Чтение онлайн

— Не смеши меня, каких еще миллионеров. Тут от получки до получки, — хмыкнула я, отпивая свое мартини. — Помнишь в воскресенье с тобой в ресторан ходили? Ну, когда еще моя машина сломалась, и на меня практически наехали на машине два мужика, а мы с ними разругались. Помнишь, я тебе рассказывала? — допытывалась я.

— Да помню, помню конечно! Не склеротик я, чай. И к тому же ты на утро тогда на работу опоздала. Погоди…только не говори мне, что… — выпучила глаза подруга, — да лаааадно…ты шутишь? Такое бывает? — засмеялась она.

— Угу. Это был он и его ржущий друг, — удрученно подтвердила я.

— Еппа ма! Сонь, да это ж идея к роману или к сериалу. Крутяк, — потирая ручки, принимая удобную позу для долгого слушания, воззрилась подруга. — Ну и? — глаза блестели нездоровым азартом.

— Марбелл, ну что "НУ"? Сама все видела. Ничего, блин, хорошего. Осталась, судя по всему, без работы. Придеться заявление на увольнение писать по собственному, иначе Сергеич это сделает за меня, а мне статья увольнения «по причине» не нужна. Вообщем, перед тобой официальная безработная, — горько усмехнулась я, мысленно прощаясь со своей новой квартирой, которую хотела взять в рассрочку. — Еще хорошо, если быстро удасться найти работу, чтобы по миру не пойти.

Я жила в небольшой съемной квартире. Не сказать, чтобы я жестко себя ущемляла и экономила на всем подряд, но потихоньку откладывала деньги. Что хорошо было в компании «Адамиди», так это то, что по прошествии трех лет работы, компания предоставляла сотрудникам беспроцентную рассрочку при наличии десяти процентов первоначального взноса от стоимости квартиры. Чем я и хотела воспользоваться в ближайшее время, а теперь… Что уж говорить, что есть, то есть. И угораздило же меня оказаться на той дороге, в тот вечер.

— Да ладно. Погоди ты хандрить. Завтра вместе пойдем к генеральному, может обойдется, скажем так и так, что это был нерабочий момент, и, что ты понятия не имела кто это такой. Что готова извиниться, и…..

— Нет, нет и нет! — в гневе прикрикнула я.

— Да ладно тебе, мать, можно и прогнуться, если дело касается работы. Ему то что, он в самолет прыгнет завтра и будь таков. И не вспомнит о Соне Елизаровой. А Соне Елизаровой еще жизнь свою строить. А компания хорошая, «плюшки» всякие…

— Нет! — перебила я ее.

Маринка прищурилась и внимательно посмотрела на меня.

— Ты что-то недоговариваешь, дорогая, — произнесла она, внимательно следя за моей реакцией.

Я молчала, кусала губы и думала стоит ли говорить, но в конце концов мы подруги, в огонь и в воду вместе.

— Хорошо, — сдалась я. — Сегодня в ресторане, когда я вышла из зала, он догнал меня. В общем… в общем я сама не поняла, как это получилось… Мы поцеловались. А потом, он назвал меня персоналом, прислугой и что-то еще сказал, я даже не запомнила — не то состояние было. Ну я и залепила ему пощечину, и…

— Что ты сделала? — воскликнула подруга, подливая еще мартини себе и мне.

— Ну да… — печально кивнула головой я, сейчас понимая, что это все было какой-то дуростью. Но такой странно-сладкой, пугающей и одновременно влекущей. Дурость, от которой не хочется избавляться, а хочется еще и еще, и еще не много или много…

— Мда, матушка, крута ты на расправу. И, что теперь? — надкусывая кусочек конфеты, спросила Маринка.

— Не знаю Марин, завтра уволюсь, ну а там, посмотрим. Сама понимаешь, я не смогу работать в этом коллективе. Не теперь. Тем более, я у всех на глазах оскорбила главного по тарелочкам, после такого скандала хорошо, если рекомендации приличные получу и смогу устроится хоть куда-то, — отрешенно сказала я. — И это, если наши не вынесут сор из избы, сама знаешь мир туризма — маленький мир, все друг друга знают.

