исключительно карто-

графический характер, в то время как в «Географии» Страбона много внимания уделялось описа-

нию природы различных стран, характеристике народов, их населяющих, и элементов истории, т.

е. тому, что в первую очередь интересовало гуманистов 25.

Нам кажется, что при анализе оценки Страбона и Птолемея Плифоном следует учитывать и

еще одно обстоятельство. Дело в том, что в географии XIV и XV вв. (даже в эпоху Колумба) быто-

вало представление, опирающееся на библейское высказывание, что на поверхности Земли водные

объекты — моря и океаны — занимают значительно меньше места, чем суша. Это как бы под-

тверждалось трудом Птолемея, отводившего океанам сравнительно небольшое место по сравне-

нию с сушей, которая распространялась на его карте мира от северных (верхних) рубежей до ее

южных и восточных границ. Как мы отмечали, Индийский океан был показан в виде замкнутого

бассейна, а Атлантический занимал на карте весьма скромное положение на северо-западе.

«География» же Страбона, наоборот, говорила о том, что на поверхности земного шара оке-

ан занимает значительно больше пространства, чем остров «ойкумены», расположенный в уме-

ренном поясе северного полушария. А. Гумбольдт высоко оценивал труд Страбона 26 и ставил

Страбона, как географа, выше Птолемея. Он писал, что великое творение Страбона в конце сред-

них веков начало оказывать влияние на направление идей. А эти идеи отличались смелостью.

Флорентийский географ Паоло Тосканел-ли, несомненно, знавший «Географию» Страбона, считал

вполне возможным достижение берегов Индий, следуя на кораблях к западу через Атлантический

океан. Николай Кузанский, прекрасно знавший Паоло Тосканелли и разделявший его географиче-

ские представления, также предполагал возможным достижение берегов Индий при плавании че-

рез Атлантический океан в западном направлении 27 .

В решении этой проблемы видную роль сыграл кардинал Петр Аллиак (или Пьер д'Эйи).
– В

своем сочинении «Образ мира» («Имаго мунди»), обнародованном к 1410 г., он писал, ссылаясь на

Аристотеля, что океан, отделяющий Индию от Африки, не широк и что при благоприятных по-

путных ветрах можно, следуя в западном направлении, достичь Индии за несколько дней. Также

ссылаясь на Аристотеля, Аллиак отмечал, что море между Испанией и Индией имеет незначитель-

ное протяжение.

Так как Аллиак, видимо, не читал Аристотеля, а пользовался преимущественно «Большим

сочинением» Рожера Бэкона, то можно считать, что его взгляды на распределение суши и океана

по поверхности Земли им также были заимствованы у Бэкона. Это же относится и к проблеме на-

хождения земного рая. Он пишет, что некоторые язычники, т. е. античные ученые, хотели доказать

путем допущений, что земной рай находится на Счастливых островах («Островах блаженных»),

которые ныне называются Канарскими. Он писал, что Исидор Севильский, Бэда Достопочтенный,

магистр схоластической истории Петр Коместор — средневековый комментатор Библии, а также

архиепископ Милана Амвросий (живший ок. 340—359), автор труда «Гексамерон» («Шестод-

нев»), философ Дуне Скот (1266—1308) и все ученые-богословы полагают, что земной рай нахо-

дится на Востоке. При этом, по мнению Петра Аллиака, земной рай находится на высокой отвес-

ной скале.