Чтение онлайн

На «Золотой Сколопендре» уже закипела жизнь, к каждой приблизившейся шлюпке сбрасывали забортный трап, матросы расторопно поднимались наверх и шли на помощь тем, кто уже начал выбирать якорь, а брошенные пустые лодки качались внизу, как пустая скорлупа.

— Эй, на палубе! Принимайте вашего капитана…единственного пока что! — возвестила мадам Гайде, которой уже помогли подняться, и добавила в ответ на ошарашенные взгляды в сторону своего пресмыкающегося «боа»: — Что пялитесь? Последняя мода — сейчас все так ходят.

— Ааа, Шейла, девочка моя… — криво улыбнулся ей дядюшка Хельмут. — Как хорошо, что с тобой все в порядке. А я взял на себя смелость подготовить корабль к отплытию.

— Спасибо, Хельмут. Твои услуги неоценимы, — процедила девушка сквозь зубы, а потом скомандовала громко: — Ставим все паруса и валим отсюда как можно быстрее!

— Какой курс, капитан?

— Все равно!.. — она на мгновенье скривилась от боли, привалившись к плечу судового врача. — Главное — подальше от этого проклятого места. Пошевеливайтесь, черепахи, штаны потом постираете!

Лауритц вернулся в каюту капитанши, вымыв руки и прихватив саквояж с инструментами из лазарета. Шивилла ожидала его, лежа поверх застеленной кровати, а невероятной длины змей нашел свой последний приют в ведре с морской водой, на краю которого уже сидел попугай и воинственно клевал изредка пытающегося поднять голову гада. Дело в том, что, почуяв опасность, Ричи прятался не где-нибудь, а исключительно в капитанской каюте, и выгнать его оттуда было не так-то просто. Вот и сейчас птица уже успела дважды испугаться прямо на письменный стол (ничего, это потом кто-нибудь приберет), а теперь демонстрировала чудеса храбрости… Судовой врач замахал на пернатого руками, пытаясь прогнать таким сомнительным образом существо с высоким уровнем интеллекта и лишнего свидетеля из помещения.

— Ларри! — обеспокоенно заговорила мадам Гайде, приподнявшись на локте. — А как же моя торба, волынка, мой подарочек… Где она?..

— Успокойся, забрал я ее, забрал, вон, в углу стоит. Хотя будь моя воля, я бы запер ее в трюм поглубже или вообще выбросил бы за борт.

— Не надо так… — вздохнула она в ответ, не став пререкаться с не слишком оптимистично настроенным возлюбленным. — А как же «Сколопендра»?.. Как мы идем? А за нами…оно нас не преследует?..

— Остров уходит в море, все бурлит, пенится, и в воде ничего не видно. Как ты и сказала, мы поставили впередсмотрящего и назадсмотрящего, чтоб следить за обстановкой. Если они что-то увидят, тебе сообщат в первую очередь. Ты пока не нервничай лишний раз, не думай о плохом. Пока ничего ужасного не случилось, незачем заранее расстраиваться, а если что-то и произойдет…то тогда горевать будет уже поздно, — судовой врач придвинул к койке стул и посмотрел на Шивиллу. На лице девушки сейчас читалась ничем не прикрытая растерянность, если не сказать чего похуже, и Ларри попытался хоть улыбнуться ей, чтоб приободрить. Уголки его губ дернулись вверх, но остановились где-то на полпути. — Ну, давай посмотрим на твою ногу. Это куда деть?.. — доктор встряхнул в воздухе капитанские штанишки.

— Выкинуть, — однозначно скомандовала Гайде, и скомканный элемент гардероба полетел на пол, — когда мы вернемся домой, я куплю себе десять тысяч штанов.

— Когда вернемся… — тихо вторил ей рыжий. Он уже сосредоточился на осмотре и обработке рваной раны, оставленной множеством мелких острых зубов, которыми были усажены клинообразные челюсти.

— И вот эту длинную байду тоже выкинь…

— Нет, змею я пока оставлю. Я никогда в жизни такого не видел и хочу рассмотреть это существо повнимательней… К тому же в этом не только естествоиспытательский интерес. Для того чтобы быть готовым к последствиям травмы, нужно знать, что именно послужило ее причиной. Как обращаться с укусом бродячей собаки или болотной змеи, я знаю…а над этим придется пораскинуть мозгами.

— Ну так пораскинь, — Шивилла нетерпеливо заерзала на месте.

— Тебе больно?

— Нет… А должно быть? Я почти ничего не чувствую.