— Так, Сонь, утро вечера мудренее, — сказала, поднимаясь со стула, подруга. — Завтра подумаем обо всем, я пошла, а ты давай в душ и спать. Завтра созвон и покумекаем.

Проводила до двери и на прощание крепко обняла Марбеллу, всё-таки какая она у меня няшная. Всегда успокоит и подбодрит.

Заснуть не могла долго, а всё эти глаза прожигающие и хриплое прерывистое дыхание, и, как целует и ниже, ниже, и стон… я вскочила на кровати вся в поту от…о, боже…собственного стона? Обалдеть! Посмотрела на часы, до звонка будильника еще час. Но смысла ложиться не было. Уныло поплелась в душ. Сегодня меня ждут не самые великие и приятные дела: увольнение — надо подготовиться. На казнь, так с музыкой, — невесело улыбнулась я. Мда… года, десятелетия, века проходят, но одно остается неизменным: женщины идут на плаху из-за мужчин, и не важно, кто истинный виновник ситуации.

— 12-

Сам не понял зачем поехал по адресу Софьи, который мне сбросил Николай Сергеевич. Звонить не стал. Не будет она разговаривать. Да и честно? Сам толком не понимал, что хочу сказать или сделать. Знал, что хочу увидеть, ну а там…там, как решится. Дом — старенькая хрущевка, райончик так себе, мой БМВ тут смотрится, как седло на корове, неприметной машинку не назовешь. Почти час простоял под окнами, раздумывая и решая, подняться или нет в ее квартиру. Может, она сама выйдет, тогда легче, тогда судьба. С ума сойти, предприниматель, бизнесмен рассчитывает на судьбу? Кому скажи — уповаю на судьбу — новость для первых полос СМИ. Ну поднимусь и, что я ей скажу? Возвращайся, забудем, ты очень ценный кадр, и компания не намерена тебя терять? Смешно! Ни такого и высокого ранга эта птичка. Да и выслуга у нее всего три года. Да и сделать это может генеральный, а не я. Постоял еще немного, не зная, что делать. И разозлился от своей неопределенности, какой-то беспомощности. К черту! Пошло оно все на хрен! Уезжаю. Надо переключиться. И срочно. Работа мне в помощь. Погрузиться в дела и забыть и эту странную девушку, и дорогу, и странную реакцию своего тела, и самое неприятное мозга. Но почему, твою же ж, так жмёт в груди, что не увижу больше? Все! Хватит! Как подросток при гормональном всплеске.

Достал телефон, набрал приятеля:

— Олег, здорово! Слушай, а давай в следующие выходные отвальную замутим, — предложил я. — Улетаю в Нью-Йорк. На неделе решаю все дела и отчаливаю. Когда вернусь, сам понимаешь, не знаю.

Еще со студенческих времен повелось, перед моими отъездами, которые планировали быть затяжными, мы устраивали отвальные. На деле просто вечеринка с хорошей компанией, музыкой и напитками.

— О, супер! Давай! — поддержал Олег. — У меня на даче, да? Погода шепчет. Все как полагается: шашлыки, баня, компания. В пятницу. Как тебе?

— Отлично! — ответил я. Никаких шашлыков и компании, если честно, мне не хотелось, но какого…Что происходит? Теперь еще осталось в монахи записаться. — Сможешь организовать все?

— Обижаеееешь! Считай, что все уже сделано! — совсем не обиженно отрапортовал Олег.

До дачи Олега добираться не очень далеко, но все же чуть больше часа, если без пробок, потратить придется. Это, если не заблудиться и знать после съезда с трассы все эти повороты, тропинки и прочие опознавательные знаки. Но оно того стоит. Природа, тишина, озеро, баня — то что нужно для релакса.

Дом Олег решил отстроить несколько лет назад. Его пригласил на дачу к себе партнер по случаю удачной сделки немного отметить. Ну и это «немного» вылилось в бурные три дня отмечания. И, судя по всему, оставило неизгладимый след в душе Олежика, кстати он ненавидел, когда его так называли, чем я изредка пользовался, выводя его из себя.

Вернувшись с чудо-попойки, он решили свить гнездо на природе. Откровенно, получилось очень удачно, если бы я больше времени проводил в России, наверное, тоже отстроил или приобрел бы нечто подобное. Ну а пока, мне хватало и его дачи.