Чтение онлайн

Но Дайм снова пришёл ко мне на помощь, за это ему спасибо. Я обратил Дайма в косу с воронёным лезвием и рассёк одного демона свободной рукой. Следующего демона Дайм уничтожил сам. Он разрубил нечисть, как полено. Наконец, остался лишь один молодчик. Он уже особо не лебезил, а больше стоял и смотрел на меня. Демон думал, что делать с таким вёртким врагом. Я встал с земли, развернулся и обуглил исчадие косой. Порождение начало пламенеть, его тёмная плоть сгорала, как сухой лист в костре. Через мгновение, от него не осталось даже праха.

Вожак всё это время терял свои силы, поскольку на призыв уходит много первоматерий. Сейчас он слабее, чем когда-либо. Надо этим воспользоваться. Вампир отдувался от призыва и смотрел на меня. Я обратился в стаю, чтобы быстро долететь до него. Я долетел до упыря и снова перестроился в человека. Я крепко сжал косу, развернулся и полоснул по нему. Вампир начал тлеть. Он не сразу сгорел, огонь медленно ел его. Всё началось с плеча. Потом пламя дошло до груди; оно впилось в руки, живот, ноги. Его головы стали тлеть и осыпались прахом. Вампир пал.

— Волков больше нет? — спросил я Дайма.

Он быстренько огляделся.

— Нет, — сказал он. — Из леса прибежало только трое.

— Ура, — сказал я. — С вожаком покончено.

Мы остановились, чтобы отдохнуть.

— Что будем делать? — спросил Дайм.

— Пойдём к кагану, — сказал я. — По нашей путеводной нити.

— Куда она ведёт? — спросил Дайм.

Я проявил нить. Она шла прямёхонько к огромному железному склепу, который маячил впереди.

— Через склеп, — сказал я.

— Тот самый? — спросил Дайм.

— Тот самый.

Дайм некоторое время разглядывал узилище. Он повернулся в сторону деревни.

— Надо сказать жителям, что всё, — молвил он. — Иначе они тут неделю просидят.

— Правильно мыслишь, — улыбнулся я. — Кстати, ты видел, куда скрылся староста?

— А зачем он тебе?

— Сходим к нему и поднимем его. Он расскажет всем остальным. Не пойдём же мы по всем домам стучаться. Времени у нас в обрез, надо найти кагана до заката. Ночью, тьма становится сильнее. Я тебе точно говорю: главные фокусы упыри приберегли на ночь.

— Ты знаешь, о чём говоришь, — ухмыльнулся Дайм. — Насчёт старосты. Он, по-моему, схоронился в каком-то подвале, что ли… у него возле дома есть тайный вход в винные погреба. Не удивлюсь, если от погребов есть ход до города. Наверное, староста уже сидит в полиции с бутылкой и рассказывает, что здесь творится.

— Ты прав. Но всё равно, надо к нему сходить. Опять потом скажут, что ушли и не предупредили.

— Давай так и сделаем, — охотно согласился Дайм.

Мы направились к дому старосты. Грозная опасность миновала, хотя люди об этом ещё не знали. Небольшой мрак, который сгустился над деревней, прошёл. Люди выглядывали из окон и смотрели на нас. Теперь ясно, почему по всей деревне висит мёртвая тишина. Народ слушает, что происходит. Мы завернули влево и пошли по той улице, где жил староста. На крыше одного из домов красовался железный ветрогон в виде кошки. Кошка едва-едва крутилась под напором слабого ветра. Мы дошли до дома старосты.

— С какой стороны у него погреб? — спросил я.

Дайм почесал затылок.

— Скорее всего, сзади, — сказал он. — Давай проверим.

— Пойдём.

Мы решили обойти дом. Наверное, хитрый староста сделал погреб там, куда прийти сложнее. Хорошо устроился. Мы обошли домину. Рядом с хатой старосты начинался лес. Я прошёл возле берёз и увидел двор позади дома. Там ходили курицы, которые упрямо клевали просыпанное кем-то зерно. Это же зерно лежало в мешке, который прислонили к стене амбара. Причём мешок порвался, а рядом с ним ходил наглый чёрный кот. У него были белые лапы и грудь, как у заправского щёголя.

— Вот морда! — Дайм погрозил кулаком.

— Не пугай зверя, — сказал я. — Отомстит.

Мы подошли к амбару и хорошенько осмотрелись. Никаких следов погреба не было. Не мог же он испариться? Хоть один шов-то должен быть. Я присел и стал исследовать землю. Ни сучка, ни задоринки.

— Говоришь, сзади погреб? — я обратился к Дайму.

— Откуда я знаю, — сказал он. — Подумал, что так хитрее.

— И правда, хитрее.

Я встал, прошёлся туда и сюда. Курицы продолжали клевать зерно как ни в чём не бывало. Кот забрался на забор и глазел на меня так, будто видел человека в первый раз.

— Пошли уже, — сказал я. — Скорее всего, погреб спереди. Заорём, да и всё.

Мы снова обогнули дом. На берёзу села синица. Она обсмотрела нас, как родных. Когда я повернул к ней голову, она резко снялась и улетела.

— Ещё один лазутчик, — сказал я. — Ладно, гоняться за ней будем. Некогда. Всё равно вампиры знают нас лучше, чем родного отца.

— Верно говоришь, — сказал Дайм. — Была охота за всякой птицей летать.

Мы обошли дом и снова встали к его лицу. Конечно, можно было обрыскать землю и найти шовчик, но проще прикрикнуть.

— Староста! — громко крикнул я.

Никто не отозвался. Видать боялись, что это кричит вампир.

— Ты оглох, что ли? — снова крикнул я.

Внизу завозились. Земля стала приподыматься, и мы наконец увидели крышку погреба. Староста выглянул из-под земли и пошевелил усами.

— Всё что ли? — спросил он.

— Да, — сказал я. — Можешь выходить. Не боись, вампир не укусит.

— Правда? — переспросил он.

— А то, — сказал я.

Староста выдохнул.

— Грехи мои тяжкие, — сказал он. — Дуня, вылезай. Выводи малых.

Он зацепился за траву и попытался вылезти. Но лазил староста плохо, и чуть не грянулся по ступенькам вниз. Я еле успел его подхватить.

— Куды, — сказал я. — Хватит уже в погребе сидеть, выходи на свет.

Я, можно сказать, выволок старосту наружу, как мешок. Он, чтобы вернуть себе честь, гордо отряхнулся.

— Ну что? — сказал он. — Вампир, это самое, того?

— Того, — подтвердил я. — Вожак убит, бояться нечего.

— А как ты его… после этих слов, староста чикнул себе пальцем по горлу.