Чтение онлайн

Одна бабушка всё пыталась уйти и прямо-таки выбивала дверь. Силы немерено. Её кольнули, и меня приставили приглядывать. Она меня обняла, и мы шли так по коридору. Затем смотрели в окно на птичек и дома. Она сравнивала меня с куколкой и радовалась, что я тут, такой хороший человечек. Она говорила мне, что многое забывает и, наверное, сходит с ума. «Уже», – думала я. Хотя кто не сошёл ещё? Я смотрела, как она крутит в руках зубную щётку, завёрнутую в целлофан, и моё сердце рвалось от боли. Тело, ещё способное двигаться, гулять, жить, с душою запертого, боящегося закрытых дверей ребёнка, обречённого быть здесь, сданного за ненужностью и шаловливостью. Тебе горько это слышать? А я это вижу ежедневно.

На обеде обо мне позаботились и налили супчика. Затем с любовью делала материал, но, как сказала коллега, получились «пиздюлины». Что ж, и такое бывает. Делаешь салфеточки, а получаются не совсем они, но это так, мелочи.

Провожали высокостоящего коллегу в другие места. Я рада за него, хоть и будет не хватать. Считаю его главным и основным маячком помощи, наставления, который ввёл меня в курс происходящего, подсказывал и поддерживал. Кушали вкусные пироги с малинкой. Такая нежнятина, словно губки кушаешь. От вина отказалась, словно приличная дама. Пила водичку.

Оказалось, что человек, которого я считала очень близким и дорогим мне, отказался от общения со мной. Было больно. Я очень рассчитывала на его поддержку и подколы друг над дружкой. Что ж, меня вычеркнули, возможно, как и я. А есть другие варианты?

Направилась домой. Обнаружила, что порвалась куртка – такое себе. Зашла в магазин и купила, помимо овощей и фруктов, «Скитлс», решила, что сегодня я его однозначно заслужила. Поговорила с Булочкой. Радует, что учится сама пользоваться видеозвонками. Как увидела мою мордашку, то расхохоталась, да и я в ответ. Приятно, когда у любимого человечка всё хорошо.

Дома пребывала в непонятном возбуждении. Доделала, что хотела. Опять раздевалась и в откуда-то взявшемся винтажном кружевном белье расстилалась по пледу. В голове активно играет весна. Вообще, чем более я тревожусь, тем более мне хочется оголяться. Поэтому если увидите меня в платье до пят, то знайте: счастлива.

Сейчас согрелись обе ладошки. Хочется спать давно, но рассказывать желание сильнее. Хочу закончить тем, что если покупаете «Скитлс», то не ешьте сразу всю пачку, как я, а то язык щиплет. До завтра, доброй ночи, приятных сновидений мне, тебе и всем тем, кто дорог.

Здравствуй, привет, честно говоря, я соскучилась. Мне доставляет огромное удовольствие своя писанина. Я счастлива, когда занимаюсь этим, так как проживаю эмоции вновь и могу поделиться этим с тобой, надеюсь, ты это ценишь, а ты ценишь.

Я не писала два дня, жуть. Почти ломка началась, и как же это приятно. Неужели я маленькими шажочками иду и делаю то, от чего кайфую и что у меня получается? Я расту, и это радостно. Большое, однако, вступление, но мне важно было высказаться. Ты можешь порадоваться за меня. Мне приятно. Осознаю, что нужно писать каждый день, ведь каждое мгновение случаются чудеса, и мне так хочется ими поделиться! Начну.

Честно говоря, у меня немного перемешались дни, но я попробую преподнести это вкусно. Сегодня я встала тяжко, ибо спала пять часов, а почему, сейчас всё поясню.

На работку вчера я ехала и приехала. Работали вдвоём с коллегой, которой я очень симпатизирую: приятно, когда можете побеседовать о чём-то личном, ну, всем же понятно, что у девчонок за секретики могут быть: мальчишки да шуры-муры всякие. Должна была быть предзащита, я немного волновалась и перед ней, сделав все дела, засела в стерилизационной с компом и листочками.

