Чтение онлайн

— 8-

Я не сводил с нее глаз. Олег проследил за моим взглядом.

— Это ж она? — присвистнул Олег. — Ну та с дороги, да? А рядом с ней кто? Что это за рыжая пигалица? — Олег всматривался в девушку, которая хохотала над словами мужчины, стоящего рядом. Ее кудряшки, забавно тряслись в такт ее движениям. Странная какая-то.

— Не знаю кто рядом. Но нам, думаю, пора поздороваться со старой знакомой, — и не дожидаясь ответа, двинулся в ее направлении.

— Конечно, мы ж культурные люди, — ухмыльнулся Олег и направился следом.

— Добрый вечер! — галантно произнес я, наблюдая за ее реакцией.

И вот Соня, с улыбкой на губах, поворачивая голову, произносит: «Добрый ве…», — и замирает, словно рыба, открывает и закрывает рот, глаза напоминают две пяти рублевые монеты. Узнала. Сразу же узнала. Видно. Даааа, девочка, нервничай, это только начало. Но не успел я насладиться победой, еак ее глаза резко сузились, как у дикой кошки, подобралась вся, будто готовясь к прыжку.

— Вы что тут делаете? Вы меня преследуете? Вы сталкер? — не давая опомнится, закидала она меня вопросами — обвинениями.

— Алекс, что она несет? — не сдерживая смеха, спросил Олег.

Я же попытался, как можно спокойнее, сказать:

— Если Вы сейчас закроете свой рот и перестанете верещать, возможно, не так сильно пожалеете о сказанном.

Но все, что она услышала или хотела услышать — это угроза.

— Он еще и угрожает! Вас, я так понимаю, кто-то провел на эту вечеринку? А этот кто-то знает, что Вы неудовлетворенный сталкер с хамским поведением? Но только ради того, чтобы не портить праздник, я не буду устраивать скандал. И прошу Вас отойти от меня и не приближаться более! — на одном дыхании, на повышенном тоне пригрозила она.

Но даже в этот момент, хоть я и взбесился неимоверно, не мог не оценить красоту этой девчонки. Когда злится, она очень красива: глаза мечут гром и молнии, грудь ходит ходуном, дыхание сбивчивое, прерывистое. Хотя, когда я ее видел в другом состоянии?

Наша перепалка не осталась незамеченной и собрала уже приличный круг любопытствующих.

— Софья, успокойтесь, давайте, выйдем и поговорим, как цивилизованные люди, — видит Бог, я сдерживался из последних сил.

Она приблизила свое лицо к моему и пристально глядя мне в глаза, жестко сказала:

— Я по-вашему что, не в своем уме оставаться один на один с извращенцем? И вообще, откуда ты знаешь мое имя? А впрочем, не удивительно, — ответила она сама на свой вопрос. — Если ты продолжишь меня преследовать, пожалеешь. Я вызову полицию.

— Это уже ни в какие ворота! Ты, вообще, в состоянии разговаривать нормально? Или у тебя с этим какие-то проблемы? Как ты можешь работать в сфере туризма и быть такой агрессивной и неадекватной? Ааааа, или, погоди, ты по блату пропихнулась на свою должность? Я не удивлюсь с твоими-то очевидными талантами, — зло бросил я, окинув многозначительно ее с ног до головы.

— Да как ты…, да кто вам…. Хамло бесхребетное, — задыхаясь, выкрикнула она и остатки шампанского из ее полупустого бокала, оказались у меня на лице. Да так быстро, что я не успел среагировать и предотвратить этот выпад.

— Твою ж…, ты в своем уме? Идиотка, — прорычал я.

— Мистер Адамиди, мистер Адамиди, все в порядке, пробирался ко мне генеральный директор, Николай Сергеевич. — Это что? Это как? — пробубнил он, переводя ошарашенный взгляд с меня на фурию в алом платье и обратно.

— 9-

Я пыталась осознать услышанное. К кому обращается директор? Ни к нему же. Но судя по взгляду…

— Адамиди? — чуть слышно проговорила я, глядя на него. — Александрос Адамиди?

— Хотелось бы сказать «приятно познакомиться», но как понимаешь, это не так, — жестко произнес он.

Как мои глаза не вывались из орбит, одному Богу известно.

