Чтение онлайн

Взяв в дрожащие руки флакон с душистым жидким мылом, выливаю приличную порцию на ладонь, намыливаю себя как можно тщательнее, до красноты растирая кожу. После холодного дождя это почти блаженство. Вот только ледяной кусок внутри не поддается, а лишь растет с каждой минутой. На какой-то момент понимаю, что потеряла счет времени, в реальность меня возвращает нетерпеливый стук в дверь.

– Эй, ты там не заснула? Я волнуюсь, Скорос. Ты уже три часа там сидишь…

Не отвечаю на тихие слова Якоба, пока он не начинает грозить, что выбьет дверь.

Приходится крикнуть, что все в порядке, быстренько смыть последние следы душистой пены и наскоро вытереться махровым полотенцем.

Надев на еще немного влажное тело огромный белый халат, висящий на крючке, собравшись с духом, выхожу из ванной комнаты.

Якоб ждет меня у дверей спальни. Он даже не переоделся, только скинул куртку. Мокрая футболка облепила тело. В руке стакан с янтарной жидкостью, в глазах непривычное выражение – переживание и тревога. Неужели и впрямь волнуется за меня?

– Это бренди. Попробуй глоток сделать. Как лекарство. Чтобы не заболеть…

Беру бокал и покорно делаю глоток. Ужасно противная штука обжигает горло и заставляет закашляться. Но через минуту внутри разливается приятное тепло. Делаю еще глоток. Уже не так противно. И еще.

– Тсс, хватит, малышка. Больше нельзя. – Забирает у меня бокал, ставит на маленький журнальный столик рядом с кроватью и вновь поворачивается ко мне. Подходит почти вплотную, шумно вздыхает, словно обнюхивая меня, потом берет мою руку и подносит к губам.

– Расскажешь, что произошло? Или поспишь?

– Налей мне еще, - прошу в ответ.

Как бы хорошо было сейчас уснуть. Но вряд ли получится, даже если напьюсь до беспамятства. Едва закрою глаза – и мысли, воспоминания начнут жрать меня. Где я ошиблась? Зачем снова поверила? За что он так со мной? Как же я устала от вопросов, звучащих в голове все громче. Хотела избавиться от них. Возможно, тогда мне удастся собрать себя из осколков и спокойно посмотреть на ситуацию со стороны. Решить, что делать дальше.

– Хорошо. Только совсем чуточку. Это поможет тебе уснуть.

– Чей это дом?

– Друзей. Не волнуйся, они за границей. Семейная пара. Я могу поискать что-то из одежды Марины. Вы приблизительно одной комплекции…

Ничего не отвечаю на эту заботу. Не спускаю глаз с бокала с янтарным напитком в руках Якоба. Хоть какое-то обезболивающее, только об этом сейчас могу думать.

– Ты можешь остаться тут насколько захочешь. Но, наверное, надо позвонить… Хотя бы твоим. Отцу. – С этими словами Якоб протягивает мне бокал.

Беру напиток и отрицательно мотаю головой.

– Они не будут искать меня.

– А если Бурмистров позвонит им?

Эта фамилия острой болью отдается в сердце. Я напрягаюсь, бокал, который передал мне Якоб, начинает дрожать в руке.

– Т-ты прав. Дай телефон.

Свой телефон я выключила еще у дома Натальи, как только подъехал Штаховский. Не хотела ни с кем говорить. Боялась звонков. Но, скорее всего, их и не было… Будет ли искать меня Принц? Зачем? Зачем ему искать меня, если он сейчас в постели со своей принцессой?

Набираю номер Лисы. Пытаюсь сообщить - со мной все в порядке, но сестренка моментально просекает, что все ровно наоборот.

– Что случилось, Василин? Где ты? Ты ведь к Артуру поехала. Так почему просишь не отвечать на его звонки? Вы поругались?

– Да…

Пауза.

– Он обидел тебя?

– Пожалуйста, Лиз. Все слишком сложно…

– Я приеду! Заберу тебя!

– Нет… Мне нужно побыть одной.

– Но ты не одна! С чьего телефона ты звонишь?

– Якоб… Мы в доме его друзей.

– Мне это не нравится! Срочно диктуй адрес.

Чтобы успокоить Лису, пришлось просить Штаховского продиктовать данные моего местонахождения. Потом я еще какое-то время убеждала Лизу, что так будет лучше и не нужно приезжать за мной. Пообещала, что вернусь домой завтра. Сегодня мое тело отказывалось двигаться. Меня точно в кокон замотали, как куколку. Вот только никогда мне больше не быть бабочкой.

– Возможно, тебе следовало попросить сестру, чтобы приехала сюда. Я не знаю, как помочь тебе, Скорос, - вздыхает Якоб. – Что сделать или сказать…

– Мне так лучше, - отвечаю тихим шепотом. Хотя понимаю, что лучше мне уже не будет и не станет никогда…

– Я готов выслушать, помочь чем смогу. Может, все не так страшно? Ты можешь рассказать, что произошло?

В этот момент мне кажется, что он прав. Если высказаться, может, станет легче. Но как суметь выдавить из себя столь грязную правду?

Якоб подходит и обнимает меня. А мне вдруг так хорошо становится от этих крепких уютных объятий. Но через мгновение становится не по себе. Тело Якоба кажется мне невероятно напряженным, буквально каменным. Он не расслаблен, наоборот. И мне инстинктивно хочется вырваться…

– Не надо меня бояться, Скорос, - шепчет Якоб. – Я, конечно, не монах… И ты волнуешь меня, особенно в халате, черт… Но я не ем маленьких девочек на ужин. Ты в полной безопасности.

– Нисколько не боюсь, - отвечаю горько.
– И тебе тоже нечего бояться.

Убеждаю себя, что мне почудилось и нет никакого влечения, возбуждения, искры, казалось, вспыхнувшей на секунду между нами… И что воздух в комнате словно завибрировал от напряжения. Это все нервы. Ничего не было в его глазах… лишь мое воображение. В следующий момент наваждение исчезло, на лице Якоба появилась привычная лукавая усмешка.

– Сейчас вернусь, - бросает хрипло и скрывается за дверью. А я подхожу к окну и смотрю, как погода оплакивает мои разбитые мечты. Я благодарна за это. За дождь, перешедший почти в ливень. За грусть в унисон. За этот теплый дом, приютивший меня. И твердое плечо Якоба…

Он снова заходит в комнату – в его руках стопка одежды. Заботлив, услужлив и добр… Мечта, а не друг. Желающий большего. Интересно, будет ли он все так же влюблен, если узнает, что с Артуром покончено? Или тоже разочаруется, поймет, что без конкуренции Мотылек не интересен?