Когда начались доклады, я поняла, что рабочий день заканчивается, а предзащита и не думает. Вызвала такси и полетела домой, внимая про что-то наверняка очень важное. Дома я написала записку, чтоб меня не трогали, и засела в комнате. Меня потряхивало. Наступила моя очередь. Читая, я поняла, что проваливаю всё. Мне задавали вопросы, на которые я знала ответы, но не могла их сформулировать. По итогу сказали, что разбирать меня нет смысла, так как всё равно бесполезно и всё неверно. После огласили, что часть девочек не прошла предзащиту и им нужно будет что-то отредактировать и отправить своим научрукам на согласование, и только меня – что было вполне ожидаемо, ведь я все пять лет являлась лучшим последним номером – отправили на пересдачу, где мне придётся снова всё перечитывать перед преподавателями. Сначала у меня навернулись слёзы, но потом я решила, что не стоит это того, и успокоилась в момент. Мне стало весело. Но, рассказывая маме и её подруге о том, что не сдала, я ощутила предательскую дрожь в голосе. Даже сейчас, когда пишу, начинает щипать в носу. Окружили мысли о том, насколько я плохая и тупенькая дочь. За что я такая вот есть? Лирическая пауза.

Тимонка зачем-то скинул мою куртку на пол, так как я положила её на кровать, – высказала, что думаю об этом, была зла. Пошла купаться. Потом мы дамской компанией кушали, говорили о чём-то и пили настойку из лепестков розы. Почувствовала себя феечкой, не меньше. После еды поговорила со взрослыми наравне об образовании, одарённости, переезде и работе.

Вернулся Тимонка, и мне стало некомфортно от беседы двух близких мне людей. Я это чувствовала, бывало, и раньше, но сейчас не захотела окунаться в это снова и засобиралась к себе. Пришла подруга, и, решив, что вдвоём мы всё сдюжим, домой я захватила пару своих горшков с цветами. Беседуя, коснулись вопроса про дружбу, и я была неприятно удивлена тем, что она считает нашу не той самой. Хотя я именно такой её и вижу. Спросила об этом, но она проигнорировала мой вопрос, такое себе, конечно.

Дома мы пили чай с мармеладом и болтали. Хохотали до боли в животах, разговаривая о сексуальных меньшинствах, мании преследования Олькой и о том, что шиповник течёт словно не в то горло. Палата номер шесть была в сборе, в общем-то. Также делились девичьим, ну как делились, поплакались на голяк того, чего нужно настоящей женщине (разума, конечно). Разошлись ближе к часу ночи, а мне вставать в шесть.

Ну да ладно, зато пообщались чудненько.

Проснулась так, словно и не спала. Сейчас пытаемся подружиться с человечком, который просит меня собирать себе образы. Не думала, что это может так увлечь. Мне хочется носить льняные платья и шёлковые костюмы, босоножки в две зарплаты и перья на подоле. Это новое чувство, приятное, которое растит во мне женщину.

Пока шла по парку к работе, смотрела, как на солнце играет кошка с котятами. Было очень радостно и приятно видеть котячьи игрища. Захотелось погладить, но идиллию нарушать не стала. Уже на работе узнала, что все были приглашены на праздник медперсонала, кроме, как ты думаешь, кого? И ещё одного человечка. Сплочение коллектива, ага. Впрочем, меня это не удивило.

Был приятный неторопливый рабочий день. Коллега чудесно выглядела, о чём я не преминула сообщить. Мне приносит удовольствие видеть улыбки в последнее время. Проживающие все получили от меня порции нежности и тепла: кого-то я погладила по плечу, проходя мимо, кого-то по головушке, кто-то был похвален за послушание, кто-то получил воздушный поцелуй по просьбе, кто-то был ласково назван, кто-то был приобнят, чьи-то пальцы были согреты моей ладонью. Я чувствую, как преисполняюсь любовью, она идёт изнутри, я сама становлюсь её источником – это волшебно.

Я вышла с работы, и от мысли, что придётся ехать в жарком автобусе, меня поворотило, поэтому пошла домой пешком. Путь занял два с половиной часа. Было жарко, но я топала и наслаждалась каждой секундой. Идя вдоль дороги, я обратила внимание, что путь мне преграждает машина, перегружавшая брёвна. Напряглась, ибо мне не нравятся всякие такие штуки, которые не знаешь, как обойти или объехать. Но я нашла проход и успокоилась. Проходя мимо, я задрала голову и посмотрела на рабочего, а он в свою очередь на меня. Я улыбнулась, и мне ответили тем же. Это правда, что от улыбки станет день светлей, он просто заискрился новыми красками.