В этот момент, уже не скрывая эмоций, начал хохотать мужчина, стоявший рядом с Адамиди. По-моему я его где-то видела. На подкорке мозга я еще о чем-то думала. Уму не постижимо! Я стояла как-будто в параллельной вселенной. Вокруг Адамиди суетился Николай Сергеевич, пытаясь оказать «первую помощь» в спасении без сомнения дорого пиджака и не менее дорогого лица главы холдинга. Вокруг столпился и перешёптывался народ. За рукав меня дергала Марина, пытаясь привести в чувство. Адамиди не сводил с меня злых глаз. Нет не злых, если бы меня можно было расстрелять или обезглавить только глазами, он бы это сделал, я не сомневалась. Такой ярости я не видела даже тогда, когда мы были на дороге. И все это действо происходило под гомерический хохот его друга.

— Слушай, хватит ржать, как конь, — одернула Марина, угорающего мужчину.

— Что? — ошарашено спросил Олег.

— Что- что. Ведешь себя, как полный придурок, — зло сказала Марина. — Сделай одолжение всем присутствующим и просто замолчи.

— Что? — как попугай повторил Олег.

— Мда, богатый словарный запас, — с сочувствием подколола его моя подруга.

Я не услышала, что ответил Олег. Опомнившись, я поставила уже пустой бокал на барную стойку и мухой вылетела из банкетного зала. Быстрее, быстрее отсюда, куда глаза глядят, да хоть на другую планету. Как такое могло произойти? Твою же ж…Добежала до гардероба, ищу номерок, черт, где он? Услышала сзади быстрые шаги, не надо оборачиваться, чтобы понять кто это. Животный страх гнал меня быстрее, дальше отсюда. Но не успела я добежать до спасительной двери, как мою руку, у этой самой двери перехватили и бесцеремонно, как мешок картошки, затащили в соседнее помещение. Я быстро отошла от Александроса, оглядываясь по сторонам. Это сигарная комната или что-то типа того, — мелькнула мысль. Взгляд вернулся к мужчине.

— Куда ломанулась? — процедил Адамиди, подходя близко, слишком близко. — Оскорбила меня и унизила на глазах у коллег, подчиненных и свалить решила? Ты, что о себе возомнила? Ты бессмертная или просто городская сумасшедшая?

Оскорбления никогда не действовали на меня успокаивающе. И, вновь, гнев захлестнул меня.

— Это, что ты возомнил о себе? Решил поиграть во всемогущего дядечку? И, что теперь, а Адамиди? Уволишь? Прибьешь? Ты настолько жалок, что будешь со мной разбираться? Да, что, собственно, ты можешь? Уволить? Лишить премии? Что? Я облегчу тебе задачу, я увольняюсь «ПО СОБСТВЕННОМУ ЖЕЛАНИЮ»! А теперь, пошел вон с моей дороги, — выдала тираду на одном дыхании, нервы сдавали, я быстро двинулась в сторону двери, но не успела сделать и два шага, как услышала:

— Заявление принято.

И мужчина гневно, с напором, толкнул меня к стене, обрушился на меня с неистовым крышесносным, оголяющим до нервов поцелуем. Первую секунду попыталась оттолкнуть, скорее рефлекторно, нежели сама того желала, но он усилил напор и я сдалась. Если не можешь противиться, расслабься и получай удовольствие. По мне так, не приложная истина.

Сказать, что я обалдела? Нет. Я просто перестала думать. Чувства, только чувства на самом пике остроты, как будто тронь и заискрится, и ударит двести двадцать вольт. Это тайфун, это водоворот, это кулаком в солнечное сплетение и минус воздух из легких. А он спустился ниже, что-то шептал, но я не слышала. Казалось, я не могла уже слышать и видеть, только чувствовать, только его, его прикосновения, его губы. Провел языком по шее, прихватил зубами мочку уха, а меня разрядом по оголенным нервам. Вернулся к губам, а я ждала, как будто всегда ждала.

— Соняяяя! Простите, вы не видели девушку… — сквозь вату услышала голос моей подруги. Замерла, приходя в себя. Это был, как ушат холодной воды, как будто с разбегу и в прорубь.

Оттолкнула Адамиди. Он оторвался от моих губ, посмотрел непонимающим, затуманенным взглядом, но не отошел. Тяжело дыша, оперся о стенку левой рукой около моей головы.

— Что…что это было Адамиди? — просипела я, голос отказывал мне.

— Алекс, — сказал он.

— Что? — не понимающе спросила.

— Меня зовут Александрос, для своих Алекс. И черт подери, я не знаю, что это было, но подозреваю, что обычный поцелуй. Такое иногда бывает между мужчиной и женщиной, — ухмыльнулся он. Явно взял себя быстрее в руки, чем я.