— Даже не знаю, хороший это знак или плохой… Но мне сейчас нужно будет извлечь зубы, оставшиеся в ране, — Лауритц протер пинцет резко пахнущей тряпицей и щелкнул им в воздухе, — но если что-то будет не так — сразу говори.

— Да ладно, мне не больно. Если я сказала, что со мной все в порядке, значит, в поря…ааай!.. — девушка вцепилась пальцами в простыню и выгнулась дугой, когда первый зубец был удален.

— Прости… — доктор мягко промокнул влажной марлей свежий кровавый след и поднес «змеиный» зуб к глазам. По его краю различались едва заметные зубчики, как у пилки, направленные в противоположную сторону от острия. Неудивительно, что они так легко протыкали плоть и с таким трудом покидали ее.

— Это оказалось чуть хуже, чем я думала… Мне неудобно. Погоди, я сменю позу… Хм, надо же, в другой ситуации эти слова прозвучали бы очень пикантно… — выдохнула Шивилла, вытирая пот со лба, и перевернулась на спину, подминая под себя подушку.

— Выпей вот это, — врач протянул ей рюмку с мутноватой белесой жидкостью, и капитанша опрокинула в себя ее содержимое без лишних вопросов, даже не поморщившись. — Это уменьшит боль. Но в то же время я не хочу, чтоб ты совсем отключилась, иначе мы не заметим, если…если тебе вдруг резко станет хуже. Постарайся расслабиться, скоро оно подействует, — и правда, второй зуб извлекся уже не так болезненно, а остальные пошли и того легче

— Ларри?.. — тихо проговорила Гайде, отпустив уголок подушки, который она до того задумчиво грызла.

— Да, дорогая?..

— Вот откуда такая несправедливость… Почему едва ли не во всех серьезных драках больше всех перепадает обычно мне, и тебе постоянно приходится меня лечить?

— Наверное, это все потому, что я судовой врач. А был бы я коком, ты бы, наверное, была постоянно голодна, и мне приходилось бы тебя кормить…

— Правда? — девушка попыталась извернуться и посмотрела на доктора через плечо блестящими глазами с расширенными, как от страха, зрачками — действие обезболивающего.

— Нет, конечно. Это глупость, так не бывает… — вздохнул Траинен, закончив очистку раны и думая над тем, как было бы удобней наложить на нее повязку. — Просто стечение обстоятельств. Человеческой памяти свойственно ярче запечатлевать негативный опыт, так как он более ценен для будущего, поэтому всякие неприятности и запоминаются лучше. А ежели их с тобой случалось больше одной, то тебе и будет казаться, что они шли сплошной полосой.

— А по-моему, это все бред, — авторитетно заявила капитанша. — И со мной действительно постоянно случается всякая дрянь. И теперь этому нашлось хоть одно рациональное объяснение. Я просто проклята. Слышишь, Ларри, проклята благодаря своему любимому папочке, ни дна ему, ни покрышки! Подумать только, по пьяни продал будущую дочь со всеми потрохами, вот шельмец, не свою же, а мою душу проигрывал!.. Хотя я не могу его винить. Ведь на его месте я, пожалуй, поступила бы точно так же… «Сколопендра» того стоила. А я знавала отцов, которые проигрывали своих дочерей обычным мужикам или продавали их в бордели, так что мне еще относительно повезло. Есть чем гордиться — не каждый может похвастаться тем, что он — временно самостоятельная и свободная собственность Морского Дьявола… — на этих словах она коротко рассмеялась, и нервный смех перешел во всхлип. — Ведь из-за этого моего наследства уже погибло несколько человек! Не в бою, не в борьбе со стихией, а из-за какой-то глупости сгинули, некоторые из них уже никогда не вернутся домой, и единственное, что я могу сделать для них, — это возместить им семьям ущерб… Но знаешь, что меня больше волнует в этом вопросе? То, что мне недостаточно сокровищ! Ведь мы могли забрать больше, и больше, и больше… А то, что случилось на острове, это же ни в какие ворота не лезет. И боцман этот, Белуга, как бишь его…Калеб…и якорь ему в глотку… Раздавило, как таракана на камбузе! Шмяк — и только мокрое место осталось! Эта картина еще долго будет стоять у меня перед глазами… — и тут случилось что-то уж совсем из ряда вон выходящее. Суровая, златолюбивая и порой, как оказалось, впечатлительная мадам капитан уткнулась лицом в подушку и горько расплакалась.